Философия синтеза
Понятие и теория символа

0 Участников и 1 гость просматривают эту тему.

« #1 : 08 Декабрь 2016, 12:01:52 »
Решил начать подтему о символе. Расположение ее в теме синтеза вполне оправданно. Потому что во многих теориях символ определяется как соединитель, синтезатор. Даже само греческое слово составлено из соединяющего префикса «сим» («со», «при») и корневого слова «ballo», у которого тьма значений (бросать, кидать, нестись, толкать, сливать, соглашаться, означать и т.д.), главное из которых, мне кажется, полагать. Символ этимологически – это сополагатель.
Конечно, эстетический и философский смысл у этого термина гораздо богаче и разработан в различных теориях. Я придерживаюсь того значения, которое в целом свойственно русскому классическому символизму: В.С. Соловьев, А. Белый, П.А. Флоренский, В.И. Иванов, А.Ф. Лосев, эстетика поэзии серебряного века и т.д.
Для начала выложу мою зарисовку 1996 года «Понятие символа», основанную на пяти определенностях символа, отмечаемых А.Ф. Лосевым в его работах: «Диалектика мифа», «Философия имени», «Логика символа».

«Последнее редактирование: 08 Декабрь 2016, 12:09:43, Сергей Борчиков»

« #2 : 08 Декабрь 2016, 12:08:10 »
Понятие символа

Третьей идеальной сферой эманаций Единого, после божьей благодати и любви, является сфера символа. Слово «символ» в обиходе используется в широком смысле, хотя его философско-эстетическое значение сложное и утонченное. Предлагаемое понимание символа опирается, в частности, на идеи А.Ф.Лосева.

1. Символ есть исключительный объект.
Символом может быть какая-либо вещь, предмет, объект. Нечто сугубо субъективное символом быть не может. Объектность нужна для того, чтобы субъектности было к чему прикрепиться. Правда, символами могут выступать люди и их сознание, но только в качестве объективных явлений по отношению к личности, которая с ними соединяется. Символ и есть такой соединитель – вещь, предмет, объективное явление. Но этого мало.
2. Символ есть выражение личности.
Символ – это такой объект, который выражает субъективность личности, обладающей этим объектом: переживания, чувства, эмоции, представления, идеи, волю. Говорят, например: «Этот год был трагическим». Но год – всего лишь время, течение секунд, которое само по себе не может быть ни счастливым, ни трагическим. Счастье или горе – это самочувствие личности. Отторгнутое от человека и навешанное на объект, в данном случае на «год», оно и делает его символом. Но и этого мало.
3. Символ есть история личного самосознания.
Символов, выражающих личность, хоть пруд пруди в культуре. Таковы, например, все художественные образы. Собственно же символ не просто выражает личность, а представляет ее в движении, в самопознании, в историческом становлении. Кроме внутреннего мира личности, символ охватывает собой познавательные ценности, которые человек или люди осваивают и в него вкладывают в процессе жизни. Однако и этого мало.
4. Символ есть чудо.
Не достаточно вложить в символ собственные переживания, даже освоенные как истина, нужно, чтобы символ принял их в себя и об этом просигнализировал личности каким-либо своим явлением. Более того, символ, благодаря своей объективной самостоятельности, может опережать самосознание личности, предопределять и подсказывать её изменения. Это совпадение объективных явлений с сознанием человека вплоть до тождества и есть чудо, которое фиксируется в душе с чувственным восторгом. Но все-таки даже и этого мало.
5. Символ есть единящая мысль.
Не просто мысль, а именно соединяющая, связующая человека с чудесным миром трансцендентной реальности. С тем миром – Рока, Бога, абсолютной Причины – откуда идут предопределения и жизненные наития. Она есть сверх-мысль, ноэма. «Мысль» не отрицает предыдущие определенности, а на них наслаивается. Символ-мысль обязательно воплощается в объекте. Человек не только осмысляет, но и любит свой символ. Сама любовь – одна из форм символизации. Символ-мысль не просто продукт человеческого разума, а выстраданное достижение индивидуального познания. И, наконец, совпадение индивидуального и абсолютного мышления сопровождается в мысли чудом откровения, озарения, воссияния Истины.

Таким образом, символ – это особая сверхлюбовная и сверхмыслительная форма обладания и претерпевания Истины Бытия, в которой соединены в одно целое: объект, личность, познание, трансценденция, мысль.
Символ – чудесное средоточие этого соединения. А символизм – учение, которое, словно цветок лепестки, распускает красу своих мыслеобразов в разные стороны.


« #3 : 09 Декабрь 2016, 05:51:51 »
Рекомендуем к ознакомлению:
Символ и реальности,
а также другие статьи Николая Миронова.

_______________________________________________
Роза Мира не является новой религией и новой культурой,
но ансамблем и диалогом религий и культур.

« #4 : 10 Декабрь 2016, 10:25:31 »
Уже отвечал Николаю Миронову 5 лет назад – https://rmvoz.ru/forums/index.php?topic=1969.0#msg11871
В свете очередного подхода к теме выскажусь снова:

1) О тождестве символа и реальности

тождество символа и реальности
Символ и так есть тождество идеальности и реальности. Говоря «тождество символа и реальности», мы говорим «тождество тождества идеальности и реальности с реальностью». Ну да ладно, кашу маслом не испортишь.

2) О призыве к тождеству
…в отличие от знака, символ всегда служит не просто указанием, но и напоминанием, увещеванием, призывом (хотя и не сигналом) к действию, то есть к некому активному проявлению в окружающем нас реальном мире.
Во-первых, и знаки тоже служат. Например, знак «проезд запрещен» («кирпич») служит сигналом, чтобы туда не ехать и поворачивать автомобиль.
Во-вторых, если символ служит сигналом к единению с реальностью, значит, в нем еще нет такого единении, а это противоречит определению (1). Следовательно, изначально это не символ, а лишь сигнал (знак), символом этот сигнал станет тогда, когда объединится с реальностью.

3) О связи символа со Вселенной
…символ выступает связующим звеном между человеком и вселенной, макрокосмом и микрокосмом, выполняя функцию аналогичную замочной скважине или призме, о чем тоже еще будет идти речь.
Всё зависит от конкретики (объекта) символа. Если мы симболируем Вселенную, то да, но есть и другие примеры: березка – символ Родины, а какой-то цветок может быть символом моей любви к умершей маме. И никаких Вселенных, с ее микро и макрокосмосами.

4) О симуляциях символизма

…практически во всех известных и доступных для наблюдения на настоящий момент ритуально-символических системах мы имеем дело исключительно с редукциями и имитациями.
Если это так, то мы должны говорить о симулякрах символа, а не о символах, поскольку символ – это по определению связь с реальностью, а не с ее имитациями или, того хуже, с фикциями.

5) О подлинных символизациях
…с нашим пониманием мира и отношением к нему ничего не происходит. Да и произойти в принципе не может, поскольку искусство больше не теургично.
Полностью согласен. Подлинный символизм, а следовательно, подлинное понимание реализуется в ургийных практиках: теургии, софиургии, эгоургии, поэзисе, ноэзисе, социальной активности, медитации, в том числе метафизической, и т.д. См. подробнее в теме – https://rmvoz.ru/forums/index.php?topic=4577.0

«Последнее редактирование: 10 Декабрь 2016, 10:30:06, Сергей Борчиков»

« #5 : 11 Декабрь 2016, 09:28:24 »
Импровизация на заданную тему

Понятие символа напрямую связано с тем, что мы считаем и что не считаем подлинной реальностью. Если тот эмпирический мир, в котором мы сейчас живём, для нас представляется последней реальностью, то символ выступает тогда только в роли связующего звена между нашим внутренним миром и этой реальностью, а также — между разными её проявлениями и частями (в нас и вовне).

Если же в нашей душе ожила память о подлинной реальности (духовной, вечной — у неё много символических имён), то весь наш материальный мир превращается для нас в язык символов. И символ становится окном из мира символов в настоящую реальность. Тогда символизм и есть настоящий реализм, а то, что нас приучали считать реализмом, есть лишь аберрация сознания, принявшего символы за реалии.

Получается, что мы живём в мире символов, а не в реальном. Насколько мы понимаем символический язык относительного мира, зависит наша связь с миром реальным. Не идеальным, а именно реальным (это не совсем синонимы, хотя и близкие понятия для обозначения духовного мира).

Есть ещё мистическая сторона символа — как связи разных материальных слоёв космоса друг с другом: через язык символа мы можем воспринимать бытие миров, недоступных нашим органам чувств, даже неимоверно усиленных научно-техническим аппаратом. В этом аспекте символ впрямую соприкасается с мифом, помогает увязать реальность мифологическую с эмпирической действительностью.

Символ появляется там, где есть разорванность между словом и делом, внутренним и внешним. В подлинном бытии, где нет разделения на объект и субъект, слово и действие, внутренне и внешнее, нет и символа. Символ есть следствие объективации — с одной стороны, а с другой — память о подлинном существовании, напоминание о том, что возможно иное состояние мира. И в этом смысле символ есть связь с идеалом, если под идеалом понимается не отвлечённая идея, а полнота бытия.

Символ возгорается, когда угасает любовь, и символ тогда выступает в роли помощника любви в её противодействии энтропии и распаду. Символ — это искусственный свет для мира, где естественный свет любви не горит во всей полноте и не может противостоять тьме один. Существо, для которого Солнце погасло внутри и стало светить извне, живёт не в реальности, но в мире символов. Солнце — тоже символ, если оно на небе и в космической удалённости. И Солнце — реальность, когда оно внутри.

Там, где есть внешнее и далёкое, необходим символ, чтобы миры не распались в пыль. Там, «где всё во мне и я во всём» — символ перестаёт быть символом и становится единственной реальностью.

Меньше всего хочется говорить в этой теме о симулякрах. Но парадокс в том, что симулякр бытия возник прежде символа. Символ и появился в качестве противодействия симулякру. Только там, где есть ложь (симулякр правды) необходим символ истины как живое напоминание о ней.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 12 Декабрь 2016, 18:46:50, КАРР»

« #6 : 11 Декабрь 2016, 09:48:38 »
ересь

Символ веры нужен только там, где нет полноты веры. Когда возгорелся свет настоящей веры, Символ веры перестаёт светить, как лампочка в летний полдень...

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран

« #7 : 12 Декабрь 2016, 17:02:55 »
Ярослав, нет желания особо спорить по теме символа. Символами надо жить, а не спорить о них. Тем более, с большинством Ваших высказываний я согласен, а от некоторых даже  испытал эстетическое удовольствие. Единственное, что резануло мой метафизический ум, это определение «подлинной реальности». Вот о нем немного и поговорю, это всё же философская тема.

Понятие символа напрямую связано с тем, что мы считаем и что не считаем подлинной реальностью.
В моей метафизической теории наоборот. Не существует первичного понятия подлинной реальности. Есть понятие реальности и есть не-реальности. А вот подлинной реальность становится тогда, когда подпадает под действие Символа. Поэтому первичны Символ и  символическая практика (символизация), а уже затем реальность, которая втягивается в Символ, считается подлинной. Если эмпирическая реальность (например, дитя для матери или сын для отца) является в виде символа (например, сын как продолжатель рода), то такая реальность для данных людей и является подлинной (коту, например, совершенно «наплевать» на своих детей и род). Хотя, соглашусь с Вами, что гораздо легче и эффективнее символизируются идеальные, духовные, религиозные, мифологические и т.п. реальности.

…символ становится окном из мира символов в настоящую реальность.
Поскольку я не представляю себе настоящую реальность без Символа, постольку Символ и символизация для меня являются не просто инструментами для чего-то более важного, а сами есть важные элементы этого важного. Символ и есть элемент, момент, часть подлинной, настоящей реальности.

…символ впрямую соприкасается с мифом, помогает увязать реальность мифологическую с эмпирической действительностью.
Символ, по А.Ф. Лосеву, и есть миф. Но если понимать миф более литературно-специализированно, то, по А. Белому, символ отличается от мифа более осознанной символизацией, культивируемой человеком-творцом, в то время как мифы всё же обладают более непосредственным и предзаданным людям бытием.

В подлинном бытии, где нет разделения на объект и субъект, слово и действие, внутренне и внешнее, нет и символа.
«Подлинное» бытие, в котором нет разделения на субъект и объект, это либо один голимый объект, например, мёртвая материя.  Либо один голимый субъект, например, лежащий на диване Обломов и в своем воображении выстраивающий фантазийную картину мира. И там и там, действительно, нет символа. Чтобы символ состоялся, по А.Ф. Лосеву, необходимо, чтобы в некой действительности или реальности человеческого бытия произошло, во-первых, выделение 1) объекта, 2) субъекта, и во-вторых – синтез объекта и субъекта, вплоть до их чудесного отождествления. Это не означает, что отождествляются (и пропадают) весь объект и весь субъект, но лишь то, что среди них появляются синтетические, тождественные структуры, элементы, перекрестия. И эти элементы как раз и есть символы.

«Последнее редактирование: 12 Декабрь 2016, 17:08:03, Сергей Борчиков»

« #8 : 12 Декабрь 2016, 17:18:46 »
Сергей, я и не собирался спорить. Просто поимпровизировал на тему. Ваши аргументы касаются только этого моего абзаца:
Если тот эмпирический мир, в котором мы сейчас живём, для нас представляется последней реальностью, то символ выступает тогда только в роли связующего звена между нашим внутренним миром и этой реальностью, а также — между разными её проявлениями и частями (в нас и вовне).

Особенно — финальный аккорд:
«Подлинное» бытие, в котором нет разделения на субъект и объект, это либо один голимый объект, например, мёртвая материя. Либо один голимый субъект, например, лежащий на диване Обломов и в своем воображении выстраивающий фантазийную картину мира.

Я имел в виду Царствие Божие. Впрочем, на схожую тематику мы с Вами не пришли к единым взглядам и в нашем диалоге «Истина истины — это...»

Для меня духовный мир и есть подлинная реальность — это Целое, полнота бытия, Истина, Царствие Божие. А наш эмпирический (материальный) мир — лишь малая часть Целого (духовного), становящаяся и несовершенная. Для Вас же дух — эпифеномен материи, одна из способностей человека, наряду с разумом и т.п. Для Вас дух — часть мудрости. Для меня мудрость — одно лишь из свойств духа, а дух не часть, но Целое (подлинная реальность). И потому мои отсылки к «подлинной духовной реальности» и «подлинному бытию», где нет разделения на объект и субъект, Вы сопрягаете исключительно с нашим бытием от физического рождения до физической смерти в пространстве трёх координат. И получается нелепица, над которой Вы потом с удовольствием и иронизируете, как над «фантазийной реальностью». Ваше право, Ваш опыт. Мне экзистенциальная реальность не представляется фантазийной, но именно — подлинной. И весь вопрос сводится к тому — ведёт ли объективация к истине. И тут мы с Вами и говорим о разном, и смотрим в разные стороны.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 12 Декабрь 2016, 17:29:19, Ярослав»

« #9 : 12 Декабрь 2016, 17:43:18 »
О развилке (символ).

Это не означает, что отождествляются (и пропадают) весь объект и весь субъект, но лишь то, что среди них появляются синтетические, тождественные структуры, элементы, перекрестия. И эти элементы как раз и есть символы.

В нашем эмпирическом бытии так и есть, о чём я сразу и сказал. И символ здесь выступает в роли связующего звена между внутренним и внешним, словом и делом, объектом и субъектом. Вопрос лишь в том: является ли эта эмпирическая реальность единственной формой существования или есть иная? Не идеальная, но подлинная реальность.

Дело в том, что и весь наш мир и мы сами — лишь символизация духа, а не его реальность. Это та тема, где мы с Вами так и не смогли пока найти общий язык, и все наши противоречия вытекают отсюда: что считать реальностью, а что её символом? Потому я и попросил открыть тему о символе.

Понимание же символа (его содержания) целиком зависит от точки отсчёта — от понимания того, что, зачем и для кого символ символизирует. Окном в какую реальность и из какой служит символ? Если своё эмпирическое бытие считать последней реальностью — это одна точка отсчёта. Если это же бытие считать символом — то другая. Вот здесь и развилка.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 12 Декабрь 2016, 18:40:22, Ярослав»

« #10 : 13 Декабрь 2016, 15:05:28 »
Ярослав, тут мы незримо вступаем на скользкий путь, который я для себя закрыл, еще в далекой юности. Я никогда не спорю на религиозные темы. В параллельной теме я высказался уже, что я чужд антирезонансов и отрицательных эмоций, даже праведных.
А по метафизике разговор вполне продолжается.

является ли эта эмпирическая реальность единственной формой существования или есть иная? Не идеальная, но подлинная реальность.
Я признаю целый комплекс реальностей:
- материальная неорганическая (это не эмпирическая),
- материальная органическая,
- материальная человечески-социально-историческая,
- бытийная эмпирическая,
- бытийная здесь-и-сейчас (Dasein),
- вся гамма культурных реальностей: эстетическая, этическая, правовая, политическая, семейно-бытовая, научная, религиозная и т.д. и т.п.,
- идеальная,
- реальность идеальных существ: софийная и божественная,
- реальность сущих сущностей и истин (Dawesen).
Для меня все эти реальности являются подлинными, поскольку быть подлинным и означает быть реальным. Исключение составляют те реальности, когда человек искусственно навешивает на них ложь, заблуждения, предрассудки, симулякры, фикции. Отягощенная такими симулякрами реальность становится неподлинной.

Понимание же символа (его содержания) целиком зависит от точки отсчёта — от понимания того, что, зачем и для кого символ символизирует.
Я это понимаю. Поэтому сразу, в первом сообщении, обозначил ту парадигму, в рамках которой развиваю мой символизм. Но вполне понимаю, что есть и могут быть и иные парадигмы. Как у Вас, например. Тогда диалог нужно перенести в синтез аксиоматик и парадигм. Прежде в этих сферах надо договориться, а потом уже приступать к символу. Но практика последних лет показала, что люди лучше разорвут все дружеские связи, чем приступят к синтезу аксиоматических постулатов. Вот проблема!

Дело в том, что и весь наш мир и мы сами — лишь символизация духа, а не его реальность.
Для меня, как и для Андрея Белого, нет символа вне символизации, а символизации - вне творчески действующей человеческой личности. Я не отрицаю, что Бог, дух, разум, мудрость и т.п. могут действовать как внеличностные, надчеловеческие образования. Но я отрицаю, что их деятельность является символической (сами же сказали, что она подлинная реальность, а не символ) и что их продукты являются символами (они не символы - они сущие сущности или истины).
Символы - это продукты человеческой деятельности, становящиеся тождественными объектности этой деятельности. Это полностью согласуется с точкой зрения А.Ф. Лосева, В.И. Иванова, Л.П. Карсавина и др. Чтобы принять иную точку зрения, меня надо переубедить, что они заблуждались (и я вместе с ними). Но реки трудно поворачивать вспять...   

«Последнее редактирование: 13 Декабрь 2016, 15:23:29, Золушка»

« #11 : 13 Декабрь 2016, 15:37:50 »
Я никогда не спорю на религиозные темы.

О споре чуть ниже. Но как можно в вопросах религиозной философии не затрагивать религиозных тем, я не знаю.

Но практика последних лет показала, что люди лучше разорвут все дружеские связи, чем приступят к синтезу аксиоматических постулатов. Вот проблема!

Нет смысла общаться, если нет веры в то, что другие люди способны на то же, что и ты. Тогда синтез сужается до синтеза внутри одного я. Тут уж... либо людей бояться, либо в синтез не ходить. Я готов с Вами вести диспуты, как бы порою мне это ни было тяжело и как бы порою ни казалось, что меня просто не хотят слышать. Готовы ли Вы, и нужны ли эти диспуты Вам — это Ваш выбор. Пока диалог по факту продолжается, я готов его со своей стороны продолжать, несмотря на все трудности.

Спор на победу одной из сторон меня не интересует. Я Вам это уже не раз говорил. Даже если предположить невероятное, что Вы, например, полностью приняли мою позицию, то в чём тогда прибыль? Я остался там же, где и был. Диалог потерял смысл. Движение кончилось. Самый жалкий из всех возможных результатов.

Далее просто приведу две цитаты рядом (без комментариев):

Чтобы принять иную точку зрения, меня надо переубедить, что они заблуждались (и я вместе с ними). Но реки трудно поворачивать вспять...
Разговор «слепых» и «глухих», по-моему, начинается, когда обсуждая что-то важное (именно важное, занимающее ум и сердце ), каждый из дискутирующих в какой-то момент становится перед выбором: что в его глазах важнее для дальнейшего обсуждения — личное миропонимание или попытка если не понять и принять чужую аксиоматику, то хотя бы допустить возможность её непротиворечивого существования. Наверно, человек так устроен, что свои идеи, убеждения, опыт, добытые потом, кровью и слезами, ему стократ дороже чужих. Отказаться от своего кажется предательством. Отсюда возникает черта, за которую не пробиться, за которой все мы остаёмся «при своём». Диспуту конец.
   Для преодоления «звукового барьера» самости человеку достаточно понять, что его убеждений, его опыта и его аксиом у него никто никогда не отнимет, но и «прибыли» от них не получить. Прибыль, рост рождаются не в уже усвоенном, а в том, чтобы «привить» своему стволу миропонимания чужую мысль, идею, аксиому и получить, возможно, интересные и нежданные плоды. При таком понимании общение не наскучит, диспут не забуксует, ни у кого из участников не останется послевкусия ненужности и непонимания. Чем чаще нам удаётся переключить свои души на «приём», тем лучше себя чувствует Дух диалога в нашем Замке.

Ваш выбор, Сергей. Я свой выбор сделал: мне интересен этот диалог.

Что же касается авторитетных имён — как аргументов, то, во-первых, мы можем прочесть по-разному одного и того же автора (примеров тому немало), расставить разные акценты, сделать разную выборку в памяти. Того же Соловьёва касается. А во-вторых, я могу привести со своей стороны целый ряд имён, чья позиция ближе к моей, чем к Вашей. И что это даст? Ничего. Холостой выстрел. Общее находится не на стыке позиций, а над ними, но только через этот стык и можно пробовать выйти в объём, в котором обе позиции предстанут проекциями. Это самый трудный, но и самый творческий путь. И другого к неформальному синтезу я не вижу.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 13 Декабрь 2016, 16:14:12, Ярослав»

« #12 : 14 Декабрь 2016, 12:54:43 »
Ярослав, я, наверное, неточно выразился. У меня нет проблемы продолжать или нет диалог. Я ЗА диалог однозначно.
Я лишь предложил исключить из него антирезонансные религиозные темы, и всё. Например, о Царствие Божием и т.п. А так на любые темы - пожалуйста.
Главное ведь как говорить. Если говорить философски - это одно. Если демонстрировать свои религиозные рвения - это другое.
Я могу даже поговорить и на религиозные темы, но в приватном общении, а не прилюдно. У нас ведь нет тут задачи создать религиозный "собор". А "культурный Собор" - так я двумя руками ЗА.
А то, что в диалоге встречается много трудностей, для меня это нормально. Самые интересные и продуктивные диалоги - это трудные диалоги. Роды истины всегда трудны, как  и всякие роды.


« #13 : 14 Декабрь 2016, 14:12:34 »
Я лишь предложил исключить из него антирезонансные религиозные темы, и всё. Например, о Царствие Божием и т.п.

Как исключить из «Чтений о Богочеловечестве» Владимира Соловьёва — Бога и Богочеловека, Сына Божьего? Как? И что останется? Я не знаю, как иначе обозначить «подлинную реальность», чем Царствие Божие. Я не знаю, как исключить религиозные темы из религиозной философии. Я не вижу никакого смысла рассуждать о духовном вне религиозного контекста. Мне кажется такая задача абсурдной и в переводе читаемой — как желание исключить конкретного собеседника. Другое дело — не поминать имя Божие всуе, но вроде бы всуе и не поминалось. Религиозных же проповедей или выяснений, чья религия истинная, у нас тут никогда не было: это да, не наш формат.

Главное ведь как говорить. Если говорить философски - это одно. Если демонстрировать свои религиозные рвения - это другое.

Вот что бы я исключил из диалога, так это подобные фразы: «демонстрировать свои религиозные рвения». Мне есть, что зеркально ответить на это, но воздержусь. Такая фраза мною воспринимается как знак «стоп диалог».

Я оперирую тем понятийным аппаратом, какой почерпнул из русской религиозной философии: из Владимира Соловьёва, Бердяева, С. Булгакова и т.д. И не вижу никакого резона заменять слова «Бог», «Дух», «Царствие Божие» какими-то наукообразными эвфемизмами. Вам же не кажется, что Соловьёв «демонстрирует свои религиозные рвения», рассуждая о Богочеловечестве и цитируя Евангелие, или тоже вызывает антирезонанс? А главное, я не понимаю, зачем создавать другой понятийный аппарат и потом до бесконечности согласовывать терминологию. Если это и есть цель — то мне она неинтересна.

У нас ведь нет тут задачи создать религиозный "собор". А "культурный Собор" - так я двумя руками ЗА.

Вот цитата с Главной страницы портала:

«Портал „Воздушный Замок“ посвящён диалогу великих традиций — новому религиозному сознанию, преодолевающему кризис гуманизма. Это процесс становления всемирного культурно-религиозного ансамбля не как единой универсальной системы, но диалога систем.
  В русской религиозной философии духовное содержание этого процесса с наибольшей полнотой раскрыто Ф. Достоевским, Вл. Соловьёвым, Н. Бердяевым, в мистических пророчествах поэта Даниила Андреева, в трудах и судьбе православного подвижника Александра Меня.
  Мы в меру сил стараемся продолжать и развивать творческое наследие „Вех“.»


По-моему, задача обозначена понятно. А также — философский контекст, в котором мы существуем. «Новое религиозное сознание» — понятие, имеющее и философский, и религиозный смысл. Как можно говорить о «новом религиозном сознании», исключив из лексикона саму религиозную семантику? Мы говорим на том же самом языке, на котором говорили названные выше философы.

Спорить о вере нет никакого смысла, а философствовать на религиозные темы — есть. Перефразирую в контексте данной темы и всего раздела, посвящённого синтезу: нет смысла спорить об истинности или ложности чьего-либо символа веры, но есть немалый смысл в попытке понять другой символ веры. Это как минимум интересно, а в идеале понимание другого символа веры расширяет и углубляет твой. Пишу «символ веры» с маленькой буквы, так как имею в виду личностную проекцию соборного Символа Веры, а не его соборную Истину.

Мне не представляется «религиозная кастрация» русской философии и философии всеединства с заменой традиционной религиозной терминологии наукообразным суржиком, понятным лишь избранному кругу интеллектуалов, у которых вызывает отторжение сама религиозная семантика (безотносительно её содержания — как таковая), — этот путь мне не представляется путём к всеединству и синтезу.

Во всяком случае, я владею тем философским языком, каким владею и какой люблю. Если он — как таковой вызывает раздражение — мне ничего не остаётся как умолкнуть. А «демонстрировать свои религиозные рвения» я никому здесь не собираюсь и не собирался.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 14 Декабрь 2016, 14:44:04, Ярослав»

« #14 : 14 Декабрь 2016, 21:49:46 »
Ярослав, сдаюсь. Убедили. Видимо, я, действительно, в запале дискуссии перегнул палку. Пока даже не понимаю где. Давайте, я сделаю шаг назад, будущее покажет, есть ли смысл возобновлять эту мою "парарелигиозную" аргументацию или списать ее как временный казус. К Вам претензий  никаких.


ОффлайнАндрей Охоцимский

  • изъ бывшихъ
« #15 : 05 Февраль 2017, 18:37:42 »
2. Символ есть выражение личности.
Символ – это такой объект, который выражает субъективность личности, обладающей этим объектом: переживания, чувства, эмоции, представления, идеи, волю. Говорят, например: «Этот год был трагическим».

Честно говоря, не помню такого у Лосева, хотя остальные Ваши пункты узнаваемы. "Трагический год", по-моему, нельзя назвать символом: это просто характеристика, сравнение. Тем более что мы обычно считаем символ как раз чем-то всеобщим, как скажем слово. Другое дело, что переживание символа имеет личный характер.

Интересно, как Вам покажется мой старый текст на близкую тему. Я тоже отчасти вдохновлялся Лосевым, хотя я бы не стал принимать его понимание символа за словарное определение. По-моему, он слишком сильно отождествляет символ с мифом. У него, кроме того, путаются свойство "символичности" как прилагательное, качество, оттенок и свойство "быть символом". Мне кажется, можно сказать, что "миф символичен", если понимать, что имеется в виду, но не стоит говорить "миф - это символ". Это же касается сопоставления символа с чудом. Совпадают качества, но все же не сами понятия.

Чтобы слышать тишину, нужно иметь слух.
«Последнее редактирование: 05 Февраль 2017, 18:51:09, Золушка»


 
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика