Творческая лаборатория
Философская эврика

0 Участников и 1 гость просматривают эту тему.

« #16 : 12 Апрель 2011, 10:38:15 »
Реплика с галёрки (можно?):
как вписывается в этот синтез причинности и телеологии случайность? И что есть случайность, по-Вашему?
Вот не взял отгул, сел в автобус, а он попал в аварию. В результате оказался в больнице, где познакомился с соседом по палате, который помог устроиться на другую работу, где встретил свою жену, у которой...
Ещё варианты? :)
А если бы взял отгул?..

Не является ли случай - дирижёром и причинности, и телеологии? И как работать со случайностью? возможно ли вообще с ней работать, вести диалог?

Если нет случайности или даже если случайность не дирижёр, а лишь один из равных инструментов, то жизнь становится похожей на шахматы, в которые всё равно лучше сыграет совершенный компьютер. Но внеси в этот компьютер случай, то тут уже нужен человек. Может, случайность и есть творческое начало времени - как таковое? И в первую очередь случайность воздействует на творческое начало человека, ведёт с ним диалог (пытается)...

Что-то такое...

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран

« #17 : 12 Апрель 2011, 16:48:36 »
Реплика с галёрки (можно?):
Очень даже можно. За любые реплики и прочие коммуникативные действия вознаграждение в виде «спасиб». У меня рядом постоянно находится мешок с этими гостинцами и чем быстрее его содержимое убывает, тем приятнее его хозяину. Ваш покорный слуга «взаправду» полагает, что любой автор (включая его самого) за реакцию на его тексты должен быть только благодарным за то, что кто-то разделил его творческое одиночество. Эта сентенция обусловлена умозрительной гипотезой, что существуют в природе таковые, кто  исходит из противоположной установки, де, мол, он облагодетельствовывает мир.  :)
как вписывается в этот синтез причинности и телеологии случайность? И что есть случайность, по-Вашему?
Вы немного опередили медлительный ход моего изложения. И у прошлого и у будущего, которые субъектом познания берутся в расчёт, есть горизонты – граничные точки, дальше которых  свет познания не в силах проникнуть (в данный момент; время-опыт постепенно расширяет и горизонт прошлого, и горизонт будущего). В силу этого любое текущее знание приблизительно, неточно, так как не в состоянии учесть воздействие «загоризонтных» факторов.   Вот через эти «щели» вкрадывается случайность. Так в рассмотренном «бытовом» примере, если наш «герой» только вчера въехал в свою квартиру и не удосужился изучить тропинку до остановки (отсутствует опыт  хождения по данной тропинке,  обусловленный,  кстати говоря,  не отсутствием его как такового вообще, а субъективным фактором), то есть вероятность, что он оступится, или споткнётся о какое-либо препятствие (в сумерках). Вот он господин-случай. Если он (герой), ещё вдобавок понадеявшись на авось, не изучил «культуру хождения» автобусов (в наших провинциальных городках такое случается), то в его план-цель добраться до службы снова может вмешаться случай. Можно ли работать со случайностями такого рода? По-видимому, да, если не находишь в этом мазохистского удовольствия вакханалии жизни. Всерьёз и по большому счёту, невежество, незнание культурного прошлого, самонадеянность и всё в этом роде – это та случайность, которая превращает жизнь в случайный поток, уносящий человека неведомо куда. В этом же ряду афоризм, что «история учит тому, что она ничему не учит». Я не думаю, что такого рода случайность была по душе Иммануилу Канту, по расписанию которого, как шутят его биографы, сверялись часы на каком-то из зданий. И вряд ли способствовала его творчеству.
Не является ли случай - дирижёром и причинности, и телеологии? И как работать со случайностью? возможно ли вообще с ней работать, вести диалог?
Другое дело творчество – «первопроходничество». Заглянуть за горизонты (и прошлого, и будущего) не попробовав, не сделав шаг в неизвестность, по-видимому, невозможно. А значит, случай всегда сопровождает такое творчество, так как неизвестность это царство случая, и хорошо, если повезёт и угадаешь. Но, даже если не повезёт, другой извлечёт уроки из твоего опыта и его шанс станет выше. И здесь, готов согласиться, «случай - дирижёр и причинности, и телеологии». И «жизнь похожая на шахматы» человечеству не грозит, пока существуют «горизонты». И всё же работать с ней (случайностью), вести диалог, можно, оставляя ей «дозволенное». Правда уровень дозволенного каждый выбирает самостоятельно. Ведь Колумб,   отправившись открывать Америку, конечно же, вверял себя воле случая, но очень осмотрительно, не наобум. Обобщил прежде множество фактов, свидетельствовавших в пользу того, что на западе есть материк. Но универсальных рецептов, как работать со случайностью, мне, конечно, не известно. Это тоже, наверное, элемент творчества.

«Последнее редактирование: 12 Апрель 2011, 18:38:32, Роман Сибирский»

« #18 : 12 Апрель 2011, 21:03:21 »
Эта сентенция обусловлена умозрительной гипотезой, что существуют в природе таковые, кто  исходит из противоположной установки, де, мол, он облагодетельствовывает мир.
На меня намекаете?
Ну в общем-то правильно делаете. И вот почему. Моё сегодняшнее появление в этой ветке детерминированно или случайно: его можно было предугадать? а также предугадать, что я тут намалюю и в какую сторону вследствие этого ветка даст ответвление? Была бы ветка другой по смысловому содержанию, если бы я тут не нарисовался и если нарисовался? Интерактивный диалог - это работа со случайностью или с детерменированностью?
Я уже постукивал о случайности (и следующие три поста за этим) - на примере нашего общего поля (Замка). Постараюсь здесь не повторяться.

Как Вы понимаете пушкинское: "и случай, бог изобретатель"? К слову, это пятистишие было эпиграфом к телепередаче Капицы "Очевидное невероятное", но цитировались там только первые четыре строки, а пятая (как раз о случае!) умалчивалась. Не вписывался пушкинский случай в научную парадигму, как не вписывалась в неё и "Теория времени" Н.А. Козырева. А ведь последняя строка в стихотворении - главная, как правило.
Приведу пушкинские строки полностью:

О сколько нам открытий чудных
Готовят просвещенья дух
И опыт, сын ошибок трудных,
И гений, парадоксов друг,
И случай, бог изобретатель...

Здесь поэтически даётся ещё одна смысловая подсказка: последняя строка выбивается из череды рифм (абабС), она как бы случайна даже по форме... - и многоточие в конце вытекает именно из неё, выводя всё стихотворение в качественно другой объём. Эта строка расширяет смысловой квант стихотворения необычайно, выводит его из замкнутого пространства в бесконечность. Без неё - просто изящная банальность, с ней - гениальное прозрение! И простое по-пушкинстки. Но вот всю соль, всю гениальность как раз и обрезали товарищи-учёные, сводя бесконечность в обыденность (главный пафос научных идолопоклонников: всё свести в схему = обыденность, которую принципиально можно просчитать и понять: и явно случай, да ещё бог-случай! тут не вписывается).

И у прошлого и у будущего, которые субъектом познания берутся в расчёт, есть горизонты – граничные точки, дальше которых  свет познания не в силах проникнуть (в данный момент; время-опыт постепенно расширяет и горизонт прошлого, и горизонт будущего). В силу этого любое текущее знание приблизительно, неточно, так как не в состоянии учесть воздействие «загоризонтных» факторов.   Вот через эти «щели» вкрадывается случайность.
То есть - всё зависит только от горизонтов. Если гипотетически эти горизонты раздвинуть до максимума, до полноты охвата, то никакой случайности не останется? Если на мир смотрит Бог (полнота охвата), то Ему нечему удивляться уже: «загоризонтных» факторов не остаётся у Всеведающего? Совершенный компьютер, способный увидеть весь спектр всех возможных вариантов в этих Шахматах (вариантов громадное множество, но таки конечное).

И «жизнь похожая на шахматы» человечеству не грозит, пока существуют «горизонты». И всё же работать с ней (случайностью), вести диалог, можно, оставляя ей «дозволенное». Правда уровень дозволенного каждый выбирает самостоятельно
Человечеству не грозит, потому что его горизонты всегда уже полной "Картинки". А Богочеловечеству грозит? а Самому Творцу? Есть что-то за Его горизонтами?

Если воспринимать случайность исключительно как неспособность просчитать все варианты, вытекающего из причинно-следственной необходимости будущего, направляемого телеологией (постановкой цели), то есть как синтез каузальности и телеологии, то мир и наша жизнь и будут именно Шахматами (большими-большими, но по сути шахматами). В таком подходе Будущее детерминировано прошлым и зависит только от целевой установки "игрока" и умения его правильно просчитать все причинно-следственные цепочки, и выбрав оптимальную из них, достигнуть поставленной цели. В таком мировоззрении, или лучше "времяпонимании" нет места ни творчеству (в прямом смысле этого слова), ни свободе. Есть только свобода выбора из предложенных вариантов и степень видения полноты этих вариантов (горизонтов).

Мне ближе козыревский взгляд на время - как активную творческую силу. Если под творчеством понимать не перестановку слагаемых, а творчество небывшего, творчество из ничего (из свободы). В каждом подлинном творческом акте присутствует элемент такого творчества из ничего (случайность, которую не может предугадать Сам Бог). Если бы такого безосновного, недетерминированного ничем элемента не было в человеческом творчестве, то его нельзя было бы вообще назвать творчеством - по образу и подобию Творца. Именно в этом элементе (в творчестве небывшего, из ничего, из свободы) заключается "соль случайности" и достоинство творческого акта человека. В том числе и акта познания, заключающего в себе тоже элемент "творчества из ничего": прибыль бытия, новый свет в бытии. Если этого элемента нет, то нет нового (в прямом смысле слова), а только перестановки имеющегося (в прошлом ли, в будущем - не важно).

Будущее с одной стороны вытекает из прошлого по причинно-следственной связи (и тут только Шахматы, и ничего больше). А с другой - творится. И случайность - это диалог свободного субъекта со свободной волей Времени. В этом диалоге, ничем не детерминированном, и творится будущее как субъекта, так и всего мира Божьего.
В таком понимании случайности - смысл свободы и смысл творчества. Случайность выводит из каузальности и из царства необходимости в царство свободы, в Царство Божие.
Само собой, случайность бывает разная. По неведению - эта случайность только для самого неведающего, но закономерность для истины. И по свободе - творческая случайность, ничем не детерминированная и ничем не обусловленная. Это диалог Творца и творения. Над такой случайностью не властен и Сам Бог. В противном варианте, Бог - это совершенный компьютер, а человек - несовершенный, но тоже компьютер (образ и подобие Большого Компьютера).
Если исключить случайность (свести её лишь к узости горизонта, что и значит исключить как таковую), то невозможна никакая теодицея: зло становится одним из вариантов этой "шахматной партии", заложенным в самих "правилах игры".
И ещё случайность - это Подсказка, Помощь...

В общем, я за случайность. За "монетку", которая "падает, как хочет". И предсказать - "орлом" или "решкой" она захочет упасть - не может Сам Бог.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 23 Ноябрь 2014, 14:43:31, ВОЗ»

« #19 : 17 Апрель 2011, 11:15:18 »
Цитата: Роман Сибирский от 12 Апреля 2011, 16:48:36
Эта сентенция обусловлена умозрительной гипотезой, что существуют в природе таковые, кто  исходит из противоположной установки, де, мол, он облагодетельствовывает мир.

 На меня намекаете?

Упаси, Боже! По отношению к Вам, Ярослав, и рядом не было таких мыслей!! Это действительно умозрительные ассоциации, лишь отчасти слегка «навеянные» опытом других ресурсов, и РМ в частности.

Будущее с одной стороны вытекает из прошлого по причинно-следственной связи (и тут только Шахматы, и ничего больше). А с другой - творится. И случайность - это диалог свободного субъекта со свободной волей Времени. В этом диалоге, ничем не детерминированном, и творится будущее как субъекта, так и всего мира Божьего.

Ярослав, мне представляется, что я Вас понимаю. И в целом и главном разделяю Ваше мировоззрение – взгляд на свободу, творчество-творение и себя и мира. Но такое ощущение, что Вам видится моё видение существенно иным – детерминистическим, механистическим что ли. И преодоление, как мне кажется, не вполне соответствующего действительности Вашего понимания моей точки зрения, упирается в какую-то коммуникативную преграду. Наверное, во многом это обусловлено действительным различием способа мышления. Позволю себе предположить, исходя из знания предметов  Ваших творческих предпочтений, что Вы склонны к образно-символическому мышлению и языку. Я же с учётом специфики решаемых задач, направленных на функционально-классификационное представления и описания, позволяющие моделировать и «вскрывать» структуру и «мёртвых» вещей, и феноменологические познавательные структуры человека, изъясняюсь понятийно-дифференцирующими категориями. Сознательно, не «отрываясь» и не «забегая» за тот рубеж, за которым начинаются ассоциативно-декларативные трактовки, не имеющие ясного вербального выражения, и, тем паче, мистические интуиции. Это не означает, что их нет, и они не оказывают влияние на суждения, но они остаются в тени. Смешение, в частности, языков мистики и естественнонаучного на данном этапе в ущерб и мистике и науке.    Так как у меня и язык, и часть (подчёркиваю, часть!) методологически – мировоззренческих посылов действительно содержат в себе преемственность из традиционной науки, то Вы, смею предположить, склонны считать, что я, в общем, остаюсь в рамках традиционно-консервативных (детерминистических) научных взглядов.  Я думаю за одни только телеологические  «постулаты» официальная наука не пустит меня к себе на порог. А здравые преемственность и традиции полезны. И у традиционной науки есть несомненные достижения, свидетельствующие об адекватных гранях  постижения и творения реальности.   

Если воспринимать случайность исключительно как неспособность просчитать все варианты, вытекающего из причинно-следственной необходимости будущего, направляемого телеологией (постановкой цели), то есть как синтез каузальности и телеологии, то мир и наша жизнь и будут именно Шахматами (большими-большими, но по сути шахматами). В таком подходе Будущее детерминировано прошлым и зависит только от целевой установки "игрока" и умения его правильно просчитать все причинно-следственные цепочки, и выбрав оптимальную из них, достигнуть поставленной цели. В таком мировоззрении, или лучше "времяпонимании" нет места ни творчеству (в прямом смысле этого слова), ни свободе. Есть только свобода выбора из предложенных вариантов и степень видения полноты этих вариантов (горизонтов).

Мне кажется, что Вы не «прониклись» пониманием того, какой заряд свободы и творческого начала подразумевается и действительно заключён в телеологической компоненте, и низводите её до какого-то «целевого» придатка каузальности, который качественно не меняет чисто причинного – следственного взгляда. Буду считать, что я не сумел предыдущим примером доходчиво донести суть телеологической компоненты в познании, а в ней, как раз, и «зарыто» творческое начало, обусловленное свободой. Попробую ещё как-то наглядно представить творчески-«творительную» функцию познавательных актов человека и прибегну к более «динамическому» примеру.

Представим, что Вы сноубордист уже с некоторым опытом и  находитесь на склоне холма, покрытого снегом, где оттачиваете своё мастерство. Мысленно оттолкнулись и поехали. Вашему взору открывается обширная панорама холма по ходу движения. Есть там различные возвышенности – трамплинчики, другие нюансы поверхности, которые позволяют Вам проявить свою изобретательность и разнообразить спуск. Панорама – это та свобода выбора, которая Вам дана, и источник ваших возможных «сноубордистских» находок – виражей, прыжков и т.п. У Вас может быть заранее общий «рамочный» план – цель спуска, а может и не быть. В каждый момент движения у Вас появляются текущие (кратковременные), иерархически подчинённые планы,   заранее на 100% Вы не определились, какой «выкинете фортель» на том или ином участке, какая ложбина станет вашей целью, но когда приходит время, Вы неотвратимо делаете выбор, пусть и в последнюю секунду.  Вы не просто делаете выбор, Вы импровизируете. А что, если совместись прыжок вон с того уступа, с переворотом в воздухе, думаете Вы. Раньше Вы на это не отваживались.  А  почему бы и нет. Скорость достаточная, должно получиться. Сказано, сделано. Получилось. Вот оно то новое, привнесённое Вами, вновь сотворённое. А если ваши сотоварищи зафиксировали это на камеру, чтобы изучить и повторить, то вот она и ваша капля  в копилку опыта. Не надо забывать, что в ваше новое достижение, конечно же, интегрирован и прошлый опыт. Экспериментируя,  импровизируя, т.е. творчески планируя и «творя»  новое, Вы опирались на ранее достигнутое. Иногда просто воспроизводя освоенные элементы, а чаще модифицируя с учётом синтетического слияния задуманного и ранее воплощённого. Этот синтез есть новая целостность, превосходящая, кстати говоря, простую сумму эмпирики и целеполагания. 

Так как наш эксперимент мысленный, то мы вольны внести в него некоторые дополнительные «объекты», позволяющие более контрастно представить отличие интегрального каузально – телеологического познания и, подчёркиваю, творения действительности от причинно-следственного детерминизма.  Пусть одновременно со сноубордистом с горы «отправился» в путь круглый снежный ком.  Движение обоих обусловлено действием силы притяжения. И сноубордист, и ком в равной степени подчинены причинному «царству необходимости» закона притяжения. Творческая свобода сноубордиста в данных конкретных условиях ограниченна определёнными рамками. Со временем эти рамки могут измениться. Даже если бы ком мог «просчитывать» какие-то цели, как варианты в шахматах, то и тогда ему было бы далёко до живописуемого сноубордиста. И смысл каузально – телеологического познания  не следует понимать упрощённо – механистически. Иначе надо признать, что я не вижу разницы между комом и сноубордистом. А то, что телеологическая компонента в познании действительно присутствует и её можно вычленить как элемент целостной апперцепции,  возможно, станет более наглядным из следующего дополнения к нашему мысленному эксперименту. Пусть впереди сноубордиста на расстоянии вытянутой руки возникла непроглядная пелена тумана, и она, по нашей экспериментаторской прихоти, может синхронно со сноубордистом сдвигаться по ходу его движения. Панорама исчезнет. А в нашей модели панорама – аналог взгляда в будущее, источник творческих планов-целей. Нашему сноубордисту не останется ничего другого, как без выкрутасов просто двигаться вперёд, да ещё и не очень быстро, если желает остаться целым и невредимым. Телеологическая компонента «выключена». И в этом случае он действительно будет мало отличаться от снежного кома – они оба стали заложниками лишь причинных законов необходимости. Но даже при таком раскладе у сноубордиста есть выбор – он может остановиться и вернуться. А  снежному кому не позавидуешь. Будущее его «туманно».

Теперь о случайности, которую все-таки не следует смешивать со свободой выбора, о которой до сих пор шла речь. Хотя внешне они иногда «похожи», когда тот или иной выбор мы делаем спонтанно и, как нам представляется, случайно. Но выбор – это прерогатива субъекта познания. Случайность – это внешний непредсказуемый фактор. И без случайности творческое свободное познание-творение не сводимо к шахматной партии. Но случайность действительно привносит необычайно широкий спектр новых панорам, «фрактально» меняя зачастую вектор движения. Ничуть не умаляю этот фактор. И даже более того, если прибегать к образным формам, это встречные космологические интенции  мира навстречу творческому порыву человека, содержащие неисчерпаемый потенциал (шёпотом: это встречное движение Бога к богосотворческой природе личности; но я не сторонник, как уже говорил, смешивать в исследовательской работе мистику и  естественнонаучную методологию, злоупотребление излишним обращением к мистике, чревато алогичными заблуждениями, которые очень удобно объяснять ссылками на божественное всесилие). Но сразу и всё охватить в исследовании невозможно, это подразумеваемая, но  пока остающаяся в тени «глубина». И она не отменяет всё то, на чём сфокусирована в настоящий момент в моём изложении «временная лупа». И «выскакивает» случайность из-за упомянутых «горизонтов», за пределы которых познающая личность стремится заглянуть. На этом настаиваю. Если бы горизонтов не было, то не было бы и чуда случайности.

Природа времени, конечно же, глубока.  Я пока никаких суждений по этому поводу не высказывал. Опять же, невозможно сразу и обо всём. Но рассматриваемые стороны допускают пока не касаться этой глубины. Встреча с Козыревым ещё не состоялась, поэтому соотносить с его теорией пока нечего.

По поводу пушкинских строк.
О сколько нам открытий чудных
Готовят просвещенья дух
И опыт, сын ошибок трудных,
И гений, парадоксов друг,
И случай, бог изобретатель...

Констатирую. Пушкин опередил меня.  :'(

Его пять строк вобрали в себя всё то,  что я методично пытаюсь донести.
«И опыт…» - каузальная компонента познания.
«И гений, парадоксов друг» - телеологическая, прогностическая компонента.
«И случай, бог изобретатель…» - смотри выше о случайности.

Но вписаться в контекст гения тоже утешительный приз.
Можно и сослаться на его авторитет как довод в верности воззрений.  :)



«Последнее редактирование: 17 Апрель 2011, 17:45:09, Роман Сибирский»

« #20 : 17 Апрель 2011, 17:42:36 »
По отношению к Вам, Ярослав, и рядом не было таких мыслей!!
А жаль. Я надеялся, что были (рядом)...
Шучу я. И тогда. И сейчас. (Ничего с собой поделать не могу... хочется.)

Но такое ощущение, что Вам видится моё видение существенно иным – детерминистическим, механистическим что ли. И преодоление, как мне кажется, не вполне соответствующего действительности Вашего понимания моей точки зрения, упирается в какую-то коммуникативную преграду. Наверное, во многом это обусловлено действительным различием способа мышления.
Это так, да не так. Здесь ещё вот в чём дело. У меня идея-фикс (мания, как у Босого - миллион читателей): создавать из форумных веток новый жанр литературы, а из портала в целом - новое искусство. Поэтому мой первоначальный импульс - не найти "общий знаменатель" с собеседником, а создать объёмный текст, который интересно читать. Это может выглядеть как спор, но здесь другие цели. Спор - поединок, в котором цель победить соперника. У меня цель - вывести текст в объём. Если я вижу одну грань (Ваш пост, например), то мне хочется показать и грань противоположную, чтобы помочь увидеть объём.

Если совсем грубо, то с либералами я начинаю писать с позиции патриота, с патриотами - с позиции ... не либерала (чур меня!), но тех ценностей свободы, на которых паразитирует либерализм. С православными - мне хочется выйти в более широкий смысловой объём. С буддистами - хочется говорить о христианстве. Высекать искры. Показывать новые грани.

Я убеждён, что диалог может состояться только "по принципу дополнительности" квантовой механики. И ничто меня так не удручает, как желание некоторых умов всё нивелировать, свести к общему знаменателю (любому).
В общем, я подхожу к форумным веткам не как дебатёр, а как литератор к литературе. Разные герои - разные взгляды - а в целом произведение искусства, в котором многоточия над "i" пусть ставит читатель.
(Это может выглядеть даже как хамелеонство, но это не хамелеонство...)

И ещё одно. Я считаю, что связи метафорические, смысловые, символические ближе к реальности, чем рациональные категории. То есть - метафоры в искусстве вскрывают глубинные связи мира намного адекватнее, чем научная методология. Научная методология основана на допущении, что материальный мир мёртвый, то есть на один и тот же вопрос при одинаковых условиях наука уверена, что получит один и тот же ответ. Она его и получает - от мёртвой части исследуемого "феномена".
При допущении, что "объект исследования" живой, такая методология проваливается. С живым надо строить диалог. И его ответы зависят от установки воли вопрошающего и от "желания отвечать ему". Это совсем  другая "наука" (наука будущего, на мой взгляд). Здесь не в мистике дело, а в отношение к окружающему миру - как к мёртвому или как к живому.
Метафора в искусстве говорит о том, что мир живой. И в этом искусство намного адекватней науки: оно зряче, а наука слепа - и всё, что не ощупано её методами-щупальцами, кажется ей субъективной фантазией. Так реагировал бы любой слепой и был бы по-своему прав. Потому что где гарантия, что зрячий не врёт, что он не такой же как я? Нет гарантии. Да и врут частенько... Безопаснее - по старинке, на ощупь, тише едешь, дальше будешь (это вряд ли, но тем не менее...).

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 17 Апрель 2011, 19:18:21, Ярослав»

« #21 : 26 Май 2011, 11:52:05 »
Продолжим анализ предложенной гносеологической модели. Введём в рассмотрение два параметра, с необходимостью присущие понятию временная лупа, – горизонт прошлого и горизонт будущего.   Обозначим их соответственно как past-horizon и future-horizon. Это некоторые граничные значения временной оси в прошлом и будущем относительно момента, на котором акцентируется внимание. Если этот момент обозначить как нулевой, то значения past-horizon и future-horizon равны по абсолютной величине интервалам прошлого и будущего, учитываемых субъектом при апперцепции явления в момент времени, обозначенный выше как нулевой.  В зависимости от конкретного субъекта и конкретного явления-объекта, на который обращен познавательный акт, past-horizon и future-horizon могут соотноситься в разных пропорциях. В организованном обществе обычно существуют установленные  нормативные системы значений горизонтов. Это позволяет говорить о неком условном надличностном обобщённом социальном «сверхсубъекте», характеризующемся структурированной системой значений горизонтов,  представляющей собой социальную мировоззренческую парадигму. По большей части отдельные индивидуумы социума ориентируются на указанную парадигму. «Погоняем» нашу модель при различных past-horizon и future-horizon.
Пусть future-horizon = 0. Это случай, когда познавательный акт субъекта не мыслится в аспекте смыслового перспективного целеполагания, т.е. субъект не видит в познаваемом явлении телеологической компоненты и, соответственно, сам не привносит её. Объект, на который обращён взгляд субъекта, видится ему существующим сам по себе, независимо ни от чьей субъективной воли. Его движение, изменение объясняется исключительно внутренними причинно-следственными связями, и говорить о  какой-либо цели представляется бессмысленным. Кроме того, поскольку наблюдателю ничего не известно о предыстории, т.е. за пределами  past-horizon, которая для него как бы ни существует, то и вопрос о происхождении объекта попросту игнорируется. В лучшем случае может быть дано наивное и необоснованное суждение об эволюционной самоорганизации.  Может ли такой познавательный акт дать адекватное представление об объекте? В узком аспекте, да. Выявление каузальных закономерностей объекта позволяет воспроизводить аналогичные процессы и использовать их в утилитарных целях. Но глубинная его природа и иерархические связи с миром остаются скрытыми, качественно новые представления о последнем не возникают. 

Такого исследователя можно уподобить первобытному дикарю, оказавшемуся в современном городе. Всему, что дикарь видит, он даёт интерпретации, соотносимые с его опытом, а что не соотносится ни с чем, воспринимается как случайное и бессмысленное. Его восхищают чудеса природы – многоярусные пещеры, так удивительно отличающиеся от известных ему, в которых живут эти странные люди, маленькие стеклянные солнца под потолком, освещающие жилище в тёмное время суток, голубой огонь-костёр, не требующий дров, на котором готовят пищу. При всём при этом у здешних обитателей он находит массу странных вещей, которые нередко своим внешним видом хоть и радуют глаз, но совершенно бесполезных: линия электропередач, светофор, книга. Последняя, по-видимому, необходима для «убийства» свободного времени – многие часами могут всматриваться в непонятные знаки.

Но, как это не покажется парадоксальным, после уподобления такого познающего субъекта-исследователя дикарю, современные естественнонаучные  дисциплины и общепринятая научная парадигма как нельзя лучше вписываются в рассматриваемую схему. Нынешняя наука со времён просветителей телеологические начала в природе отметает как антинаучные. Хотя сплошь и рядом в создании искусственных вещей, которые на сегодня преобладают в окружении человека, целевой вектор очевиден. Нелепым выглядит утверждение, что, например, пылесос или автомобиль  являются продуктами причинно-следственных  закономерностей, существующих в природе материалов из которых они изготовлены. Целеполагание субъекта-человека неотъемлемо присутствует и предшествует любому познавательному акту и действию. Конечно, объекты природы, тем более космогонические, с аподиктичностью не являются творением рук человека. Это единственная причина, по которой природа была объявлена лишённой цели, а значит и смысла. При всём при том, что внимательный и непредвзятый взгляд найдёт тысячи оснований для обратного утверждения. Из этого факта следует лишь одно – по отношению к объекту-природе целеполагающий  субъект имеет трансцендентный характер. И не следует уподобляться невежественному дикарю, наделяющего лишь себя и себе подобных способностью целеполагания, и игнорирующего в своей узости остальной мир. Поразительно не только  то, что общепринятая научная парадигма обессмысливает окружающий мир природы. Человеческая история также представляется как ненаправляемый ход событий, при том, что в этом процессе задействованы люди, каждый из которых, в то же время, целеполагающая личность. Если, всё же, и на «объект» - Историю взглянуть в предлагаемом ключе,  следует признать, что история нарративна. Для некоторых исследователей исторической науки, проницательные наития которых не отягощены предрассудками,  эта мысль не нова. 

В рассмотренном выше примере с остановкой общественного транспорта событие, заключающееся в факте пребывания некоего субъекта на остановке, сфокусировало в себе определённый период прошлого нашего субъекта и его планы-цели, простирающиеся в недалёкое будущее. Если представить, что субъекта неожиданно «поразила» амнезия – начисто выпало из памяти, куда он направляется, он будет дезориентирован. Что привело его на остановку – бессмысленная случайность? Ему останется только бесцельно блуждать, пытаясь в мелькающих предметах ухватить хоть какие-то ориентиры. Положение современного «сверхсубъекта» с его сциентическим мировоззрением аналогично данному  несчастному беспамятному герою. И рядовые индивидуумы, ориентирующиеся на «сверхсубъекта», низводятся до прозябающих мыслящих животных, мечущихся в блеске фетишей цивилизации. 


« #22 : 04 Июнь 2011, 15:30:58 »
Другой крайний вариант; past-horizon = 0, а future-horizon имеет относительно большое значение. В этом случае созерцательные представления, служащие отправным пунктом познавательного акта, интерпретируются  исключительно через призму целеполагания. В наше время такой взгляд достаточно редок, хотя и встречается в виде маргинальных теорий, в том числе, и в философии. Человеку, не знакомому с историей, включая историю науки, возможность широкого хождения таких взглядов может показаться чисто умозрительной, надуманной. Но в европейское средневековье социальная мировоззренческая парадигма соответствовала  именно этой модели. Теократия агрессивно насаждала её и оберегала, стараясь регулировать все сферы жизни, в том числе интимные: духовную, творческую, познавательную. Вплоть до прямых запретов – нельзя было, например, исследовать тело человека. Результаты зачаточных методов аналитики произвольным образом подгонялась под раз и навсегда выстроенные и догматизированные смысловые картины мира. Следует признать, многие существенные аспекты религиозного опыта, включённые в парадигму, значимы и ценны. Они до сих пор представляют «кладезь премудрости», выработанный историей человечества. Интуитивное чувствование людьми созвучности откровений религиозного опыта глубинным интенциям своей природы делает его жизненную актуальность непреходящей. Иначе бы, наверное, церковь давно прекратила своё существование под напором атеистического разгула потребительства.

Эксплицитная реальность не могла не прийти в противоречие с однобокой и неадекватной моделью физического мира. Никакая инквизиция, в конце концов, не в состоянии противостоять  неотвратимой «ереси» очевидной действительности. Но вместе с «грязной водой», несмотря на предостережения Мартина Лютера, «выплеснули и ребёнка». Не только религия, но и метафизика оказались на периферии процесса познания – «качели» гносеологии упёрлись в другую крайность. Сейчас это неочевидно только развращённому охлосу и своекорыстной финансовой корпорации, которые, к сожалению, «правят бал».  Первый не желает, вторая не заинтересована видеть правду.


« #23 : 24 Июль 2011, 16:23:47 »
Творческий генезис времени

Понятие ВременнАя лупа, заключающее в себе общее правило субъектных познавательных актов, фактически представляет собой диалектическую модель. То есть такую модель, которая сама является временным процессом,  ориентирована на изменяющиеся и развивающиеся во времени явления-объекты  и подразумевающую время как имманентную субъекту субстанцию. Синтетические свойства ВременнОй лупы есть способ объединения в единство ряда прошлых, относительно рассматриваемого момента, созерцаний и возможной последовательности представлений о будущем. В результирующем единстве, как в «фокусе», формируется мгновенный текущий образ объекта.

Отдельные созерцания и представления, соответствующие определённому моменту времени прошлого или будущего, суть пространственные образы, различимые элементы которых с необходимостью подчинены единству логических законов, в основе которых «чистые» категории рассудка. Неизбыточный и обладающий полнотой перечень  упомянутых категорий дан И. Кантом в «Критике чистого разума» [1, I. ТРАНСЦЕНДЕНТАЛЬНОЕ УЧЕНИЕ О НАЧАЛАХ, §10]. Таблица  содержит четыре группы категорий:  Количества, Качества, Отношения и  Модальности. Понимание содержания кантовских категорий вносит конкретность в достаточно общие  понятия, как созерцание, представление, образ и в форму дифференциации рассудком перцепций, соответствующих  этим понятиям.  По поводу категорий там же И. Кант резюмирует. «Та же самая функция, которая сообщает единство различным представлениям в одном суждении, сообщает единство также и чистому синтезу различных представлений в одном созерцании; это единство, выраженное в общей форме, называется чистым рассудочным понятием. Итак, тот же самый рассудок и притом теми же самыми действиями, которыми он посредством аналитического единства создает логическую форму суждения в понятиях, вносит также трансцендентальное содержание в свои представления посредством синтетического единства многообразного в созерцании вообще, благодаря чему они называются чистыми рассудочными понятиями и а priori относятся к объектам, чего не может дать общая логика.

Этим путем возникает ровно столько чистых рассудочных понятий, а priori относящихся к предметам созерцания вообще, сколько в предыдущей таблице было перечислено логических функций во всех возможных суждениях: рассудок совершенно исчерпывается этими функциями и его способность вполне измеряется ими».

Таким образом, ВременнАя лупа в сочетании с категориями рассудка являются базисом мышления в его непрерывном динамическом синтезе текущего образа рассматриваемого объекта во времени и пространстве. Мы ещё  не раз обратимся к И. Канту и, употребляя часто используемое Николаем Бердяевым слово, «поквитаемся» с ним.  Фигура Канта в философской  гносеологии настолько значительна, если не первостепенна, что любой, взявший  смелость вступить в эту область с собственным суждением, обречён позиционировать своё, пока ещё только мнение, по отношению к взглядами великого мыслителя. В противном случае можно считать, что эти суждения не прошли вступительного испытания на зрелость и, соответственно, не заслуживают серьёзного отношения. Исследователь, хоть раз употребивший термин логика и не увязавший его понимание, положительно или отрицательно, с пониманием Канта, вступает на скользкий путь профанации.

Даже в своих заблуждениях,  например о понятиях, данных а priori, Кант остаётся гениальным. Поскольку для своего времени, когда еще не созрели условия для различения ряда субстанциональных реальностей, например экзистенции,  только конституирование  трансцендентальных а priori-понятий  позволяло согласовать все элементы мышления в непротиворечивое единство. Этого и многих других моментов мы впоследствии коснёмся.
Не вдаваясь в этом месте в критический разбор «Критики …», необходимо отметить, что в целом кантовская гносеология статична. Хотя в его познавательной «модели»,   как коренное «созерцательное» понятие, время   присутствует, оно по-прежнему остаётся неким «метафизическим» внутренним фоном, равнозначным другому, «внешнему чувству» – пространству. Тайна времени  как субстанции, имеющей глубинную сущностную первопричину, для Канта осталась неразличимой. Вторичный, причинно-следственный  по отношению к непрерывной изменчивости «внутреннего чувства» динамизм объектов мира как всеобщая форма эксплицитного бытия, а не случайность между статическими состояниями, также остался вне пристального внимания мыслителя.

ВременнАя лупа есть форма субъектного логоса и имманентный этой форме динамизм, проявлением которого является время,  открывает последнее с неожиданной стороны – как творящую  силу субъектного логоса. Время, как внутреннее чувство субъекта, имеет творческий порядок. Оно отражает синтетическую динамику психики субъекта, причём внешнее движение есть лишь опосредованное проявление внутреннего «движения» субъектов, континуум которых включает не только человека. Двигаясь своим путём, мы пришли к пониманию времени, сходному с пониманием его Николаем Александровичем Козыревым [2]. Таким образом, философская и естественнонаучная линии пересеклись,  что является приятным сюрпризом, свидетельствующем, надеюсь, что мы идём правильной дорогой.  Это вселяет оптимизм.  Далее мы вернёмся к сухому схематизму, неизбежному для философского  исследования, и «философическим» вопросам, призванным вскрыть первопричины сущего. А пока обратим внимание на некоторые «живые» свойства восприятия времени человеком, вписывающиеся  в предлагаемую концепцию.

Эффект чрезвычайной опасности. И в художественных произведениях, и в устных рассказах реальных людей, попавших волею случая в ситуацию неконтролируемого, «лавинообразного» и смертельно опасного развития событий, например дорожно-транспортное происшествие, последующие воспоминания нередко сводятся к типическим переживаниям: «Всё происходило как в замедленной съёмке. За долю секунды вся жизнь промелькнула перед глазами». Не вдаваясь в предположения о метафизических смыслах повторяемости одного и того «сюжета» у разных людей, поясним лишь сам эффект, исходя из «принципа работы» ВременнОй лупы. Сознание за небольшой метрический промежуток времени в квазипараллельном режиме «фокусируется» на последовательности событий-объектов прошлого, вплоть до текущего, причём образ каждого из них, как мы помним, синтезируется из ряда прошлых и будущих относительно рассматриваемого момента созерцаний, т.е. занимает определённое количество «квантов» внутреннего времени. Частота регенерации текущей «картинки-кадра» соответственно уменьшается в первом приближении во столько раз, сколько «параллельных картинок» синтезирует сознание. Отсюда эффект замедления времени.

Эффект максимальной концентрации. Этот эффект хорошо знаком, в частности, спортсменам. Перед выполнением экстремального, на пределе возможностей упражнения, требующего предельной концентрации, состояние впоследствии описывается примерно следующими словами: «Всё, что не относилось к предстоящему действию, как бы отошло на задний план. Исчезли и прошлое, и будущее – было только настоящее. В голове была необычайная ясность и, как будто, метроном отстукивал время, внимание было сосредоточено лишь на  снаряде и собственном теле, – сегодня, сейчас». Этот случай противоположен рассмотренному ранее. В фокусе ВременнОй лупы лишь один объект, причём её горизонты усилием воли сужены до минимально необходимого. Плотность времени   «сжата» до предела.

Эффект  «застывшего» времени. Типовой литературный сюжет – герой из урбанизированной современности попадает в «забытую богом» деревушку, коммуникативно оторванную от остального мира. Уклад жизни здесь не менялся, похоже, с прошлого века, а может и более.  Существование протекает неспешно, каждый новый день похож на предыдущий. Главное ощущение героя: «Время здесь как будто остановилось». Разрыв интенсивности  внешних событий, отражающей плотность времени некоего интерсубъекта – «общности  взаимодействующих субъектов» деревушки, и внутренней плотности времени героя  воспринимается как разорванность реальности-пространства интерсубъекта и героя. Указанная разорванность тем более, а может в первую очередь, усугубляется разностью предметных интенций «общезначимого мира» – различием «фокусов» ВременнОй лупы. Трагическая временнАя и, как следствие, пространственная изолированность может разрешиться, в зависимости от творчески-духовных потенций героя, двояко. Или он постепенно увлекает интерсубъекта за собой, «синхронизирует» его время  с собственным. Или интерсубъект «засасывает» героя – его время подстраивается под внешнее, и он становится как все. Есть и третий вариант, который в действительности наиболее вероятен. Всё возвращается на круги своя. Герой при первой возможности сбегает «куда глаза глядят».  «Застывшее» время непереносимо, пользуясь врачебной терминологией, несовместимо с жизнью.

Эффект  «потери» собственного времени. Этот случай противоположен предыдущему. Калейдоскоп событий, не зависящий от данного конкретного субъекта-человека, определяет его жизнь. Субъект, не понимая ни смысла, ни цели, равняется на стереотип поведения интерсубъекта – общества, «синхронизирует» своё время с «общественным». В погоне за призрачными ценностями – деньгами, карьерой, славой, удовольствиями, «маленький человек» чертыхается, расталкивает локтями «ближних», пытаясь не отстать от остальных. Тут уж не до «возлюби … как самого себя». Главное для него, чтобы было «не хуже, чем у других». Об этом замечательно говорит Николай Бердяев, отмечая, что такого человека чужой «поток времени уносит неведомо куда». Когда мы ныне иронизируем над «офисным планктоном», демократично диктующем свои ценности, то нелишним будет констатировать печальную и опасную действительность. И заключается она в том, что мы имеем дело с легионом безумцев, «потерявших» собственное время, что равносильно потере собственного «Я». Вся эта совокупность есть Оно. А манипулирование Оно нуворишами, вышедшими из него же и оказавшимися наиболее ловкими, несложно. 

Языком накоплено немало фразеологизмов, связанных со временем. Чаще всего они воспринимаются как образные выражения. В действительности же эти фразеологизмы зачастую можно воспринимать почти буквально. Они отражают творческую динамику личности и характеризуют творческую природу времени. Вот некоторые: «идти в ногу со временем», «он опередил своё время», «его время прошло».

1.   И. Кант. Критика чистого разума.
2.   https://rmvoz.ru/forums/index.php?topic=228.0

«Последнее редактирование: 07 Декабрь 2015, 22:00:15, ВОЗ»

« #24 : 05 Август 2011, 15:24:29 »
Сущностный атрибут – психическая энергия

Устоявшимся стереотипом, начиная с Нового времени, являются воззрения о необратимости прогресса. Последние, если вспомнить известные «закатившиеся»  цивилизации прошлого, представляются проблематическими. Неоднозначность выводов в этом вопросе станет тем более очевидной, если найдут подтверждение данные о полном исчезновении древнейших из них, наподобие Атлантиды. И всё же иррациональная убеждённость, по сути, вера в невозможность окончательного глобального пресечения разумной жизни сопровождает человечество на всём протяжении его истории. Не будь её, в умах давно возобладал бы, наверное, пессимизм в отношении перспектив общественного развития и всяческая деятельность социума прекратилась бы в виду её бессмысленности.  Данный факт очень любопытен и удивительно, что философы прошлого проходили мимо него.

Обозначенный феномен находит объяснение в рамках субъектной познавательной концепции ВременнОй лупы. Её параметры,  past-horizon и future-horizon изменяющиеся, в общем случае с положительной динамикой, величины. Неотъемлемый от  субстанции ВременнОй лупы динамизм горизонтов прошлого и будущего, как формы существования познающего субъекта, является «категорическим императивом» экзистенции  последнего; конечно не в нравственном смысле, как у Канта, а в бытийном. Именно неуклонное предписание творящей силы, имманентной субъекту, понуждает его к гносеологическому движению.  Закономерна постановка вопроса, каков генезис этой силы? Онтологический опыт свидетельствует, что нет ни одного «самодвижущегося» явления. Внешняя причина есть безусловная необходимость любого изменения. Это индуктивное эмпирическое обобщение имело понятийное оформление уже у древнегреческих мыслителей.  Закон причинности, незримо присутствующий во всём современном естествознании, скрупулёзно рассмотрен Кантом и, по-видимому, не оспаривается подавляющим числом представителей научного сообщества. Более того, его абсолютизация послужила, может быть, главной предпосылкой триумфального засилья сциентизма, одностороннего, а потому ограниченного, как любая абсолютизация. Как бы там ни было, из императива каузальности с необходимостью следует конституирование сущности, служащей всеобщим условием познавательных актов психики субъекта.

Итак, внутреннее чувство – время, имеющее, как отмечалось выше, творческий порядок, нельзя помыслить без противоречия, если не признать существования особой сущностной внешней силы, взводящей «пружину внутренних часов»; также, как не существует обычных часов, служащих для измерения «внешних» временных интервалов, которые работали бы без источника энергии, пополняемого извне. В очередной раз мы констатируем невозможность очередного «вечного двигателя», пусть и весьма специфического. Философской мыслью в её поисках постоянных основ бытия, в противовес непрерывной изменчивости явлений, осознаны такие сущностные понятия, как логос, материя. Вновь обнаруженная сущность до сих пор внятно не артикулирована, как таковая, и не имеет устоявшегося наименования. Данное обстоятельство поначалу несколько настораживало вашего покорного слугу, так как, пускаясь в непредсказуемое «философическое» плавание, он всё-таки надеялся обойтись критическим разбором «архивов», хранящих многочисленные артефакты  былых экспедиций первопроходцев мысли. Отправляясь «открывать Америку» для цивилизованного мира, совсем не лишне иметь в загашнике свидетельства хотя бы одного, кто уже там побывал.

«Колумбовские»  опасения рассеялись после обращения интенций  за пределы круга  «чистых» философов. Сущность, о которой здесь идёт речь, полученная как умопостигаемая необходимость, с позиций сегодняшней философской и естественнонаучной парадигмы есть предмет «чистой» метафизики. Но лишь до тех пор, пока игнорируются имеющиеся, пусть и немногочисленные, открытия «викингов», видевших «Новый свет»; внутренне достаточно свободных, чтобы не убеждать себя, что их чувственно-созерцательные восприятия – химеры воспалённого воображения. И первым среди них, по объёму и значимости собранной и осмысленной метафизической эмпирики,  является, по-видимому, Даниил Леонидович Андреев. В его трактате «Роза Мира» неоднократно упоминается, как персептивная реальность, «материя», именуемая «психические излучения», сходная по смыслу с сущностным атрибутом  ВременнОй лупы. Поэтому естественным будет предложенный ноумен перевести в разряд, по крайней мере, «кандидатов» в феномены, и в духе андреевского символа обозначить его как психическая энергия.

«Последнее редактирование: 05 Август 2011, 15:35:44, Роман Сибирский»

« #25 : 29 Август 2011, 14:45:15 »
Диамат умер. Да здравствует диалектика!

Содержательное наполнение понятия ВременнАя лупа, по мнению автора, это более высокий уровень конкретики и единства ранее смутно различимых свойств субстанционального явления, обозначаемого в философии термином диалектика. Здесь мы постараемся показать, что широко известные  определения, законы, так или иначе относимые к последней, – лишь нечёткие и зачастую эклектичные «мазки» созерцательного суждения, обнаруживающего движение и развитие, как глубинную и безусловную форму бытия. ВременнАя лупа не является эвристической находкой «без роду, без племени», а, в первую очередь, есть результат качественного переосмысления материала диалектики как субфилософской дисциплины. Новое качество обусловлено достижением количественных характеристик целостности континуума. Акцент на «благородной» философской родословной проистекает из желания дистанцироваться от новомодных «философических» теорий, базисом для которых послужили физические, кибернетические и прочие «объективные» науки. Авторы этих теорий транслируют свои экспликации пограничных понятий, сформировавшихся в рамках той или иной дисциплины,  с присущими им антиномиями, прямолинейно на иррациональные данности бытия, например, сознания. Такое неосознаваемое «упростительство» свидетельствует о непонимании предмета философии. Последний пассаж обусловлен тем, что и само «авангардное» наименование ВременнАя лупа, и её аналогия с математическим феноменом – интегральным преобразованием Гильберта по внешним «современным» атрибутам могут породить ассоциации о принадлежности предлагаемых нововведений  к ряду упомянутых теорий.  Хотелось бы надеяться, что эти ассоциации, если и возникнут, то быстро улетучатся,  как не имеющие под собой почву.

Уже платоновское определение диалектики, как искусства вести рассуждения, диалог, пронизано созерцательными интуициями о непрерывной изменчивости мира. Расширение и углубление представлений о движении и развитии у последующих мыслителей Аристотеля, Николая Кузанского, Декарта, Спинозы, Лейбница, Фихте, Шеллинга сопровождалось акцентированием  внимания на разных аспектах: формальных идеях или материи, субъективном или объективном, свободе или необходимости.  Считается, что с наибольшей полнотой диалектический метод представлен у Гегеля. Если время распорядилось так расставить свои приоритеты, то, наверное, у него есть на то основания и последний вполне заслуженно считается родоначальником и патриархом  диалектической философии Нового времени. Хотя справедливости ради необходимо отметить заслуги того же Фихте.  «Оставаясь в целом в рамках кантовской схематики, Фихте вместе с тем был автором ряда важных новаций. Он обозначил принципиальное для немецкой классической философии отождествление субъективности с деятельным началом и впервые продемонстрировал широкие спекулятивные возможности диалектического метода, движения к новому знанию через противоречие: тезис — антитезис — синтез» [1, с.126]. Так что общеизвестная диалектическая триада, ассоциирующаяся у многих с именем Гегеля, была уже не нова.

«Продвижение от одних определений мысли к другим происходит путем самоотрицания и снятия противоположностей в синтезе, всегда более содержательном, чем простая сумма тезиса и антитезиса. Гегель говорит, что этот метод не навязан извне, а диктуется самой природой мышления» [1, с.132]. И это, как представляется, истинностное схватывание сути диалектики, которая есть «движущая душа всякого научного развертывания мысли и представляет собой единственный принцип, который вносит в содержание науки имманентную связь и необходимость…».  Истинностное, но всё же стоящее в одном ряду  с определением Платона, качественно не отличающееся от представлений древнегреческого философа. Идеалистический крен, размытость представлений о соотношении субъективного и объективного оставили непрояснённой субстанцию диалектики как основы непрерывно изменяющегося и развивающегося  мира. Обтекаемость исходных формулировок породили неоднозначность толкования. «В первом понимании диалектика есть в себе деятельность самого себя в-себе-и-для-себя-сущего мышления, состоящая в познавании абсолютной сущности в движении чистых понятий. Во втором – действительное развитие». Современные «младогегельянцы» пытаются разглядеть новые смыслы в наследии «официального философа», обозначая их как «высшую диалектику» некой «новейшей философии» [2]. Однако, как известно, нельзя влить  «новое вино в ветхие меха». Гегель своё слово сказал и оно значимо, но для выхода на более высокий уровень требуется  различение иного содержания, которое ранее не мыслилось.

Попытка дальнейшей дифференциации диалектики предпринята в рамках диалектического материализма. Воплотилась она в формулировании Ф. Энгельсом трёх законов диалектики:
•   Закон единства и борьбы противоположностей.
•   Закон перехода количественных изменений в качественные.
•   Закон отрицания отрицания.
Если пока не касаться ничем не обоснованного приписывания имманентности диалектических законов материи, то, по сути, мы имеем дело с переформулированием на материалистический лад триады "тезис — антитезис — синтез". Прямое родство первого энгельсовского закона и широко используемого Гегелем диалектического противоречия очевидно. Оставшиеся два закона в целом несут разъясняющую нагрузку. Схематика ВременнОй  лупы однозначно артикулирует диалектические противоположности в контексте времени, как прошлое и будущее. Прошлое и будущее потому и различимы, что противоположны, антагонистичны. И тождественны лишь как проекции на мгновение настоящего. Этот антагонизм не статичен, а текуч, изменчив. Динамизм не случайность, а всеобщее условие – закон экзистенции; как движение для велосипедиста условие  существования как такового.   Закон отрицания отрицания в скрытой форме как раз и декларирует непрерывные количественные изменения в соотношении противодействующих факторов. Со своей стороны добавим, как временнОй процесс. Можно сформулировать и по-другому. Время «появляется» и «существует» пока мыслится иное. Будущее, отличное от прошлого. Попытки стагнации настоящего, образно выражаясь, есть «покушение» на время и, в конце концов, на жизнь; уже не образно, а буквально.

Непрерывные количественные изменения противоположностей, поначалу в логосе субъекта, а затем через деятельное начало и в интенциональном предмете, приводят, в конце концов, к полному исчезновению одних свойств и окончательному становлению других. Появляется новое качество. Закон перехода количественных изменений в качественные фиксирует факт неоднородности  времени. Если ассоциировать время с течением реки на разных участках, то оно – и бурный поток на порогах, и водопады, и плавные участки,  и водовороты.  Неоднородность – следствие конечности интенциональных объектов, как ноуменальных, так и феноменов, данных в созерцании. А всё конечное появляется, развивается и, в конечном итоге, исчезает, рождая новое качество. Появление и исчезновение меняет бытийную структуру.  Последняя обладает дискретностью, изменение дискретных структур влечёт неоднородность времени. Констатация конечности, в частности, предметного мира носит здесь эксплицитный характер, опирающийся на эмпирику. Но любая эмпирика, даже очень представительная, не несёт в себе всеобщности суждения, в этом И. Кант, безусловно, прав. Немного позже мы рассмотрим теоретико-понятийные предпосылки вывода о конечности всякого представления, а  заключены указанные предпосылки в схематике ВременнОй лупы. Она же  делает различимыми истоки возникновения недостоверного знания, что «испокон веку» интересовало философскую мысль.

Здесь уместно развенчать алогичное материалистическое суждение, что единство и борьба противоположностей есть движущая сила развития, как природы, так и социума. Несостоятельность этого суждения можно обнаружить в элементарных примерах. В связке локомотив – состав, перемещающихся по железнодорожным рельсам, также существует противоречие. Но никому в голову не приходит видеть в этом причину движения. Также как отсутствие материальных причин не является гарантией социального мира, что наглядно  видно на примере некоторых арабских стран. Относительно высокая социальная защищённость при отсутствии свобод не воспрепятствовала революционным изменениям.  Как было показано выше, временнАя субстанция, имманентная субъекту,  есть трансцендентальная безусловная форма его экзистенции, не мыслимой иначе, как непрерывное изменение психических состояний.  Движителем этих изменений является трансцендентная сущность психическая энергия. Последняя и есть первопричина всяческого изменения, в том числе всех форм материальных предметов, которые суть интенциональные объекты определённых субъектов, т.е. такие объекты, которые «рождаются» и «живут» в неразделимом тождестве познания и деятельности одного или множества субъектов.  И «умирают», когда оказываются «субъектооставленными». Это наше принципиальное основоположение.

Наглядными символами, демонстрирующими указанный принцип, служат города древних цивилизаций, покинутые жителями без внешних видимых причин, например, в Южной Америке. Многие из них уже «канули в Лету», сохранившиеся обречены. Там, где нет живительной силы деятельного и разумного начала субъекта,  свои права диктует разрушительная сила закона возрастающей энтропии, интерпретируемой, к слову, как «неумолимое время». Из закона, открытого современным материалистическим естествознанием, в истинности которого нет основания сомневаться, с необходимостью следует перспектива хаоса, небытия. А в том, что упомянутая перспектива ещё не стала действительностью, видится парадокс, который не может быть устранён без смены парадигмы, рассматривающей материю как самостоятельную сущность и  не содержащей  обособленной сущностной первопричины мыслящих субстанций. Именно последние под воздействием творческой природы времени противостоят распаду структурированной материи до первоначальных меонов. Суждения об эволюции «ничто» до сознания и мышления, как утверждает диамат, не только безосновательны, но и противоречат выводам науки, в которую материалисты «свято» верят. Следует признать, что и в более широкой философской трактовке наивно ожидать, что «кто был ничем, тот станет всем». Исторический материализм, как надстройка диалектического материализма, «трещит по швам». Диамат в период философского безвременья пока ещё держится, мимикрируя в иные формы. Так что, вынося в заголовок утверждение о его кончине, автор, конечно же, гиперболизировал текущие тенденции. Атеистическое бытие, как реальная действительность, ещё определяет сознание очень и очень многих. Но потенциал его исчерпан, и дни его будут убывать как шагреневая кожа. А у диалектики, очищенной от плоской софистической убогости материализма и обогащённой новым содержанием, безграничные горизонты.

1.   http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/Philos/Mironov/_04.php
2.   http://dialectics.ru/20.html

«Последнее редактирование: 30 Август 2011, 07:49:03, Роман Сибирский»

« #26 : 24 Ноябрь 2011, 12:42:43 »
«Идолы» заблуждений

Традиционная гносеологическая проблематика – недостоверная интерпретация наблюдаемых явлений, возникновение заблуждений. Так как ВременнАя лупа заключает в себе принцип познавательных актов, то она же позволяет выявить причины их аберрации. Ранее уже отмечалось, в силу того, что горизонты прошлого и будущего, являющиеся  параметрами ВременнОй лупы,  конечны, то любое суждение об интенциальном объекте всегда приблизительно, причём с течением времени, по мере увеличения значений горизонтов, степень неопределённости уменьшается. Но ограниченность горизонтов – это не единственная и, возможно,  не самая неприятная по своим последствиям помеха в формировании суждений, в том числе, об окружающей действительности. Неполноту представлений, обусловленных конечностью past-horizon и future-horizon,  можно отнести к «естественным болезням» роста. Так,  при существенных ограничениях ряда параметров, доказала свою практическую значимость ньютоновская механика. В других условиях, более общих, законы последней уже не действенны, углубление и усложнение представлений о строении материи привели к открытию квантовой механики.  Это пример закономерного процесса развития, связанный с расширением горизонтов. Более пристального внимания требуют искажения, возникающие из-за игнорирования необходимых предпосылок, обуславливающих возможность адекватных познавательных суждений субъектным логосом – ВременнОй лупой. Что конкретно имеется в виду, станет ясно из нижеследующего.

Ранее мы констатировали. «Синтетические свойства ВременнОй лупы есть способ объединения в единство ряда прошлых, относительно рассматриваемого момента, созерцаний и возможной последовательности представлений о будущем. В результирующем единстве, как в «фокусе», формируется мгновенный текущий образ объекта». Причём текущее созерцание, т.е. соответствующее рассматриваемому моменту, наиболее весомо как актуальная перцептивная данность. Оно необходимо следует из прошлого как каузальная возможность, но степень достаточности привносится целесообразной последовательностью будущих образов (временным рядом апперцепций). Следует понимать, что мы «видим» не то, что видим, а то, что подразумеваем. Итак, подразумеваемый объект есть  результат сложного синтетического процесса, в котором созерцаемый образ лишь мгновенный временной «срез», связывающий противоположности прошлого и будущего относительно наблюдаемого момента в тождество. Но если по каким-либо причинам отдельные промежуточные апперцепции  недоступны познающему субъекту и, следовательно, выпадают из этого процесса, то произвольная «интерполяция» недостающих элементов приводит к  неточным или вообще ложным суждениям.  Каждому, наверное, приходилось сталкиваться с ситуацией, когда несколько человек наблюдают один и тот же объект, но интерпретируют его по-разному. Как в той притче о слоне и трёх незрячих. Различный индивидуальный опыт в сочетании с недостающими «звеньями»  обуславливает появление мнений, которые принято называть субъективными в их негативном смысле. 

Современная научная парадигма игнорирует целевую причинность. Поэтому обособившиеся отрасли, где осознанно, а чаще неосознанно, учитывается целевая компонента или в формировании суждения или как фактор деятельного начала,  а также в той или иной степени системно берутся в расчёт последствия выпадения элементов из временного ряда апперцепций,  имеют по большей части прикладную направленность. Примером таковой является поприще фокусников и иллюзионистов, девиз которых: «Ловкость рук и никакого мошенничества». Это та экзотическая сфера  деятельности, где парадоксальный результат, противоречащий обыденному опыту, является конечной целью. При всём разнообразии приёмов, в основе – преднамеренное, при помощи отвлекающих манёвров, «прореживание» действительной временнОй последовательности событий (временного ряда апперцепций), что и позволяет добиваться неожиданных эффектов, призванных развлекать публику. И всё благодаря навыкам, адекватно воспроизводящим имманентный любому и каждому рассудочный универсум существования, как деятельного познания. Надо отдать должное природным самородкам этой индустрии, которые своими «несерьёзными» достижениями демонстрируют интуитивное понимание гносеологической методологии, зачастую более глубокое, чем у иных догматических начётчиков, от которых мы были бы вправе этого ожидать в силу принадлежности их к цеху профессиональных учёных. 

Другой, опять же, прикладной дисциплиной, где необходимыми факторами истинностной картины признаются как причинность  в традиционном понимании, так и целевая, является криминалистика. Причём оба типа временных рядов апперцепций (потоков апперцепций)  присутствуют как равноправные. Целевая компонента терминологически формулируется как мотивация (преступления). Каким бы безупречным не был каузальный ряд – вещественно-доказательная база преступления, если отсутствует мотив, этого недостаточно, с позиций эмпирически сложившихся требований, для вынесения окончательного вердикта. И криминалистика, по крайне мере, в декларируемой части придерживается этого правила, возникшего из «опыта, сына ошибок трудных». В этой сфере по своим последствиям ошибки  действительно трудны, а опыт их предупреждения буквально выстрадан. Поэтому, наверное, апробированные здесь методологические приёмы, как представляется, максимально полно и развёрнуто, в сравнении с другими самостоятельными дисциплинами, воплощают познавательные императивы, присущие человеческому логосу, конкретизируемому автором в схематике ВременнОй лупы И, возможно, этим обстоятельством объясняется популярность детективного жанра, востребованного самыми разными людьми, независимо от возраста,  профессии, образования и прочих различий. Укоренённая в сущностной основе человека любознательность, не всегда удовлетворяемая в обыденной жизни, ищет выхода и находит его в головоломках. А талантливо написанный детектив, может быть, наиболее адекватно задействует каузально – телеологические «аккорды» познавательной потребности и снимает напряжение «исследовательского голода».

Типическим примером, с сохранением интриги от первых до последних строк, что свойственно несравненной Агате Кристе, может служить детектив «Убийство в доме викария». С наблюдательной и проницательной мисс Марпл, чьи специфические учтивость и сдержанность не оставляют сомнений у читателя, что события разворачиваются на территории туманного Альбиона. Жизненный опыт и природная одарённость позволяют этой пожилой даме «видеть насквозь» скрытые мотивы и предугадывать возможные поступки окружающих, или, выражаясь языком кантовской парадигмы, синтезировать a priori перспективный ряд апперцепций, согласующийся с хронологически упорядоченной ретроспективой. Её способность выделять из  всего многообразия почти равновероятных версий единственно верную позволяет ей раскрыть преступление, посрамив тех, кому это положено по профессии. А окружающим не остаётся ничего, как признать в ней сыщика по призванию. Секрет успеха мисс Марпл в её  таланте всю имеющуюся эклектику интегрировать в синтетически целостный временной процесс и умении определить, когда последний достигает необходимой стадии наполненности взаимообусловленных деталей, исключающей ложное суждение. Этот рубеж достаточности – принципиальный момент познавательной динамики, требующий понятийного оформления.

Даже не имеющему отношения к криминалистике, из тех же детективов, известна процедура, именуемая  следственным экспериментом. Цель последнего – в мельчайших подробностях воспроизвести обстоятельства самого преступления или иных событий, связанных с ним. В ходе следственного эксперимента проверяется, связываются ли ключевые события, и достоверно зафиксированные, и умозрительно предполагаемые,  в неразрывную цепь. Где связующей «тканью» выступает множество, на первый взгляд, второстепенных нюансов и деталей, эксплицирующихся в ходе эксперимента. Нередко кажущееся поначалу взаимообусловленным, на поверку таковым не оказывается. И проявляется это в нарушении «рассудочной» непрерывности, в нестыковке смежных по времени апперцепций: появившихся в результате эксперимента и событиями – «временными срезами», ранее не подвергавшимися сомнению. Данная практика, проверенная временем, является специфической эмпирической  иллюстрацией «теории» ВременнОй лупы, из содержания которой очевидно, что только целостное свойство, присущее потоку апперцепций, освобождает от неопределённости рассудочно-мыслительный процесс продуцирования  достоверного знания. Указанное свойство, дифференцируемое как достаточное условие достоверности, будем называть связностью. Обращаясь к гуссерлевской феноменологии, можно   трактовать    связность как стадиальную завершенность ноэсы, достигшей  тождества со своим коррелятом – ноэмой.

Возможно, самым одиозным учением в контексте понятия связности  является антропогенез. С подачи Ч. Дарвина, наверное, не все, но большинство его последователей в своей исследовательской деятельности исходят из посыла-предвосхищения, что человек как вид произошёл от обезьяны в результате естественной эволюции. И задача состоит лишь в том, чтобы подтвердить этот факт, собрав соответствующий доказательный материал. Но по мере накопления данных всё более становится очевидным, что не всё так однозначно. Сложнейший феномен человека не сводится к биологическому и социальному аспектам. Прямолинейные эволюционные проекции с человекоподобных обезьян на человека, по крайней мере, преждевременны. С завидным постоянством обнаруживаются новые ветви различных Homo, и не только Homo, с эволюционными «пустотами» – как между ветвями с одной стороны, так и каждой из ветвей и Homo sapiens с другой. А это значит, что о связности здесь говорить пока не приходится и любое поспешное суждение чревато заблуждениями. 

Ф. Бекон верно уловил «предрасположения» сознания человека к заблуждениям, которые он называл «призраками» или «идолами». По Бекону это «идолы пещеры, идолы театра, идолы площади и, наконец, идолы рода». Переизлагать суть «классификации» английского философа  не буду, а  заинтересованного читателя отсылаю к первоисточнику. Беконовские «идолы» есть не что иное, как частные случаи универсальной причины ошибочных воззрений – нарушения непрерывности потока апперцепций, то есть связности. Именно в нетривиальной природе познавательных интенций находятся источники пресловутых заблуждений. Мы имеем дело не  с механическим накоплением персептивных отражений, а с творческой синтетической деятельностью субъекта.   Непонимание или  игнорирование последним принципов, лежащих в основе собственной рассудочно-мыслительной активности, как каузально – телеологического временного процесса, взаимодействующего, следует ещё раз особо подчеркнуть, с динамической действительностью, в которой нет ничего постоянного по определению,  усугубляет изначальную неопределённость, которая иначе, как посредством опыта-пути, не преодолевается. Как только текущее, временное, изменчивое, каковым является всё вокруг, фиксируется кем-то как что-то конечное, в тот же миг рождается «идол» и появляется первый «идолопоклонник».

«Последнее редактирование: 25 Ноябрь 2011, 17:01:56, ВОЗ»

« #27 : 25 Ноябрь 2011, 17:15:47 »
Сложнейший феномен человека не сводится к биологическому и социальному аспектам. Прямолинейные эволюционные проекции с человекоподобных обезьян на человека, по крайней мере, преждевременны. С завидным постоянством обнаруживаются новые ветви различных Homo, и не только Homo, с эволюционными «пустотами» – как между ветвями с одной стороны, так и каждой из ветвей и Homo sapiens с другой.
Внутри самого Homo есть разные виды, взаимопонимание между которыми почти исключено, а любые (вынужденные) попытки общения и взаимодействия приводят к неразрешимым конфликтам. Как Вы думаете, Роман, это различие в разных видах Homo sapiens обусловлено: биологически? социально? мистически? духовно?
Также совершенно невозможно понять с точки зрения биологической и социальной такого устойчивого феномена в человечестве - как нация. И ещё труднее понять, что внутри одной нации существуют виды, общение между которыми практически исключено ("классовая теория" тут тем паче ничего не объясняет, только путает, вводя лишнее "неизвестное" в систему). Причём представителям схожих видов найти общий язык с такими же в другой нации, говорящими на другом языке, воспитанными в другой социальной и культурной реальности, намного легче, чем с представителями чуждого вида внутри одной нации, одной культуры, одного социума и одного языка.
Как бы Вы могли объяснить этот феномен в контексте этой ветки ("ВременнОй лупы" и т.д.)?

Как только текущее, временное, изменчивое, каковым является всё вокруг, фиксируется кем-то как что-то конечное, в тот же миг рождается «идол» и появляется первый «идолопоклонник».
Очень важный момент. Надеюсь, что тему идолов и идолопоклонников Вы продолжите в этой ветке. Не могу удержаться, чтобы не дать ссылку для читателя на эту небольшую мою заметку "Искушение трактатом" (хорошая иллюстрация для "Идолов заблуждения", неправда ли?)

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 26 Ноябрь 2014, 03:12:50, ВОЗ»

« #28 : 01 Декабрь 2011, 14:05:24 »
Внутри самого Homo есть разные виды, взаимопонимание между которыми почти исключено, а любые (вынужденные) попытки общения и взаимодействия приводят к неразрешимым конфликтам. Как Вы думаете, Роман, это различие в разных видах Homo sapiens обусловлено: биологически? социально? мистически? духовно?
Также совершенно невозможно понять с точки зрения биологической и социальной такого устойчивого феномена в человечестве - как нация.
Некоторое уточнение. Внутри Homo sapiens, насколько мне известно, других видов Homo   антропогенез не выделяет.  Внутри, так называемого, рода Homo, различают виды (ныне не существующие)  Homo habilis (умелый), Homo erectus (прямоходящий) и прочие. Включая Homo sapiens. Что касается отсутствия взаимопонимания в роде людском, приводящем к конфликтам, порой неразрешимым, то это такой многофакторный, а потому сложнейший феномен, что готовых и исчерпывающих ответов на сегодня нет, по-видимому, ни у кого. А уж генезис нации, так тут сплошное «белое пятно», ждущее своего  Карамзина.  Могу только предположить, что иерархия смыслов, определяющих указанные феномены, располагается в следующем нисходящем порядке: мистический, духовный, социальный.  Выскажу такую крамольную мысль, что перечисленные уровни, в конце концов, не исключают даже постепенной биологической трансформации отдельных «людских популяций», как материальное завершение различий более высокого порядка. Гиперболизирую? Возможно. Но когда  чуть ли не в каждом видеосюжете об Америке в объектив камеры обязательно попадает типовой тучный обыватель тамошних мест – детище Макдональдсов, то  это наводит на размышления.
 
 К слову, мощнейшим стимулом, подвигнувшим Вашего покорного слугу к философствованию, было, не больше, не меньше,  желание прояснить для себя устройство социума будущего – Розы Мира, предвосхищённого Даниилом Андреевым. Как конкретно будут выглядеть государственные, религиозные институты, какие этические ориентиры будут предложены человеку, каковы будут механизмы, гармонизирующие персональную творческую свободу и интересы «ближнего», общества в целом, без насилия и принуждения.  Поначалу, после прочтения «Розы Мира», действительно было искушение, что теперь-то всё ясно. Но не долго. Наверное, это ощущение открывшейся истины испытали многие, читавшие Андреева. Потом пришло осознание, что трактат – это не ответ, а большой ВОПРОС. Распадающийся на тысячу мелких, требующих творческого осмысления и созидания. Но прежде, чем разрабатывать «интерсубъективную» проблематику, требуют осмысления классические проблемы философии – онтологические, метафизические. Это базис,  в котором ещё масса разночтений, а без целостного взгляда в «основоположениях» невозможно без заблуждений осваивать социальное бытие.
Причём представителям схожих видов найти общий язык с такими же в другой нации, говорящими на другом языке, воспитанными в другой социальной и культурной реальности, намного легче, чем с представителями чуждого вида внутри одной нации, одной культуры, одного социума и одного языка.
Как бы Вы могли объяснить этот феномен в контексте этой ветки ("ВременнОй лупы" и т.д.)?
С сожалением могу констатировать, и это следует из выше сказанного, что этот аспект ещё требует осмысления, и готовых убедительных ответов нет.  Надеюсь, что появятся.
Цитата: Роман Сибирский от 24 Ноября 2011, 11:42:43
Как только текущее, временное, изменчивое, каковым является всё вокруг, фиксируется кем-то как что-то конечное, в тот же миг рождается «идол» и появляется первый «идолопоклонник».

 Очень важный момент. Надеюсь, что тему идолов и идолопоклонников Вы продолжите в этой ветке. Не могу удержаться, чтобы не дать ссылку для читателя на эту небольшую мою заметку "Искушение трактатом" (хорошая иллюстрация для "Идолов заблуждения", неправда ли?)
Ещё раз перечитал «Искушение …». Хорошая – не то слово. Без всякого пафоса – блестящая иллюстрация. Рекомендую всем.


« #29 : 01 Декабрь 2011, 17:22:34 »
Некоторое уточнение. Внутри Homo sapiens, насколько мне известно, других видов Homo   антропогенез не выделяет.  Внутри, так называемого, рода Homo, различают виды (ныне не существующие)  Homo habilis (умелый), Homo erectus (прямоходящий) и прочие.
Разумеется, я сказал "виды" не в биологическом смысле. Но ведь (как и Вы далее пишете) не исключено, что биологическая мутация - лишь завершающее звено в мутации духовной и душевной. И первая, а за ней вторая протекают медленно, а последняя - биологическая - может произойти почти мгновенно, в течение одного-двух поколений, когда на духовном и душевном уровне накопится "критическая масса" изменений (в нашем случае, духовной деградации одного "вида" и отрыв от него "другого") - они перейдут в информационную составляющую, а следовательно - в геном, и произойдёт мутация уже на завершающем, биологическом плане. Так ведь (видимо) происходили мутации и в предыдущих видах  Homo, кто сказал, что они последние и Homo sapiens последний, завершающий вид?

А если из него выделится Homo spiritus ("человек духовный")? И родительский вид, как это всегда бывает, отшатнётся назад (как точка опоры для толчка нового вида)? Это лишь вопросы. За них можно упрекнуть меня в ницшеанстве, но ведь и Андреев предсказывал появление нового вида - "полулюдей-полуигв". Не расслоится ли Homo sapiens на два вида: Homo spiritus ("человек духовный" - "человек облагороженного образа") и "полуигва" (последний в свою очередь тоже может дать две подветви: собственно полуигва - бездуховный, но интеллектуальный, руководящий, и бывший "сапиенс", деградировавший до рабского, подчинённого состояния у "полуигв", как своего рода домашний "разумный" скот).

Страшные вопросы. Как из кошмарного сна. Но до конца от этого "сна" отмахнуться не даёт реальность, если не закрывать на неё глаза и в страхе за свой комфорт не пытаться заклинать бездну детскими считалками про "оптимизм и пессимизм", "негатив и позитив"...

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 12 Июнь 2013, 16:12:02, Ярослав»

« #30 : 12 Июнь 2013, 11:11:20 »
О монаде

Прежде, чем продолжить наше исследование в заданном ранее направлении, введем в оборот понятие монада. Монада у нас – субстанциональная  основа экзистенции субъекта, имеющая трансцендентальный характер. ВременнАя лупа,  как динамический субъектный логос, не «парит в воздухе» в виде самостоятельно существующей идеи и уж конечно не «свойство высокоорганизованной материи». И то, и другое было бы произвольным допущением. А является атрибутом монады. Фактическое  присутствие последней, следовательно, – условие появления и существования человека-субъекта с его специфическим внутренним чувством – временем, возбуждаемым психической энергией. В некотором смысле монада вне времени и до времени. Поэтому обращая взор на субъект познания – конкретного человека, как такового, мы, рассматриваем его как экспликацию (развертывание) его монады, находящейся на серединном отрезке своей истории. То есть, уже имеющей онтологический опыт, приобретенный до текущей экспликации. Попросту говоря – до рождения данного человека и не исчезающий с его физической смертью.

Конституирование монады в настоящем контексте необходимо нам для дальнейшего анализа качеств  временнОй лупы. В частности, выявления генезиса кантовских априорных знаний, обуславливающих опытное познание. Что возможно при устремлении горизонтов past-horizon и future-horizon к своим предельным нулевым значениям, случившимся во времена Адама, т.е. незадокументированных, если не считать библейский миф; незадокументированных, но присутствующих в подсознательных глубинах монады. Указанный генезис  выявляется лишь дискурсивным разбором. Монада, с обозначенными выше свойствами, как непредметная реальность  все же неочевидна и, конечно, требует своего обоснования. Каждый, непредвзято всматривающийся в самого себя, после редукции биологической и социальной составляющих, непременно находит   некий «сухой остаток». Именно этот «остаток» подвигал не только Лейбница, но и большинство других философов, к разработке философем, объясняющих его природу. Ознакомиться с ними можно по обширной философской литературе. Особенно близка нам позиция, так называемой, экзистенциальной философии. Хотя большинство представителей этого направления и не используют  термин монада, по существу, установленная ими экзистенция, как аподиктическая и непосредственная данность, есть коррелят монады. В нашем исследовании наличность монады есть презумпция (предположение, которое признается истинным, пока не доказано обратное), соединяющая онтологический и метафизический опыт. Взаимообусловленное и взаимосогласованное  содержательное наполнение понятия монада, не противоречащее изначальным установкам, и есть доказательное решение,  как процесс. Другого «абсолютного» доказательства нам не дано.

«Последнее редактирование: 12 Июнь 2013, 15:19:43, Роман Сибирский»


 
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика