Богочеловеческий социализм
Образ Будущего как актуальная духовная задача

0 Участников и 1 гость просматривают эту тему.

Несколько небольших, но важных уточнений.

бремя власти, которое сакрально постольку, поскольку оно воспринимается несущим его как бремя, но не возможность

Идеальная и реальная власть очень разные вещи. Равно как и власть слова и власть внешнего принуждения, власть красоты и власть процедуры, власть любви и власть социального института, власть князя мира сего и власть Бога - это совершенно разные сущности. И называются они одним словом "власть" так же с самым разным его наполнением, как любовь: само слово "люблю" может нести бесконечное количество смыслов, от самых примитивных до самых возвышенных.

А вот сакрализация государства, как сущности, никогда и ни один народ и его культуру до добра не доводила. Государство начинает раздувать к себе сакральное отношение тогда, когда внутренне слабеет и теряет свою связь с духовной жизнью народа и культуры. Эта внутренняя слабость государства может (и часто бывает так) сопровождаться ростом (до гигантомании) его внешних форм и атрибутов, может даже совпадать апофеоз его внешнего могущества с внутренней (духовной) его смертью. Такие процессы можно проследить испокон века, хоть на примерах Древнего Египта, Ассирии, Вавилона, Древнего Рима и т.д., хоть СССР и США. Особенно глубоко такие процессы раскрываются в библейских символах Священной Истории.

Также глубоко трагичны и взаимоотношения государства и культуры: расцвет культуры, как правило, случается во времена болезни государства или даже перед его смертью, то есть - когда оно ослабевает. А в пику его могущества (и могущества его идеологии) культура, наоборот, вырождается в т.н. "официоз" и теряет духовную свою составляющую. А вот в смутное время (сразу после смерти государства и до становления нового) культура исчезает вообще как социальный феномен, уходит в глубокое подполье. И возрождается вместе с новым государством, но с определённого его возраста вновь у них начинаются трагические противоречия. Можно отследить и обратно пропорциональную зависимость между мощью государственной идеологии с её властью над умами граждан и культурным духовным богатством. Словно одно перетекает в другое и опорожняет его. Но в памяти веков остаются именно культуры, а не идеологии. Именно культуры продолжают действовать в истории, когда сама идеология того государства, где эта культура создавалась, давным-давно стала тленом. Это всё сложнейшая и отдельная тема.

Политическая сила ни на что другое, кроме как на идеологию, опираться и не может. Что первично, государство или идеология?

Политическая - пожалуй. И то с оговорками: большевики опирались не только на идеологию, но на советы (вековой опыт русской общины, ничего общего с их идеологемами не имевший), на русскую литературу с её проклятыми социальными вопросами и на весь опыт российской империи, когда стали её собирать в единое целое. И только потому, что они могли поступаться своей концепцией ради таких сущностей, они и победили. А вот другие марксисты (меньшевики, эсеры) оказались более жёсткими идеологическими конструкциями - и потому проиграли. Идеология вообще такая штука: чем её конструкция крепче, непротиворечивей и логически стройнее, тем она более хрупкая. А проиграли большевики, когда окончательно уверовали в свою идеологию и её конечную победу, а те сущности, при помощи которых пришли к власти и наполнили своё государство духовным смыслом, сначала располовинили, а потом и вовсе отнесли в ранг ведомых. Как только идеология стала ведущей (телега впереди лошади), так у государства не осталось ни единого шанса выжить. Кроме войны... Но тогда уже было термоядерное оружие...

Решить, что первично: государство или его идеология - это вопрос о курице и яйце. Не бывает одного без другого. У меня была другая постановка вопроса: о первичности государства с его идеологией и культуры. Кто кого ведёт и кто кому служит? Кто вообще и ради кого появился в этом мире?

А вот это мы с Вами, кажется, уже обсуждали в теме "Интернационализм и национализм (альтернативы и параллели истории)". Каждый остался при своём мнении

В той теме каждый не остался при своём мнении как раз. Мнения-то там не различались у нас по существу. Путаница случилась исключительно в терминологии. В одни и те же термины мы вкладывали разное содержание. Я пытался этот терминологический клубок распутать. Что получилось - другой вопрос. Если перечитать тему с начала до конца, то никакого расхождения по существу там между нами нет. А согласовать термины не велик труд, было бы желание. Если и есть там сущностное расхождение, то оно в понимании духовного противостояния эгоизма и любви (в т.ч. и любви к себе). Именно - духовного. Но это уже не политический, не идеологический и не исторический вопрос. Это отдельная и большая тема.

"В здоровом теле здоровый дух". Государство - тело, и оно должно быть в стабильном состоянии. Идеология есть душа государства.

Идеология не душа, а рассудок государства. Даже не разум, а именно рассудок. Душа же - культура. Да и государство, скорее, не тело, но плоть. В библейском различении обоих понятий.

Идеология - движущая сила истории. Вот только источник её может быть отнюдь не на небесах. Кто даёт импульс этой силе? Какой вектор у неё? Вопрос не праздный.

Движущая сила истории и её смысл - Богочеловеческий процесс. Во всей его трагичности, сложности и многообразии. Исток его именно на Небесах. Государственная идеология лишь один из многих инструментов Истории (в историософском её смысле), а не движущая сила. Причём и не самый главный из инструментов, есть куда более сильные. Например - Случай.

Церковь была полностью подчинена государству. Ничуть не меньше, чем во времена империи.

У меня шла речь не о внешнем подчинении, но об идеологическом. В советское время - идеологически - церковь и государство были разделены абсолютно. И большой ещё вопрос: что страшнее для христианской церкви - внешняя или внутренняя (идейная) зависимость от государства. В Российской империи - были обе, а вот в советской - только внешняя.

И ампутации, и хирургического вмешательства хотелось бы избежать. Только вот как?

На мой взгляд, аналогия сильно хромает. Революция не является хирургической операцией, если не называть таковой топор палача. Революция не пытается излечить прежнюю форму государственности (путём ампутации какого-то прогнившего члена или хирургической операцией) - она выносит государственной форме смертный приговор и приводит его в исполнение. И уже затем появляется новая форма государственности - причём обратной революции волей, враждебной ей: потому и пожираются впоследствии новым государством все дети революции. Это две несовместимых в одном организме воли.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 12 Апрель 2021, 02:18:00, Ярослав»

Цитировать
Главная заслуга марксизма – его критика капитализма и предсказание его конечности. Это и есть правда марксизма, а всё остальное в нём – ложь.
Я бы не был столь категоричен. Маркс ввел представление об отчуждении личности, а это представление оказалось очень перспективным и в социологии, и в большой философии. Маркс первый заговорил о классовости сознания и тем самым дал толчок всем последующим направлениям релятивизма, очень усилившим свои позиции в современной философии. Взять хотя бы франкфуртскую школу неомарксизма. У нас как-то стесняются говорить об этом, но здесь марксизм прямо смыкается с постмодернизмом, и даже в таких его крайних проявлениях, как эпистемологический анархизм Фейерабенда (ср. с Т. Адорно). Казалось бы: где одно, и где другое? Но и у тех, и у других развивается в числе базовых идей представление о том, что и СМИ, и наука являются не столько орудиями познания, сколько орудиями осуществления власти группой лиц над бесправным большинством человечества, отчужденным от знания. У этого представления безусловно марксистские корни.  В марксизме гениальные прозрения сильно подпорчены общей для всей той эпохи и, как выяснилось, ошибочной попыткой применить в области гуманитарных наук естественнонаучные и технократические подходы. Эти подходы требуют редукционизма (упрощения) в отношении своего предмета. Вот Маркс и упростил человека до классовых интересов, и в этом отношении совершил главную свою ошибку. В итоге к началу нашего века капиталисты Скандинавии тихо и спокойно построили социалистическое общество на капиталистическом базисе, а коммунисты России на социалистическом базисе построили то, что мы сегодня имеем. Интересно то, что Вы в Вашем споре с г-ном Молотковым, стоите на гораздо более четкой марксистской позиции, чем он, ибо когда Вы говорите, что основную угрозу сегодня представляет тоталитарная информационная Система, Вы фактически повторяете основной тезис неомарксизма, по Хоркхаймеру. «Базис» в постиндустриальном обществе – это информация, и в войне выигрывает не тот, у кого больше железа, паровых машин и пушечного мяса, а тот, кто заставил интеллектуальную элиту работать на себя. Любопытно посмотреть, как Ваши оппоненты собираются решать эту задачу в опоре на святых Отцов. Впрочем, не любопытно, а противно.




Цитировать
«Богочеловеческая идеология» звучат  монструозно.
Мне кажется, чисто стилистически (уж извините, что так бесцеремонно лезу в Ваш текст) здесь лучше подходит более сильный русский эквивалент. «Богочеловеческая идеология» звучит чудовищно. 


Я бы не был столь категоричен. Маркс ввел представление об отчуждении личности, а это представление оказалось очень перспективным и в социологии, и в большой философии.
   
Моя категоричность была обусловлена исключительно формой. Если бы я попытался подробнее отделить в учении Маркса правду от лжи, то вряд ли бы закончил свой опус до сих пор, да и вряд ли бы вообще такую задачу выполнил качественно. Я плохой знаток марксизма, несмотря на то, что в советское время конспектировал труды его классиков и сдавал, как и положено, экзамены по диамату и истмату. Даже сопромат лучше помню по сей день, чем эти маты... Это ещё один показатель, к слову, почему государственная идеология плохо справляется со своими прямыми обязанностями: реальная жизнь всегда ускользает от неё... Я не припомню ни одного человека, с кем был знаком, кто бы зачитывался тогда Марксом или Лениным. А вот тех, кто зачитывался Достоевским, Бердяевым, Соловьёвым, знал немало... А они, кстати, представители буржуазной культуры или какой? А Платон? Но о Платоне чуть ниже. Платон вообще в данной теме чуть ли не центральный символ, как неожиданно выяснилось...

Так вот, Марксово «представление об отчуждении личности» я включил в разряд «критики капитализма» и отнёс к правде марксизма. Это на самом деле очень глубокая и верная идея. А вот учение о классовом сознании и есть то, что я считаю главной ложью у Маркса. И это к тому же самый зловредный вид лжи, ибо ложь вышла очень правдоподобной. Так и создаются, по Даниилу Андрееву, «учения левой руки» (здесь «левый» не носит политического смысла) – заимствованный свет от правдивых тезисов ложь использует для придания себе правдоподобия и обаяния.

Из идеи о классовом сознании и вытекает сам абсурд (если мысль довести до конца) о наделении духовной культуры такими качествами, как «буржуазная», «пролетарская», «социалистическая» (соцреализм пресловутый) и т.п. Именно эти ложные качества и создают в человеке глубоко ложное утилитарное отношение к культуре – как к служанке идеологии или ещё к какой-то функции. Из такого подхода между прочим следует, что христианство являлось порождением рабовладельческого сознания. И как же его тогда скрестить с социалистическим сознанием, что получится на выходе? Сам классовый подход к духовным сферам – исключительно ложный и, хуже того, лживый.

В марксизме гениальные прозрения сильно подпорчены общей для всей той эпохи и, как выяснилось, ошибочной попыткой применить в области гуманитарных наук естественнонаучные и технократические подходы. Эти подходы требуют редукционизма (упрощения) в отношении своего предмета.

В нашу эпоху такие попытки и подходы уже посягают не только на гуманитарные науки (хотя философию я наукой не считаю вообще), но на религиозную и духовную жизнь. Сама идея синтеза религии и науки – как создания аналогичной науке единой методологии и объективной системы знаний – не только ведёт к упрощению религиозных истин, но в итоге к выхолащиванию из них духовности как внутренней их и творческой свободы.

Одну и в общем-то совсем нехитрую идею о принципиальной невозможности создания единой «духовно-материалистической концепции» (духовной науки) я не могу донести ни до одного сторонника систематизации духовного опыта человечества. И не важно, с позиций чисто философского синтеза к такой задаче подходит человек, или религиозного, или социального (как в данном случае), важна сама установка воли на создание силами человека единой духовно-научной системы мировоззрения. На практике же внесение духовного измерения в научную методологию ведёт не к единой системе, а ко множеству самых разных систем, концепций, подходов. И отношения между ними не менее, если не более отражают духовный мир, чем каждая из них.

Но как только одна из этих концепций начинает претендовать на единственность и универсальность, по аналогии с наукой, так ничего кроме вражды систем не получается и получиться не может. Путь к единству лежит только через общение концепций, в которых есть духовная составляющая, и другого пути нет. А их множественность обусловлена самими отношениями духовного Целого и мира относительного, тварного. Претензия любой из таких систем на единственность своей правды ведёт к тому, что другие системы закрываются в целях самозащиты от духовной тирании одной из себе подобных. А закрываясь, любая система подвергается ускоренному росту энтропии внутри себя. Вот это действительно реальная проблема и очень серьёзная.

И самое печальное здесь то, что сторонники единства как концепции совершенно не понимают и даже не чувствуют ни необходимости общения с другими концепциями на равных, ни угрозы роста энтропии внутри своего лагеря. Именно это нечувствие важности общения с иными идеологическими концептами и привело к внутренней «тепловой» смерти советскую идеологию. А общение такое может происходить только в культурном, а не в идеологическом поле. Именно такому общению посвящён и наш портал. И многолетняя практика показывает, что ничто так трудно не даётся людям, склонным к созданию непротиворечивых концепций, как общение.

Когда же речь заходит об общественных концепциях, то неспособность их разработчиков к живому общению выглядит особенно пугающе. Какими методами тогда они собираются воплощать свою концепцию в жизнь, если искусство общения вне своего идеологического круга для них практически закрыто либо находится в зачаточной форме? Ничего кроме диктатуры тут из реальных рычагов на ум не приходит. Нет альтернативы: либо общение (а его нужно возжелать всеми фибрами души и затем ему нужно учиться) – либо силовой диктат одной концепции. То есть – инквизиция.

Любопытно посмотреть, как Ваши оппоненты собираются решать эту задачу в опоре на святых Отцов. Впрочем, не любопытно, а противно.

Платон был одним из самых гениальных философов в истории человечества, одним из самых тонких и одухотворённых, а кончил идеей государства-муравейника. Диалогам Сократа, несмотря на то, что сам их и написал, так и не научился – не в литературной форме, а в живой и потому абсолютно конкретной реальности.

Человек вообще очень тяжело вмещает в себя духовное единство и реальное многообразие мира, монотеизм и множественность культурных и духовных ликов. Это настолько трудная и полная противоречий духовная задача, что человек, даже гениальный, может сломаться в ходе её разрешения. И прийти к разочарованию в людях...

Как пришёл к той же самой точке Великий Инквизитор у Достоевского. Это вообще самая главная духовно-историческая развилка в христианстве, самое тяжёлое искушение: как совместить «счастье малых сих» и духовную свободу? творческое дерзновение и послушание? жалость и уважение? веру и знание? и т.д., и т.п. Искушение Инквизитора страшное, почти сверхчеловеческое...

Александра Молоткова я не считаю своим оппонентом, к слову. В целом его идеи мне даже близки. Пока речь не заходит об их практическом осуществлении – через государственную идеологию или общеобязательную, по аналогии с наукой, систему мировоззрения и методологию. Мне представляется, что те люди, которые стали играть первую скрипку на сайте А. Молоткова и с которыми вообще никакой диалог невозможен, если не присягаешь на верность их концепциям, следствие не идейного содержания философии А. Молоткова, но попытки её практического применения через рассудочно-схематический метод.

Например, недавно опубликованная у нас статья А. Молоткова «Коммунизм и Реформация» имеет немало внутренних перекличек и с Вашей книгой «Обморок либерализма». А вот от диалогов с теми людьми, которые стали окружать А. Молоткова, да, порою становится на душе противно... Тут уж что есть, то есть. И невольно задумаешься: если так в виртуальном пространстве произошло, то чего ждать в реальном, где та же концепция будет осуществляться теми же методами (а другие откуда взять?). Именно методы (приоритет концепции над общением, идеологии над культурой и т.п.) и привлекают людей вполне определённого душевного склада. Сама воля концепции «всё не-я должно стать мною» незаметно подменяет её духовную сущность чем-то глубоко ей враждебным. И это, увы, абсолютно типичный сюжет.
 
«Богочеловеческая идеология» звучит чудовищно.

Согласен. Но и синоним: «целостное духовно-материалистическое понимание мира» эту чудовищность чуть маскирует, но совершенно бессилен её устранить. Сама идея концепции научно-религиозного синтеза является ложной, как и идея классового сознания и классовой подноготной культуры, но, на нашу беду, такой же привлекательно-правдоподобной. Всё ведь ради единства и за всё хорошее...

Но, как и с классовым сознанием, на выходе вместо духовной культуры получатся такие же лживые в самом существе определения, как «буржуазная культура» или «соцреализм». Философски, культурологически, искусствоведчески и даже на уровне здравого смысла они не выдерживают никакой критики, но очень годятся для духовной тирании, удобный инструментарий ей дают в руки. Налепили на тебя ярлык «рупор буржуазной культуры» – и пойди докажи, что ты не верблюд, будь ты хоть трижды пролетарием, как Ваш покорный слуга. Всё равно ты рупор буржуазной культуры и жертва либеральной пропаганды, потому что не нравишься ты мне. И не отмоешься. Или умоешься кровью – если появятся в руках, кроме идеологических, и реальные властные рычаги в разговоре с такими «чудиками»...

Культура, в отличие от идеологий, не даёт однозначных ответов на все открытые вопросы, не сводится в принципе в одну мировоззренческую систему, не планируется людьми, но приходит к нам с Неба – через Дары Божие и их носителей. И в этом вся наша надежда! И только потому сама попытка сделать культуру служанкой идеологии является противобожеской волей, в какие бы благие намерения она ни рядилась и какими бы концепциями себя ни оправдывала.

В этом моё главное расхождение с некоторыми идеями А. Молоткова, а в целом его пафос, его боль и его социальная философия (именно в целом) мне глубоко симпатичны и близки... Но как только дело доходит до живой конкретики, так наши расхождения в методах настолько становятся непреодолимыми, что заслоняют собою и внутреннюю духовную близость. И никакого иного выхода, кроме самого трудного, что есть на свете для человека, – искусства общения – я не вижу. Только вот глубокое, творческое и взаимно обогащающее общение делается либо очень ущербным и поверхностным, либо вовсе невозможным, когда необходимым условием его ставится принятие сторонами той или иной идеологической концепции.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 12 Апрель 2021, 23:40:32, Ярослав»

Как я понимаю, главное противоречие всей дискуссии, постоянно выделяемое Я.Тараном – это противоречие между Культурой и Идеологией. Суть которого в определении приоритетности того и другого относительно общественного развития и человеческой эволюции вообще. Ярослав настаивает на абсолютном приоритете культурного процесса в развитии человеческого общества, и крайне опасается приоритета идеологии как тоталитарной формы общественного сознания способной подмять под себя культуру, и этим остановить поступательное развитие общества. При этом идеологии приписывается революционный волюнтаризм, а культура выступает как залог эволюционного развития общества. Недоверие к идеологии ведет к недоверию государству как формальной, второстепенной  стороне человеческой жизни, вызывает подозрение в угрозах тоталитаризма, национализма и т.д.... Примерно так, приводить все формулировки затруднительно, они многократно повторяются в разных вариантах…

Парадоксально, но, несмотря на все эти горы «компромата», я не вижу между идеологией и культурой никакого принципиального противоречия, как по существу их аксиологического содержания, так и по приоритетности воздействия на общественное сознание. Это разные формы, или разные стадии, одного и того же общественно-мировоззренческого процесса. Безусловным творческим приоритетом, на индивидуальном уровне генерирующим новые цивилизационные смыслы, является культура, но формой закрепляющей эти смыслы на уровне общественного сознания – является идеология. Идеология это аккумулятор культуры. Она берет, у кого излишек, и отдает, у кого недостаток. В самом культурном процессе участвуют единицы, но распространяется культурное воздействие на все общество – через идеологию, как интегрированную форму культуры.

При этом актуальна идеология, как форма общественного сознания, не может быть универсальной, как не может быть космополитичной и актуальная культура. Здесь скрыт еще один «камень преткновения», связанный с недоверием к понятию «национальный» - относительно культуры, идеологии, государства. Всякий исторический общественный процесс происходит в рамках того или иного конкретно-исторического общества, традиционная культурно-историческая преемственность которого онтологически связана с понятием нация. Лишь в рамках этого процесса возможно поступательное приращение культуры, как ее аккумуляция в тех или иных стабильных мировоззренческих  (или идеологических) формах. Особенно это принципиально на стадии становления нации в качестве исторического субъекта, что выражается в создании национальной государственности. Здесь государственность и идеология обретают абсолютную связку – вне идеологии не может быть государственности. Идеология выступает здесь как базовая форма консолидации общества на основе традиционных национально-культурных ценностей, накопленных в процессе истории.

При этом, если перевести эти общие рассуждения поближе к нашей теме, можно сказать, что первичной формой идеологии, в функции ее консолидирующей общественной роли, являются религии. И с этим нельзя спорить. Поэтому и сегодня идеология в обществе несет теократическую функцию, предопределяя собой комплекс ценностных императивов общественного сознания. И в этом качестве она подразумевает определенную сакральность, в том числе и государства ее исповедующего. Поэтому у нас лишь два варианта: либо мы восстанавливаем статус «государственной религии», скажем, для православия – и живем по канонам средневековья; либо определяемся с новой государственной идеологией, способной вместить в себя базовые духовно-культурные ценности русской цивилизации на современном мировоззренческом уровне. Причем искать формулы новой идеологии нужно уже сейчас, когда старые формы разрушены… В этом корень нынешнего исторического безвременья – в бессознательном и растерянном состоянии общества.

Просто «культурным процессом» идеологию не заменишь… Функционально и методологически это совершенно разные феномены. Сам по себе актуальный культурный процесс не ведет к общественной консолидации или какой-то исторической цели. Наоборот, по своему характеру это энтропийный процесс, бесконечно умножающий «количество сущьностей». Многообразие – его базовая методологическая аксиома, основанная на  субъективном характере культурного творчества. Но если это многообразие не ограничено тем или иным каноном (религиозным, идеологическим, культурным), то продукция культуры неизбежно обесценивается. Не случайно современная либеральная культура, предполагающая абсолютную свободу самовыражения, потеряла все границы, затопив культурное пространство морем низкопробной пошлости. Поэтому в человеческом обществе в качестве важнейшего условия выживания, преодолевающего многообразную, в том числе и культурную, социальную энтропию, всегда были задействованы факторы негэнтропии, - роль которых и выполняли религии, несущие в себе стабилизирующую и направляющую социальную функцию. Тайна этих факторов –  во внесении социальной сознательности в общественные процессы. И эта соборная общественная сознательность есть фактор именно идеологии, а не культуры. Хотя культура и является иррациональным источником идеологии.

Для более подробного изложения моего понимания соотношения идеологии и культуры, приведу отрывок из своей книги «Миссия России. Православие и социализм в XXI веке» :

«Культура не может быть «независимой» от общества и государства. По своей природе она онтологически национальна и несет на себе важнейшую функцию идеологической самоорганизации нации. Истинная диалектика национальной культуры начинается культом и заканчивается национальной идеологией. Идеология является в этом случае как бы проекцией культа в плоскости реального исторического времени. Культ отражает вечное, идеология отражает преломление этого вечного во времени, в национальной истории, в конкретности реального мира. И задача культуры – находить этому процессу соответствующие формулировки (формы): в искусстве, в науке, в философии, в экономико-хозяйственной деятельности, в политике, социологии и т.д., приводя последнее в соответствие с первым, т.е. фактически строить идеологию на фундаменте культа. Таким образом, культ производит культуру, культура же формирует идеологию, а государство реализует эту идеологию в конкретной исторической реальности как целостное национальное бытие.
И здесь мы видим, насколько велика, исключительна и ответственна в этом, далеко не линейном процессе роль культуры. Это живая «плавильная печь» национального самосознания, в которой напряженно и мучительно идет непрерывный творческий процесс преломления и претворения неотмирного в мире, вечного во временном, духовного в материальном; где национальное прошлое таинственно преображается в национальное будущее, где, собственно, и сосредоточена вся реально-историческая жизнь нации. Культура не ограничивается искусством (как это почему-то считается), и не замыкается сама на себя, а несет куда как более значимую и ответственную задачу – быть горнилом национального самосознания, в котором рождаются, формируются и утверждаются основы национальной идеологии. Культура ради культуры, не осознающая за собой этой национально-исторической сверхзадачи, есть поистине дурная бесконечность постмодерна; утрата смысла и разложение национального самосознания, тупик космополитического бытия. А если учесть, что основным носителем и творцом культуры является интеллигенция, то все вышесказанное напрямую и непосредственно относится к ней, к ее национальной совести, сознательности и ответственности. Интеллигенция – главный субъект национально-исторической трансформации, именно она является в современном обществе объективным посредником между культом и идеологией. От того, насколько успешно выполнит интеллигенция свою интеграционную культурно-идеологическую миссию и зависит в конечном итоге качество национально-государственного бытия.
Общественная жизнь принципиально не может ограничиться культом (как мечтают некоторые…), культура сама по себе не способна преобразить общество (как надеются другие…), и государство как социально-экономическая структура не гарантирует национального будущего (как полагают третьи…). Весь комплекс этих разноплановых аспектов национального бытия находит свое органическое, взаимозависимое и актуальное единство лишь в национальной идеологии – форме самосознания нации в контексте исторической реальности, и именно ее целостное формирование есть залог гармоничного национально-государственного существования. Идеология есть производная культуры, поэтому, чем ближе культура к постулатам культа, т.е. чем глубже она осознает и отражает в своих проявлениях его аксиомы, тем точнее национальная идеология соответствует культу как метафизическому основанию нации. Государство же, опираясь на идеологию как актуальное национальное самосознание, реализует и материализует метафизические задачи культа в плоскости реальной истории – в политике, экономике и культуре, осуществляя через охранение культа и развитие культуры своего рода обратную связь со своим метафизическим началом.» …(конец цитаты)
Где тут «лошадь», а где «телега» я судить не берусь…

Идеология это одновременно форма самосознания общества и метафизическая основа государственности. Поэтому смена общественного самосознания в форме новой идеологии означает и смену формы государственности! Этот непреложный закон можно проследить на протяжении всей человеческой истории, начиная с образования ветхозаветного Израиля на основе десяти социальных заповедей Моисея (сугубо идеологические формулировки), и кончая либерально-капиталистической идеологической трансформацией Советской России. Поэтому если мы хотим иную Россию, то должны определиться с мировоззренческим форматом новой идеологии. И других вариантов нет. Как будет происходить смена – эволюционно или революционно, это другой вопрос, зависящий от множества субъективных и объективных факторов. Но если в пространстве общественного сознания будет сформулирована новая восходящая идеологическая тенденция, никакие барьеры старых государственных форм ее не остановят. Это и есть тот метафизический «росток будущего», который начнет раздвигать исторические горизонты.
…Но конечно, если нас все более-менее устраивает, …тогда да, можно доверить решение этого стратегического вопроса невидимой роли Случая, или потерпеть пока рухнет ненавистная глобальная Система...

И здесь можно перейти к еще одному «больному» месту данной дискуссии. Как, в каких формах нам надлежит думать о Будущем? И нужно ли вообще о нем думать, не лучше ли сосредоточить все внимание на настоящем, наполняя его живым духовным теплом и просветленной культурой – а искомое Будущее придет само собой в свое время. И соответственно всякие «концепции Будущего» являются лишь потенциальной угрозой волюнтаризма и революции. Поэтому давайте говорить о Богочеловеческом социализме предельно осторожно и отвлеченно, не в формате идеологии, а в пространстве культуры.

Но дело в том, что Богочеловеческий социализм это всего лишь красивая метафора, воспарившая над бренной реальностью на почти ангельские высоты.
Существо же поднятого вопроса – в самом понятии социализм. А это все-таки конкретный социально-экономический строй, общественная система, имеющая вполне определенные параметры – политические, экономические, социальные, культурные и идеологические. Всякое предметное рассуждение о социализме, даже в контексте Будущего, подразумевает определение целостной взаимосвязи этих параметров – т.е. определенную концепцию. И тут тоже нет вариантов (или вообще надо снимать вопрос о социализме). Это может быть марксистская концепция, христианская, китайская, скандинавская и т.д., но это всегда целостная система параметров, основанная на тех или иных исходных мировоззренческих позициях. Которые и определяют идеологическое содержание социализма, его фундаментальное цивилизационное качество. И здесь идеология оказывается первичной. Вне идеологии, как некоего набора первичных мировоззренческих аксиом, построение социализма, как общества основанного на определенных идеалах – невозможно, не мыслимо. Это принципиальная специфика социализма как разумного устроения общества. Человеческий Разум опирается здесь на идеалы, имеющие духовно-метафизическую природу, и пытается привести все жизненные параметры общества в соответствие с этими идеалами. В результате чего и формируется рационально осознанная концепция, – ничего криминального я здесь не вижу. В том числе и по отношению к концепции христианского социализма. (О соотношении идеала и реальности в историософском контексте можно посмотреть фрагмент из той же книги: «Русская идея как социальный идеал» )

Можно, конечно, признать заранее несостоятельными всякие попытки человеческого разума выстроить непротиворечивую модель гармоничных общественных отношений. Как это традиционно и делают по отношению к социализму как православные консерваторы – обвиняющие социалистов в попытке построить богоборческий «рай на земле», так и ни во что не верящие либералы – априори относящие социализм в разряд безнадежных «утопий». Но если доверять Истории как объективному процессу развития человеческой цивилизации, то симптомы возмужания человеческого Разума в его попытке реализовать собственное Богочеловеческое цивилизационное предназначение – очевидны. Эпохи Возрождения, Реформации, Просвещения, Нового времени демонстрируют безусловный рост самостоятельности человеческого разума в его попытках обустроить общественное бытие в соответствии с идеальными духовно-гуманистическими ценностями. Трансформация этих ценностей в культурно-историческом процессе и привела в итоге к идеологиям научного прогресса, гуманизма, либерализма и социализма.

Именно в этом ряду как следующая ступень развития человеческого разума за эпохой Нового времени может быть выделена и эпоха Социализма, определявшая глобальный облик XX века. Потому что Советский Социализм вписан в эту общую мировую культурно-эволюционную тенденцию всем своим существом, проявив в себе как центральный Богочеловеческий вектор истории, так и эволюционные блуждания человеческого разума, потерявшего на определенном этапе исходные религиозные ориентиры, и как следствие саму эволюционную коммунистическую перспективу. (О религиозно-атеистических противоречиях Советского социализма я писал в статье: «Коммунизм и Реформация» )

И сегодня проблема глобального Будущего – это, более чем когда-либо, задача человеческого Разума. Для России же в этом плане все выглядит более конкретно. Ее Образ Будущего без сомнения лежит все в той же эволюционной социалистической перспективе, и наша задача – зажегши светильники (разума), выйти ему навстречу.

------------

…Что сказать в заключении… Обсуждение заявленной темы нельзя назвать, мягко говоря, конструктивным. Концепция христианского социализма, будучи заявленной даже на уровне первичного идеологического подхода, обвинена во всех мыслимых «смертных грехах», отрицается в принципе как потенциальная революционная угроза. Стоило ли открывать эту тему на данном ресурсе – не уверен… В своем ответе я выделил лишь один внятный и содержательный дискуссионный вопрос – о соотношении культуры и идеологии, попытавшись разъяснить свое понимание этого вопроса. Опровергать множество других надуманных претензий и потенциальных обвинений у меня нет желания, в этом не вижу смысла.


«Последнее редактирование: 13 Апрель 2021, 14:00:56, Александр Молотков»

Обсуждение заявленной темы нельзя назвать, мягко говоря, конструктивным. Концепция христианского социализма, будучи заявленной даже на уровне первичного идеологического подхода, обвинена во всех мыслимых «смертных грехах», отрицается в принципе как потенциальная революционная угроза.

Всё же обвинений не было. И критика касалась не столько концепции, как таковой, а скорее одного из возможных вариантов переложения её на практике (революции). Просьба не обижаться, это не со зла.

Стоило ли открывать эту тему на данном ресурсе – не уверен…

Стоило. Вариться в котле единомышленников, конечно, приятно, но для души пагубно. Лагерное мышление, о котором пишет Ярослав, имеет место быть. И ему склонны поддаваться все без исключения.

В своем ответе я выделил лишь один внятный и содержательный дискуссионный вопрос – о соотношении культуры и идеологии, попытавшись разъяснить свое понимание этого вопроса.

Спасибо. Да, на мой взгляд, Вы совершенно верно выделили камень преткновения Вашей позиции с позицией Ярослава.

я не вижу между идеологией и культурой никакого принципиального противоречия, как по существу их аксиологического содержания, так и по приоритетности воздействия на общественное сознание.

Идеология может питаться из культуры, быть естественным её приложением к делу строительства нации и государства. Но может быть и совершенно наоборот, когда идеология, отлитая в бронзу, является навязываемым догматом, который не питается из родника культуры, но напротив душит культуру своими рамками. Такое ощущение, что Ярослав признаёт исключительно второй вариант.

Свобода не просто право, а обязанность каждого

О цветах, Реформации, Платоне и ещё о некоторых вещах.

Во-первых, хочу сказать огромное спасибо Александру Молоткову за возможность говорить здесь о самом, наверное, сложном, глубоком и важном вопросе — о Будущем нашей страны, нашего мира, всего человечества. Соглашусь с Антоном, что тему поднимать нужно. Лучше трудности будут снова и снова проговорены, а опасения высказаны. Тем более, проект Александра — гигантский и очень глубокий.

С сомнениями Ярослава я согласна, повторяться не буду. При том, что по своей сути идея христианского социализма мне близка и кажется очень перспективной и жизнеспособной. Но вот какие возникли мысли по поводу религиозности как таковой.

Я работаю с молодыми людьми (студентами технического вуза), подавляющее большинство которых — агностики или атеисты. Хорошо это или плохо? Есть ли в этом какая-то тревожная тенденция? Мне кажется, что нет. И вот почему. Что если религиозность вызревает в человеке постепенно, примерно так же как тяга к земле и садоводству? Спросите молодых людей, любят ли они возиться в саду — и  большинство скажет: «Терпеть не можем! Копаем и сажаем, потому что родители заставляют или потому что бабушек-дедушек жалко, надо помочь, но свой сад никогда не купим! Никогда!». А в 40 лет (или даже раньше) почти все они захотят свой сад. Так происходит постоянно. То же и с религиозностью. В 17 лет Владимир Соловьёв выкинул из окна своей комнаты все иконы и перевёлся на естественное отделение физико-математического факультета (его отец был мудрый человек, и не стал ему препятствовать). Думал ли он в тот момент, что станет религиозным мыслителем?
В детстве религиозность спонтанная и естественная: дети верят в маму, в волшебников, в Деда Мороза, они вообще склонны доверять; так же естественна и тяга к земле: дети любят возиться в песочнице, они буквально ещё очень близко находятся к почве — вся трава-мурава непосредственно находится у них перед восхищённым и любопытным взором.
Но потом происходит диалектическое отрицание — необходимый период становления. У кого-то мягче, у кого-то более категорично, но происходит разрыв с религиозностью, с традицией и... с почвой. Очень редкие люди способны не прерывать этих сущностных связей. Человечество проходит стадии взросления, отдельные цивилизации проходят свои стадии (европейская — через Просвещение и позитивизм, российская — через воинствующий атеизм и марксистскую науку), и отдельные люди проходят свои стадии.
И только потом приходит осознанное возвращение к религиозности уже как к безусловному источнику духовного измерения. Именно такую религиозность, как мне думается, имеет в виду Александр Молотков. Возвращение происходит не через внешнюю идеологию, а через личную причастность проблеме собственной смертности и укоренённости в Вечном всего внутреннего измерения. У каждого эта проблематика очень автобиографична, и процесс её созревания опасно форсировать.
Только после возникновения этой внутренней глубинной религиозности возможен процесс присоединения к какой-либо церкви как социальному институту, то есть оформление своей живой религиозности конкретным символом веры. Бывает, что путь к православию лежит последовательно через протестантизм и католицизм, потому что эти формы христианства могут более соответствовать стадиям религиозного чувства конкретного человека. Возможно, путь лежит через восточные формы религиозности. Соглашусь только, что чуткие к глубинным истокам своей метакультуры люди, скорее отзовутся на источник исконной религии своей цивилизации. Соглашусь и с тем, что православие — очень зрелая во вселенском масштабе религия. Но всё это может не иметь значения для конкретной личности. И лучше ей остаться вовсе без  религиозной формы, чем быть идеологически загнанной в форму православия. Может быть, я ошибаюсь.
В любом случае, делать религиозность духовной обязанностью, значит заранее соглашаться на формализм, хотя бы в лице молодёжи. Это печально и неправильно. Ведь молодые люди — очень большая и важная категория людей в любом государстве, во все времена.
Я вижу, что студенты — хорошие ребята, готовые бескорыстно помогать другим людям (многие из них волонтёры с большим стажем), склонные глубоко задумываться о добре и зле, красоте, свободе, истине. Этого достаточно. Всему своё время. Главное, чтобы у них была возможность, когда придёт время, реализовать потенциал своей религиозности: в конкретной конфессии с её глубокими корнями и традициями или в социальном строительстве, или в посадке садов, или просто в глубоких и искренних отношениях со всеми живыми существами («чтобы эти существа были целью и никогда не были средством...»).

Сначала мысль о садоводстве пришла мне в голову как аналогия, но потом я подумала, что тут, возможно, есть глубокая сущностная связь. Ведь, что такое садоводство как не создание своего Эдема — Рая на Земле? По сути, это такая же форма посюстороннего строительства Царства Божьего, как и социализм. Только акцент здесь не на Добре — как социальной справедливости, а на Красоте. Получается, что религиозное чувство в современном мире как бы сублимируется вовне в трёх основных направлениях, соответствующих триединству Истины, Добра и Красоты: в рациональный атеизм (Истина), в социализм (Добро), в садоводство (Красота). Печально, что разрыв триединства обедняет каждое внешнее направление. Про атеизм говорилось уже очень много. Про обеднённую практику социализма как раз пишет А.Молотков, а обеднённое земледелие — это, как мне кажется, мало изученный вопрос. Но мы можем наблюдать, как иногда у людей религиозная потенция души буквально «уходит в землю», вся без остатка превращаясь в болезненную страсть к своим насаждениям. И всё же таких «садоводов» немного. В основном же, тяга к земле сочетается в душах людей с пробуждением других духовных начал. Ведь человек большую часть своего исторического времени был привязан к земле, учился у неё уму-разуму.

Читаю у Пришвина: «Смерти, конечно, все живое боится и бежит от нее. Но когда надо постоять за такое, что больше себя (есть это!) – человек, схваченный смертью, говорит: помирать собирайся – рожь сей! И сеет ее для тех, кто будет после него, и так подает руку другим, и по мостику своего жизнетворчества, как по кладам над смертью, потом перейдет в жизнь будущего».

Так что если уж говорить об Образе Будущего России, то земледелие (сейчас уже, скорее, в форме садоводства) — такая же важная для нашей цивилизации идея, как и социализм, и православие. Ведь недаром живой отклик получили в своё время книги В.Мегре про «Анастасию». К самим книгам можно относиться по-разному, но идея коллективного одухотворённого земледелия очень прижилась. Два года назад жили в таком поселении во время конференции, разговаривали с хозяевами. Они объяснили, что очень спокойно относятся к Мегре, к Анастасии, практически не интересуются этими вопросами — но идея мудро вырастить сад для будущего — очень запала в душу, и они уже 20 лет реализуют её со своими единомышленниками, вполне вписываясь в современную российскую действительность.

Идея триединства имеет своё продолжение ещё и в контексте статьи А.Молоткова 2011 года «Коммунизм и Реформация».
Возникла догадка, почему обе реформации (европейская 16 века и русская 1917 года) в итоге выродились во что-то совсем иное, отчасти даже противоположное самим себе. Дело вновь в распаде триединства. Как в начале 16 века Реформация не приняла культурный Ренессанс, посчитала искусство излишеством, отказала ему в духовности, так и в России в начале 20 века Новая реформация посчитала искусство Серебряного века излишеством, отказала ему в социальной устроительной силе. А ведь в искусстве Высокого Возрождения была величайшая духовная мощь, а в искусстве 20-х годов 20 века заключалась великая сила социального переустройства мира. Но эти важнейшие потенции оказались невостребованными для дальнейшего исторического пути двух цивилизаций: европейской и русской. Так же и наука оба раза отмежевалась от Красоты и Добра, не понимая, что тем самым не только освобождает себя от религиозной предвзятости и художественной субъективности, но и отсекает от питающего триединого корня любого подлинного творчества.

В философских размышлениях Боттичелли (который был активным слушателем академии в Кареджи), в научных трудах Леонардо, в стихах Микеланджело, в археологических открытиях Рафаэля — триединство светилось отчётливо. Гении Ренессанса были и учёные, и художники, и, во многом, настоящие праведники — одновременно и естественно. Точно так же в грандиозных социальных проектах Маяковского, в эстетическом преобразовании городской среды Малевича, в космогонических утопиях Хлебникова — триединство вновь засветилось, пусть не таким ярким светом как в эпоху Ренессанса.

Может быть, мы на этот раз учтём опыт двух Реформаций и, соединяя Истину и Добро в нашем Образе Будущего, не забудем о Красоте.

И, наконец, возвращаясь к фигуре великого Платона. Парадокс в том, что Платон, который, казалось бы, недолюбливал этот чувственно-воспринимаемый «мир теней», на протяжении всей жизни пытался помочь этому миру через осуществление его конкретного социального преобразования. Но именно эта сторона его деятельности была самой неудачной. Трижды он «наступал на одни и те же грабли»: отправлялся к тиранам Дионисиям «воплощать» идеальное государство. И трижды чуть не погиб. Случайно ли это? Что если бы у Платона получилось реализовать свои «Законы», и он увидел бы, как мудрые философы-на-троне казнят его самого, вместо Сократа, и понял бы, что его идеальный проект — огромная ошибка?
Почему-то получается, что когда Платон верил в социальное переустройство мира, он становился ортодоксом, а когда «отворачивался от мира» — творил вечную философию, лучше которой не создано по сей день. Может быть, социальные преобразования вообще не совместимы с категорическим императивом «не превращать живые существа в средство»? Может быть, единственный путь — изнутри наружу: от преображения и очищения внутреннего интерсубъектного пространства всего живого к преображению внешнего пространства в виде идеологии, государства, культурной среды и т.д.? А действовать извне внутрь — через искусственное вживление идеологических установок (пусть даже самых гуманных, духовных и разумных) во внутренний мир, который ещё не окреп, не готов, не освоен, да почти нам и не знаком, — это тупиковый путь? Подготовлена ли почва внутреннего мира человечества к саженцам Истины, Добра и Красоты? Ведь если нет, то саженцы не приживутся. И, главное, как готовить эту «почву», кроме как рыхлить, поливать, удобрять, то есть постоянно трудиться над освоением внутреннего измерения всего живого? Любовью, а не идеологией. Состраданием, а не осуждением. Взаимной симпатией, а не ксенофобией.
Надеюсь, что мои последние слова не читаются так, что я сама обвиняю кого-то в ксенофобии и осуждении. Я совсем не имела это в виду. Просто пока у нас даже в рамках обсуждения между единомышленниками чувствуется разлад и напряжённость, а хочется, чтобы появилась центростремительная сила всеединства. Я верю, что мы её непременно создадим. Мне кажется, что есть такая закономерность: то, что во внутреннем измерении идёт изнутри наружу, то во внешнем измерении становится силой взаимного притяжения. И наоборот: внутренние эгоистические тенденции, закукливающие ядро личности, служат рассеиванию любых внешних дружественных усилий. Как-то так.


«Последнее редактирование: 20 Апрель 2021, 22:27:03, Наталия Подзолкова»

О смысле данного обсуждения, о камнях преткновения
и ещё немного и так по-русски: сразу и обо всём

Обсуждение заявленной темы нельзя назвать, мягко говоря, конструктивным.

Смотря что предполагается изначально под конструктивным обсуждением, из этого и происходит вывод о соответствии ему или нет.

Если под конструктивным мыслится такое обсуждение, когда рассматривается одна единственная концепция, принимаемая за основу как истина, и обсуждаются какие-то её частности и утрясаются незначительные детали, тогда, да, пожалуй, это обсуждение не подходит под определение конструктивного. Если изначальная цель такого обсуждения была прийти в итоге к конечному выводу о принципиальном существовании одной единственной концепции Будущего как истинной, а всех иных, отличающихся от неё в подходах и методологии, ложными, тогда тоже данное обсуждение не является конструктивным. Но остаётся вопрос: является ли конструктивной сама такая цель - насколько она адекватна реальной жизни и насколько вообще Будущее можно создать путём идеологической концепции? Это вопрос открытый. И его обсуждение здесь состоялось.

Предвижу возражение: для конструктивного обсуждения необходима общая духовная база. А если сталкиваются между собою концепции, такой единой базы не имеющие, то обсуждение не может быть конструктивным. На что можно ответить так: единая база у нас есть - это духовное родство: общий язык, общая культура, общая история, общая боль, общая надежда, общая религиозная принадлежность, даже общее и доброе отношение к социализму как наиболее соответствующему христианскому идеалу общественному устройству. И надеюсь, общее и доброе, внимательное и заинтересованное (что не менее важно) отношение друг к другу. Такой общей базы достаточно для самой возможности обсуждать разные подходы и разные концепции. И второе: в данном обсуждении не было столкновения разных концепций, оно было изначально направлено на две цели: 1) понять предложенную концепцию; 2) рассмотреть её в историческом и культурном контексте как одну из граней Целого и на предмет самой её способности к взаимодействию с иными гранями того же Целого. Что и было начато.

Неконструктивность такого подхода может проистекать только в одном случае, если одна концепция ставит знак равенства между собою и Целым либо считает себя наиболее адекватно его выражающей по сравнению с другими гранями. Повторюсь: все грани этого Целого, представленные в данной дискуссии текстами разных её участников, не являются ни взаимно исключающими, ни духовно несовместимыми. Если посмотреть на данные диалоги как на Целое, а не как на столкновение взаимно исключающих концепций, то дискуссия уже получилась очень конструктивной. Но чтобы так посмотреть на данное обсуждение, нужно увидеть ценность в других подходах и в других вариантах отражения истины. Таким образом, вывод о конструктивности или деструктивности диалога впрямую зависит от видения его как многостороннего Целого или как одного центрального предмета, когда все остальные участники диалога оцениваются исключительно как полезность или вред для этого центра. Здесь уместен даже пилатовский вопрос: что есть истина диалога? Его творящееся Целое или одна из заявленных в нём позиций, а нам только остаётся определить - какая именно.

Концепция христианского социализма, будучи заявленной даже на уровне первичного идеологического подхода, обвинена во всех мыслимых «смертных грехах», отрицается в принципе как потенциальная революционная угроза. Стоило ли открывать эту тему на данном ресурсе – не уверен…

Такое видение (насколько оно адекватно реальности - другой вопрос) может вытекать только из отсутствия интереса к иным подходам. Само их существование не является отрицанием друг друга. Я с самых же первых слов в данной теме сказал, что острота моих вопросов не направлена на обличение данной концепции как ложной, но обусловлена только двумя мотивами: желанием глубже её понять и рассмотреть возможность (или невозможность) её согласования и её диалога с другими подходами, не содержащими в себе духовного противоречия с первичными ценностями, заложенными в основу и данной конкретной концепции.

По поводу сомнения: "стоило ли или не стоило начинать эту дискуссию на данной площадке?" - солидаризируюсь с Антоном: всё зависит от тех целей, которые хочется получить в результате дискуссии автору концепции. Вот навскидку несколько аргументов "за":

1. В Сети не так много (если не сказать: почти нет) площадок, где формат обсуждения предполагает появление, кроме исходного, и других содержательных и больших текстов. Само их появление уже имеет смысл.
2. Если данная концепция рассматривается не как закрытая система, предназначенная для определённого круга, имеющего набор определённых политических взглядов, но для широкого общественного рассмотрения, то любой опыт её обсуждения вне узкого круга должен быть полезен и обогащать в итоге саму концепцию.
3. Посещаемость данной площадки выше больше чем на порядок, чем та, где концепция обсуждается.
4. Здесь концепция может соприкоснуться с людьми иного душевного и культурного склада, с иными ракурсами и иным духовным опытом, чем на узко-политических или моноидейных ресурсах.

Для нашего ресурса это обсуждение стало ещё одной содержательной и хорошего качества интерактивной темой. Поэтому для нас - стоило её открывать однозначно. А можно вообще свести все аргументы "за" и "против" - к одному: интересно ли? Мне было очень интересно как ознакомиться с самой концепцией, так и благодаря ей вновь погрузиться в размышления над поднятыми ею вопросами; интересно было и писать свои тексты, и читать другие. А если не интересно и так всё давно уже ясно, и ничего нового здесь для себя и своей концепции не найдено, то, наверное, и не нужно было... Но дело сделано, теперь поздно. В любом случае, это был определённый опыт, а он бесследно не пройдёт всё равно.

Опровергать множество других надуманных претензий и потенциальных обвинений у меня нет желания, в этом не вижу смысла.

Опровергать - никакого смысла и нет. Про "потенциальные" - ничего не могу сказать. Но актуальных претензий и обвинений, если я эти слова понимаю правильно, здесь вроде бы не было. Во всяком случае, если сравнить с моим однодневным заходом на Ваш сайт - то не было ничего схожего абсолютно: ни по стилю, ни по смыслу.

Острые вопросы и рассуждения об иных подходах, как и рассуждения о возможных опасностях и угрозах, которые могут содержаться в зачаточном виде в некоторых противоречиях, неполноте или недораскрытости некоторых идей в данной концепции, в некоторых содержащихся в ней стилистических конструкциях или отношениях к тем или иным феноменам, - такие размышления не являются ни надуманными претензиями, ни обвинениями. В конечном итоге, опять же всё зависит от внутреннего отношения к другому, от преследуемой цели и ожиданий конечного результата, из неё вытекающих.

Лично для меня само появление этого диалога как некоего содержательного Целого с лихвой оправдывает все личные неудобства им доставленные, в том числе и мне самому: чувствовать глухое непонимание твоим собеседником самой постановки твоего вопроса - для живой души тяжело. Но альтернатива общению - только насилие. Общаться нужно, как бы ни казалось это порою тяжко или вовсе бессмысленно. А вот сам стиль и формат общения на нашем ресурсе хоть и не привычный, но весьма конструктивный - в сравнении с типичными интернет-обсуждениями.

Да, на мой взгляд, Вы совершенно верно выделили камень преткновения Вашей позиции с позицией Ярослава.

А на мой взгляд, так совершенно неверно.

Камень может быть преткновением только для другого камня. Он не может быть преткновением для воздуха. Равно как и воздух - для камня. Идеологии может быть противопоставлена только другая идеология, но не культура. Культура не может противопоставляться ни государству, ни идеологии, ни религии, ни науке, ни социуму, как не могут быть противопоставлены мозги и сердце, желудок и лёгкие в организме человека. Не противостоят друг другу дух и душа, душа и плоть, чувство и разум, разум и рассудок. Проблемы начинаются только тогда, когда часть пытается либо подменить собою целое, либо занять не своё место внутри целого.

Культура такой же Богочеловеческий процесс, как и История. Он не может быть противопоставлен никаким своим частным феноменам: государству, идеологии, экономике и т.п. Это несопоставимые и несравнимые сущности. В гораздо большей степени несравнимые, чем килограмм и километр.

Другое дело, что отношения как между различными феноменами Богочеловеческого процесса, так и между двумя его главными духовными составляющими: Богом и человеком - глубоко трагичны и противоречивы. В центре этого процесса Распятый Сын Божий. Точно также трагичны и взаимоотношения Культуры, как Богочеловеческого Целого, с различными её формами: историческими, национальными, государственными, религиозными и т.д.

Источник культуры не Культ (это уже проекция в историческом плане), но Творческое Начало, духовно заложенное в человека Богом. Источник Культуры - Богоподобие человека. А Культ - лишь одна из форм проявления этого Богоподобия в историческом плане человеческого бытия.

Таким образом, здесь нужно говорить не о "камне преткновения", а о том, что мы вообще говорим о разных сущностях и процессах. Вернее, так: одно дело рассматривать проекции каких-то сущностей на плоскости, а другое - сами эти сущности в Объёме. Их взаимоотношения могут настолько отличаться от столкновения их проекций и самого их вида, что в одни и те же слова мы начинаем вкладывать мало общего имеющие между собою смыслы. А если вспомнить, что сам наш мир, со всеми его феноменами, не является полнотой реальности, но лишь её частью, то картина усложняется ещё на несколько порядков.

Вот это и есть самая главная причина, почему реальная Жизнь никогда не укладывается ни в какие концепции и системы, созданные человеческим разумом, и ни в какие методологии познания; всё время опровергает их самим фактом своего существования. Это не означает, конечно, что разуму не нужны концепции и методологии (да он и бессилен их не создавать, они вшиты в саму его природу), это означает другое: разум должен осознавать свои границы и не покушаться на те сферы, которые ему недоступны в принципе. И эти сферы вовсе не исчерпываются иррациональным или чувственным - это прежде всего духовные сферы бытия, первореальность Целого. К таким сферам относятся и метакультуры, чьим земным прообразом является и культура человеческая. Вне мистического понимания истока культуры понять её сущность только как исторический, национальный или социальный феномен невозможно.

Богочеловеческий процесс на то и Богочеловеческий, что в нём участвует не только человек, но и Бог. А вот в человекобожеском - только человек. Если и искать какой-то "камень преткновения", то нужно искать его в этой смене слагаемых... Слагаемые формально те же, но духовный вектор - противоположный. И оба вектора - внутри каждого из нас.

Воздух мы замечаем, когда его недостаёт или он испорчен. То же и с культурой: её нельзя потрогать руками или описать словами. Но если её недостаёт или она испорчена - это ощущается мгновенно во всех сферах человеческого бытия, потому что - причина внутри каждого человека, а не в тех или иных созидаемых людьми формах бытия. Внутри самого бытия действует культура, а не в его объективных внешних формах (так тоже можно сказать).

Разумеется, культура не ограничивается искусствами: это совокупное духовное творчество человека, его творящийся Миф. Вот если бы вместо слова "идеология" прозвучало слово "Миф", то меньше было бы и непонимания у нас. Но к мифу крайне трудно пристегнуть слово "концепция" и сказать, что миф творится человеческим разумом и только. Проблема та же, что и с заменой слова "Богочеловеческий" на "духовно-материальный" (к последнему слова "идеология и концепция" пристёгиваются вроде бы, а к первому - никак).

При этом идеологии приписывается революционный волюнтаризм, а культура выступает как залог эволюционного развития общества.

Идеология может иметь консервативный или охранительный характер, не обязательно - революционный. Культура отличается от идеологии прежде всего тем, что культуру творит человеческая гениальность, которая вручается человеку Богом. Идеологию же создаёт человеческий разум - сам. Это разные сферы.

Второе: метакультура, как духовное и соборное Целое, творится на Небесах, а земная культура в меру своих сил и своей замутнённости выражает это Целое собою (не отражает, но именно выражает). Идеология же полностью дитя мира сего и в ней всё от мира сего, даже если через каждое слово там будет стоять "Бог".  И государство - дитя исключительно мира сего. Но в этом мире на определённой исторической стадии без такой формы, как государство, стало невозможным воплощение великих культурных сущностей.

Отношения между государством и культурой подобны отношениям между плотью и душой  в каждом человеке. А внутри культуры есть ещё трагедия отношения души и духа. Отличия между культурой (творческое начало) и религией (священническое начало, культ) не являются причинно-следственными. Это два извечных качества человеческого духа. Но на определённой исторической стадии они обрели разные феноменальные воплощения, разделились на два автономных потока.

Как религию созидали пророки, напрямую вещавшие Слово Божие, а не государства и их идеологии; так и культуру созидают гении, чей Дар сродни дару пророческому, хотя и не идентичен ему. Что не отменяет необходимость существования в нашем мире ни государства, ни его идеологии, ни религиозных институтов, ни учреждений культуры. Беды начинаются тогда, когда реалии мира сего пытаются поставить себе на службу и превратить в функцию реальности духовного порядка.

Речь идёт не о противоречиях или противопоставлении, но об отношениях разного иерархического плана сущностей. Одни отношения относительно гармоничны - и потому на благо всем сущностям, а другие - дисгармоничны и разрушительны для всех. Главная проблема в эгоцентризме как самого человека, так и всех феноменов от мира сего, а все общественные формации лишь следствие внутренней пропорции между эгоцентризмом и служением высшему.

И вот когда низшее пытается сделать своей функцией высшее, тогда и возникает такая пропорция, которая ведёт к уродливым государственным формам, их вырождению и смерти (в революциях или войнах). Культура не является залогом "эволюционного развития общества", но является самим его развитием, смыслом и качеством. Именно в культуре и выражается смысл и качество того или иного состояния общества.

Парадоксально, но, несмотря на все эти горы «компромата», я не вижу между идеологией и культурой никакого принципиального противоречия, как по существу их аксиологического содержания, так и по приоритетности воздействия на общественное сознание. Это разные формы, или разные стадии, одного и того же общественно-мировоззренческого процесса.

В таком случае, не надо приписывать и мне видение таких противоречий или "гор «компромата»". Вообще иной взгляд на реальности, исходящий из другого ракурса, не обязательно нужно воспринимать как «компромат» на взгляд и ракурс собственный. Нужно не забывать, что центр твоего обзора и истинный Центр реальности для любого человека не совпадают.

Если же культура оценивается по шкале приоритетности влияния на общественное сознание, то она становится функцией и средством, а общественное сознание - целью. У меня есть основания считать, что в реальности всё с точностью до наоборот. Или хотя бы ни то, ни другое не средство и не функция. Хотя лично мне ближе подход служения: это общество служит Культуре (в высшем, духовном смысле), а не культура - обществу.

Также мне представляется неверным определение культуры "как стадии общественно-мировоззренческого процесса". Сама такая стадия является составляющей культуры, её материалом: как буквы или иные носители её высших духовных смыслов. Не общество творит культуру, но культура - творит общество. Но такая формула работает только с условием мистического понимания истоков и прообразов культуры, а если мистическое понимание закрыть и культуру узреть как один из феноменом только мира сего и человеческого социума, тогда все поставленные мною вопросы вообще лишаются смысла. Сама их постановка.

Показательно, что данная тема у нас возникла сразу после темы "Творчество и спасение", где со стороны представителя православия (но с иными политическими взглядами, далёкими от коммунистических) транслировался точно такой же подход к культуре - как к функции и средству, помогающих человеку подойти к порогу Храма, но и только. Подход идентичен. Только там культура функция религии как отдельной конфессии (а если не выполняет такую функцию, то и вовсе не нужна), а здесь - функция общественного организма. Такой подход к культуре был свойствен позитивизму народников 19-го века, никакой великой своей культуры так и не создавших. Неудачей создания пролетарской культуры ознаменовались и первые годы коммунистической идеологии, вынужденной в целях самосохранения обратиться затем не к близким идейно позитивистам и рационалистам-народникам, а к классической культуре 19 столетия. Она и создала советскую культуру, а вовсе не идеология, которой эта дворянская культура внутренне противоречила и была к тому же классово чуждой.

формой закрепляющей эти смыслы на уровне общественного сознания – является идеология

Только одной из многочисленных форм, и не самой значимой в жизни. Приведу элементарный пример. Уж где-где, а в советском обществе идеология играла громадную роль. Но в детстве мы читали сказки, да того же Пушкина, рассматривали иллюстрации в книжках... - какое всё это отношение имело к коммунистической идеологии? Да и как ребёнку вообще объяснить, что такое государственная идеология или "кодекс строителя коммунизма"?

Нравственный облик советского человека формировался прежде всего русской культурой, она и закрепляла в своих архетипах на всю жизнь самые главные духовные и нравственные смыслы в человеке, а не идеология. Именно через культуру в коммунизм проникал и православный дух, тогда как с самим православием была абсолютная идейная отчуждённость. Идеология только отрезала часть русской культуры за ненадобностью... За что и была наказана Историей: такие деяния не проходят даром для государства.

Такое ощущение, что Ярослав признаёт исключительно второй вариант.

Нет, Антон. Буква не всегда убивает дух. И идеология не всегда становится поперёк культуры. И плоть не всегда убивает душу... Но душа, увы, всегда разъедает плоть изнутри - и плоть умирает. У каждой идеологии есть свой срок бытия в мире. И каждая идеология затем разлагается и превращается в тлен, как и каждая плоть. В памяти Мира остаются Культуры, а не идеологии. И Культуры продолжают действовать в Истории, когда мы уже забыли саму суть той идеологии, которая обрамляла Культуру. В Истории действует античная греческая Культура, а не идеология афинских полисов или Македонской империи. Таких примеров можно привести тысячи. Что не означает, что каждую идеологию нужно душить во младенчестве...

В самом культурном процессе участвуют единицы, но распространяется культурное воздействие на все общество – через идеологию, как интегрированную форму культуры.

В культурном процессе участвуют все без исключения, как все дышат воздухом. А вот идеологию как раз создают единицы, т.н. государственная элита (или та политическая сила, которая такой собирается стать). Культура витает в воздухе, проявляет себя в бесчисленных феноменах и человеческих отношениях, а идеология - действительно форма, имеющая свои границы, в том числе и временные. У культуры границ нет - она перетекает свободно и за границы нации, её выражающей, и даже за границы исторического бытия этой нации. А идеологии в истории нации сменяют друг друга. Культура непрерывна, а идеологии дискретны и всегда намертво связаны с той или иной формой государственности. Культура свободно (если её искусственно не сдерживает государство) перетекает из одной формы государства в другую, а идеологии умирают вместе с государственной формой, ими порождаемой. Так русская культура перетекла в советскую.

При этом актуальна идеология, как форма общественного сознания, не может быть универсальной, как не может быть космополитичной и актуальная культура. Здесь скрыт еще один «камень преткновения», связанный с недоверием к понятию «национальный» - относительно культуры, идеологии, государства.

Никакого недоверия к понятию "национальный" у меня нет и близко. А ещё дальше от меня противопоставление национальному космополитического или универсального. Всё опять с точностью до наоборот. Я целую главу посвятил в своём опусе спичу - за счёт чего наука и её методология стали универсальными, и почему это невозможно ни для какой системы и методологии, имеющих духовное измерение. Наука универсальна только за счёт отказа от духовной сферы бытия как реальности, имеющей к ней отношение. Так же бездуховен и космополитизм, именно по причине претензии на объективную универсальность.

Интернациональный - это отношение к другим нациям, а не смешение их. Никаких культур, кроме национальных, никогда и не существовало в истории. В отличие от идеологий - таких навалом как раз. Всемирная отзывчивость - внутреннее качество русской культуры. Акцент на национализм (а это не синоним национального) не делает русскую идею ни привлекательней, ни духовней, но внутренно выхолащивает её, сужает и снижает. Как и добавка к патриотизму в виде "национал-патриотизма" ничего к патриотизму не добавляет, а вот определённый недобрый душок вносит. И это совсем не русский дух, и Русью в нём отнюдь не пахнет...

То же относится и к религиям: мировая религия не означает её универсальности, но означает её всемирное духовное значение. И вселенскость христианства не сводит его к плоскому экуменизму, но говорит о его духовном значении для всего мира и для всего космоса. А вот акцент на национальном в религиозном сознании автоматически его снижает на уровень национального феномена и лишает мирового значения, делает систему закрытой. А любая закрытая система увеличивает рост энтропии внутри себя и перекрывает доступ в неё творческого духа. Причём не только извне, но и изнутри, что самое плачевное.

Сам по себе актуальный культурный процесс не ведет к общественной консолидации или какой-то исторической цели. Наоборот, по своему характеру это энтропийный процесс, бесконечно умножающий «количество сущностей».

Такой вывод опять же справедлив в том случае, если культурный процесс рассматривается исключительно как процесс от мира сего, а не как процесс Богочеловеческий.

Многообразие культуры отражает собою многообразие Божьего Мира и Божьего Творчества. Именно в этом многообразии и заключён антиэнропийный процесс становления космоса, а не наоборот. Энтропийным он становится только в замкнутой системе, стремящейся свести многообразие к единообразию и затем к хаосу - предельной форме единообразия: атомы все одинаковы, если они атомы внутри хаоса, а не космоса (это и есть либеральный тоталитаризм в общественном плане, к слову).

"Творю всё новое" - это ли не бесконечное умножение сущностей? Так чему тогда противопоставляется идеологическое единство - только ли человеческому умножению сущностей? Или человеческий разум, не способный вместить в себя бесконечное разнообразие Божественного космоса, стремится закрыться от него в конечных формах созданной им системы? А вот культура, как человеческое проявление творческого начала, выражает собою не только человеческое, но и Божественное творчество и не даёт человеческому разуму застыть в единообразии той или иной системы. Не даёт ей схлопнуться в самой себе. Самим фактом своего существования и бесконечным творчеством новых сущностей. То есть - предохраняет и наш разум и все его системы и концепции от закрытости, а следовательно - от роста в них энтропии.

Многообразие – его базовая методологическая аксиома, основанная на  субъективном характере культурного творчества.

Субъективность - неотъемлемое качество любого феномена в нашем мире, который имеет духовное измерение. Объективной духовности не существует. Дух - проявляет себя во внутреннем мире живого существа, а не в объективных внешних формах. В духе вообще нет разделения на субъективное и объективное. Любое творчество, если оно творчество, субъективно - творит субъект, а не объект. Объективация творческого продукта - это не духовный уже процесс, это охлаждение духа в мире падшем и относительном.

Именно заслуга культуры в субъективности её феноменов, а не недостаток её. Именно это качество позволяет культуре оставаться вечно живой, а не превратиться в набор музейных экспонатов и монументов, в очередную закрытую систему, которая запустит процесс смерти внутри себя самим фактом своей объективности и закрытости.

На примере Теории Времени Козырева я, как смог, показал, что именно субъективное (личное) начало - как в познающем, так и в познаваемом - открывает возможность для появления новой науки, позволяет внести в научную методологию духовное измерение. По вместе с этим делает и невозможным создание единой и универсальной новой научной методологии. Появляется множество паритетных концепций и методологий. И так во всём. А в культуре это видно наиболее наглядно.

Но если это многообразие не ограничено тем или иным каноном (религиозным, идеологическим, культурным), то продукция культуры неизбежно обесценивается. Не случайно современная либеральная культура, предполагающая абсолютную свободу самовыражения, потеряла все границы, затопив культурное пространство морем низкопробной пошлости.

Религиозные каноны вносят в культуру не внешние ограничители, а духовную вертикаль - ценностей незыблемую шкалу. Либерализм не потому скатился к пошлости, что не смог ограничить разнообразие, а потому что утратил внутри себя духовную вертикаль, которая только и позволяет различать качества и смыслы. А утратил её потому, что захотел стать тоталитарным как идеология. Пока либерализм говорил о свободе личности, но не становился государственной идеологией, он нёс благо, ибо выражал собою одно из непременных условий культурного творчества. А вот когда захотел стать "идеологией свободы", причём абсолютно тоталитарной, кончил пошлостью.

Поэтому в человеческом обществе в качестве важнейшего условия выживания, преодолевающего многообразную, в том числе и культурную, социальную энтропию, всегда были задействованы факторы негэнтропии, - роль которых и выполняли религии, несущие в себе стабилизирующую и направляющую социальную функцию.

В этом утверждении и религии, как и культура, сводятся исключительно к общественной функции. Их задача не Божье Слово нести в мир, не связь Бога и человека, но та или иная польза для общества. Религии побеждали энтропию в мире, в обществе и в самих себе только благодаря Творческому Божьему Духу - действовавшему изнутри человеческой личности, создававшей те или иные формы богослужения и священные тексты, а прежде всего - живые личные примеры действия Божьего Духа в человеке. Социальная функция - лишь одно из множества следствий существования в мире религий, но никак не их смысл и цель. Общество стало идолом у позитивистов, но великую русскую культуру творили не они. И эта культура спасла в итоге Россию - не дала коммунистической идеологии превратить её в духовную тиранию, более того - одухотворила изнутри и саму эту идеологию. И кабы та не так сильно сопротивлялась, то могла бы продлить своё существование в новом качестве. И никакой разрухи.

…Но конечно, если нас все более-менее устраивает, …тогда да, можно доверить решение этого стратегического вопроса невидимой роли Случая, или потерпеть пока рухнет ненавистная глобальная Система...

Роль Случая не зависит от человеческого доверия или недоверия к нему, довольства или недовольства текущим строем (человек всегда недоволен настоящим, такова его природа, природа динамическая и творческая). Но человеческое доверие Случаю и понимание его роли помогает человеку самому осознавать очень многие процессы и в жизни, и в истории, которые были закрыты от технократического к ним отношения. Случай - это прямое действие Промысла в истории. К нему нужно относиться не только с доверием, но и с благоговением. Если же история рассматривается как сырой материал для человеческого разума, тогда Случай только мешает. Но тогда и ни о каком Богочеловеческом процессе не может идти речи.

Показательно, что как только Козырев в свои эксперименты стал вносить отношение к Природе как к Живому, а Время стал понимать как активную творческую силу, как Божий инструмент (и как главную антиэнтропийную силу, к слову), так сразу роль Случая и шумов в его экспериментах выросла неимоверно. И то что классическая научная методология стремится максимально устранить ради "чистоты эксперимента", то есть ради его объективности, главный критерий которой повторяемость и независимость (отчуждение) от личности (и от субъекта, и от объекта познания), Козырев наоборот такую помеху (субъективность) только усиливал. И потому смог добиться результатов, научной методологии недоступных по самому её существу. А ведь научная методология и пытается вытеснить Живое ради объективности, а первым условием такой объективности был полный отказ от какой-либо духовности вообще. То же самое - один в один - происходит и с идеологией. Чем больше она стремится к объективности, тем меньше в ней остаётся места и для Жизни, и для Духа.

Если бы Случай не опрокидывал все человеческие планы и схемы, наша история давным-давно окончилась. Но не Вторым Пришествием и не Преображением мира, но абсолютной духовной смертью.

Революция в России сейчас только подпитает живой кровью издыхающую неолиберальную Систему. И её тлетворное влияние на Россию - в том числе. Если же эта Система представляется злом, то не нужно делать ничего, что его подпитывает. Обсуждать, создавать концепции дело хорошее. Но не менее хорошее - менять своё отношение к иным ликам добра в мире и учиться находить с ними общий язык. А это, пожалуй, труднее для человеческого разума, чем создание любой концепции.

И здесь можно перейти к еще одному «больному» месту данной дискуссии. Как, в каких формах нам надлежит думать о Будущем?

В каких хотим его видеть - в тех и надлежит. Странный вопрос...

А моделируем мы его своими отношениями в настоящем, всегда конкретными.

Александр, очень прошу, не нужно меня выставлять врагом концепций как таковых или врагом разума как такового, только потому, что я понимаю, что не концепциями едиными творится Будущее. К слову, Козырев считал, что Будущее - это локомотив истории, а в прошлом находятся только инерционные причины её движения. Будущее так выстраивает цепь случайностей, чтобы реализоваться в истории (это касается и общественных форм, и личной судьбы). А такая цепь случайностей неподвластна ни одному человеческому разуму, самому гениальному, хоть индивидуальному, хоть коллективному. В этой цепи случайностей, через которую Будущее реализуется, видна сверхчеловеческая воля, Провиденциальная - в религиозном смысле этого слова. Человек же может либо отвечать Будущему, понимать смысл случающихся с ним событий, либо противиться ему и мешать. И зачастую главной помехой бывают те схемы, в которые мы слишком уверовали. В том числе они становятся помехой в общении и не только с людьми, но и с Богом, блокируя саму способность видеть в живом живое. Общественная жизнь прежде всего состоит из самых конкретных и живых отношений между людьми.

Поэтому давайте говорить о Богочеловеческом социализме предельно осторожно и отвлеченно, не в формате идеологии, а в пространстве культуры.

Да почему же сразу отвлечённо? Разве кроме формата идеологии нет других конкретных и живых форматов? И кто сказал, что пространство культуры - отвлечённое, это как раз самое что ни на есть наполненное живой конкретикой пространство. Да и любой диалог не отвлечённое дело, а весьма конкретное и живое, как и все отношения между людьми.

Но дело в том, что Богочеловеческий социализм это всего лишь красивая метафора, воспарившая над бренной реальностью на почти ангельские высоты.

Ну, красивая метафора уже немало... Только вот это словосочетание для меня исполнено глубочайшего смысла, и пришёл я к нему через немалые размышления, в частности о Богочеловеческом и человекобожеском путях синтеза.

Существо же поднятого вопроса – в самом понятии социализм.

Я думал, что главное существо вопроса в поиске такого подхода, при котором православие и коммунизм смогут взаимно дополнять друг друга, для чего им сначала нужно найти общий язык. Пока они говорят друг с другом как слепой с глухим. Что же касается теории социализма, то на эту тему написаны горы работ ещё в советское время. Вы же пишете свои статьи и книги на языке религиозной философии по преимуществу. Вот на этом языке мы с Вами и разговариваем. Этот язык, кстати, принадлежит языку культуры. Идеология говорит на другом языке - на языке лозунгов по преимуществу.

А это все-таки конкретный социально-экономический строй, общественная система, имеющая вполне определенные параметры – политические, экономические, социальные, культурные и идеологические. Всякое предметное рассуждение о социализме, даже в контексте Будущего, подразумевает определение целостной взаимосвязи этих параметров – т.е. определенную концепцию.

То, что Вы пишете, не является языком политэкономии, не является языком политической партии и её программы, не является и в чистом виде социальной публицистикой, а ещё меньше - это язык науки. Вы пишете исключительно на языке религиозной философии, на нём и создаёте свою концепцию.

Сама же религиозная философия не является единой системой, в ней существует большое множество направлений и концепций, в том числе и относящихся к историософским вопросам и вопросам общественного строя. И каждая из таких концепций имеет глубоко личный характер, не является объективной научной дисциплиной. Личность мыслителя из неё устранить совершенно невозможно, а следовательно - и субъективную её составляющую. Что в контексте прошлого, что настоящего, что Будущего.

Ни один строй в истории человечества не создавался на основе философских или научных концепций. Он вызревал естественно внутри предыдущего и приходил к нам неведомыми путями... Порою очень трагическими. И лишь потом осмыслялся задним числом. И советский строй не исключение. По концепции должно было быть одно, а вышло совсем другое. И закончилось - как третье, вопреки всем концепциям. А уж какой развитой была школа политэкономии социализма и теория научного коммунизма, сколько институтов её создавали, и совсем из не глупых людей состоявших! Однако Жизнь и История пошли своим путём, а концепции - своим - в архивы культуры.

Повторюсь, это не значит, что концепции не нужны, это значит, что они нужны совсем для другого, а не для построения реального Будущего. Для того хотя бы, чтобы люди учились размышлять над такими вопросами и общаться в их поле. Потому, кстати, и множество концепций необходимо, ибо общаться внутри одной не с кем: это как общаться с самим собой. Каждая концепция содержит в себе личность её автора, неустранимую оттуда совершенно. Да тем и ценна.

А вот создать объективную научную концепцию, по которой потечёт реальная история и будет создано реальное Будущее, не удавалось из людей никому. И никогда не удастся. По одной простой причине: История не только человеческий, но Богочеловеческий процесс, а прописывать Богу свои концепции - дело малопродуктивное. А для людей - можно, почему нет, это неплохой предмет и катализатор для творческой мысли и человеческого общения.

Но если доверять Истории как объективному процессу развития человеческой цивилизации, то симптомы возмужания человеческого Разума в его попытке реализовать собственное Богочеловеческое цивилизационное предназначение – очевидны.

Богочеловеческий процесс не объективный и не субъективный, но Богочеловеческий. Роль человеческого разума, хоть с Большой буквы, хоть с маленькой, в нём стоит на втором месте, в отличие от человекобожеского процесса. Доверять надо не объективной Истории, которую никто не знает и никогда не узнает, которой, может, и вовсе никогда не было и не будет, но Богу в Истории и Богу внутри личности. Это совсем не одно и то же. А Бог говорит с нами на языке и личной судьбы, и судеб исторических, и через культуру, и через религию, и через природу. И всё это увязать в одну стройную концепцию, по которой потом можно построить общий человеческий дом или национальную квартиру в нём (если такая задача кажется более осуществимой) - не по силам ни одному человеческому разуму. Он может давать только те или иные личные отражения Богочеловеческого процесса на доступном ему языке (и таких языков тоже множество), но ни моделировать сам этот процесс, ни направлять его в нужную сторону. Сами по себе личные отражения имеют огромную ценность, они входят в сокровищницу культуры, но Будущее творится не по таким лекалам.

Даже создать образ будущего в начале личной жизни и планомерно осуществить его шаг за шагом человек не в состоянии. А если будет упорствовать в таком деле, то изуродует и свою судьбу (проживёт чужую), и свою душу, да и жизнь окружающих. Только в самом преклонном возрасте, обозрев свою жизнь в целом, человек может увидеть, как творился в ней Образ Будущего - какой виртуозной игрой случайностей, о которых он и думать не думал. Всё самое главное в судьбе происходит в ней нежданно-негаданно. Если так дело обстоит с личной судьбой, то как же можно создать Образ Будущего для миллионов судеб усилиями одного человеческого разума? Наш разум не владеет и миллионной частью того инструментария, за счёт которого приводится в исполнение Замысел Будущего. Не ведает не потому, что ещё его не открыл, а потому что для него такой инструментарий так же трансцендентен, как для животного письменная речь. Животное доверяет человеку, а человек должен доверяться Высшему... Да и доверие к себе подобным тоже не лишнее.

Для России же в этом плане все выглядит более конкретно. Ее Образ Будущего без сомнения лежит все в той же эволюционной социалистической перспективе, и наша задача – зажегши светильники (разума), выйти ему навстречу.

С перспективой поспорить трудно. Социалистическая форма должна сменить капиталистическую, хотя бы по той причине, что гуманистической эре идёт на смену Новое Средневековье, а в нём пропорции коллективного и индивидуального в пользу именно социалистических форм. Это вполне логично.

А вот духовное содержание и конкретное наполнение этих форм может быть совершенно разным, вплоть до полной противоположности. И не менее для наполнения таких форм Богочеловеческим, а не богопротивным содержанием важными выглядят и другие задачи, кроме как со светильниками разума выйти навстречу Будущему.

Во-первых, разум в человеке не единственный светильник его, и не самый светлый к тому же. Светильники разума могут светить в разных направлениях, и каждому будет представляться своё общим для всех. Чтобы действительно увидеть общее, должен возгореться иного качества светильник, пред которым разум смиряется. И этот светильник возгорается только внутри человека, а не во внешних формах. Это и светильник любви, и светильник веры, и светильник красоты.
Во-вторых, светильникам разума нужно договориться друг с другом, а не бить этими светильниками друг друга по голове, доказывая так, что один высвечивает лишь правду вокруг себя, а другой лишь ложь. А для этого нужна определённая атмосфера и общий язык. Вот их и создаёт культура.
В-третьих, светильник человеческого разума находится в собственном центре и очерчивает вокруг него ограниченный круг, за пределами которого ему всё представляется непроглядной тьмой или не существующим вовсе. Светильник разума должен трезво осознавать свои границы и не диктовать свои взгляды на мир и человека той реальности, которая существует за пределами этих границ.
В-четвёртых, нельзя не учитывать самой склонности разума действовать по пути наименьшего сопротивления, ходить хожеными тропами и создавать свои схемы из шаблонов. Если, например, в искусстве шаблоны дурны, то в интеллектуальном создании разного рода привлекательных общественных концепций - наоборот, залог успеха. Для политических же идеологий - шаблонность их призывов и лозунгов вообще необходимое условие реализации.

Вот такого уровня вопросам и посвящена как данная тема, так и наш ресурс в целом. При всём уважении к автору концепции, Образ Будущего ею описан быть не может, потому что автор её человек, а не Бог. Могут быть верно угаданы только какие-то черты этого Будущего. А другими людьми - другие его черты. Целостный же Образ создаётся взаимоотношениями таких черт, а для этого как минимум им нужно научиться разговаривать друг с другом и слышать друг друга. То есть, светильник разума должен в итоге заинтересоваться не столько собою, сколько другими светильниками. Чтобы при их помощи и в собственных концепциях отличать свет от тьмы. Но это задача минимум. А максимум - открыть внутри себя самого совершенно иного качества светильники...

В следующем посте я постараюсь очень кратко, насколько только смогу, подвести предварительные итоги нашего обсуждения. Они у меня распадаются на четыре группы самых важных вопросов (говорю сейчас исключительно о конкретном предмете обсуждения - о концепции А. Молоткова, насколько о ней можно судить по трём опубликованным у нас текстам). Попробую сформулировать эти вопросы в максимально сжатом виде.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 16 Апрель 2021, 20:01:26, Ярослав»

Теория и практика. Третий лишний.
предварительные итоги настоящей темы

Фактологическая справка.  Данная тема была открыта А. Молотковым на нашем портале в разделе «Богочеловеческий социализм». Название раздела принадлежит нам. Раздел был создан для обсуждения вопросов о взаимосвязи различных аспектов Русской Идеи, выразивших себя в истории России и в русской культуре и имеющих потенциальное значение для её будущего: православие, прароссианство (национальный характер), всеединство, русская община, многонациональный стиль русской империи, советская модель и коммунистическая идея, и т.д.

Настоящая тема была названа её автором «Образ Будущего как актуальная духовная задача», и в качестве её заглавного предмета для обсуждения Образа Будущего предложен текст «Концепция христианского социализма как идеологическое ядро Нового социализма XXI века». В ходе обсуждения и данного текста, и двух других текстов А. Молоткова, опубликованных на нашем портале, а также при более внимательном знакомстве с его сайтом «Новый социализм – XXI век» и неудачной попытки параллельного обсуждения этой концепции там, появился определённый опыт, требующий осмысления.

Попробую изложить возникшие в результате этого опыта итоговые вопросы, имеющие отношение как к теоретической части концепции, предлагаемой её автором за идеологическую основу для формирования Образа Будущего; так и к практической её реализации – то есть выходу её за пределы теории, разрабатываемой в кругу своих единомышленников.

Вторая часть напрямую касается и опыта обсуждения Концепции за пределами сайта «Новый социализм – XXI век», в частности – на нашей площадке. Будет интересным сравнить два разных стиля и метода общения и в том смысле, что каждый сайт являет собою определённую систему отношений (к человеку, к культуре, к истории и т.п.), которая на практике осуществляется авторами сайта как желанная модель социума, хотят они того или нет.

Любой портал, имеющий духовное содержание, является моделью Образа Будущего, неким первичным его фракталом, творимым создателями сайта и их живыми человеческими отношениями. Это неотъемлемое качество самой интерактивной сетевой среды. А также главное свойство того феномена, что я называю «новым интерактивным искусством» (или «Солярисом»). Сайт, в создании которого участвует коллектив людей, вкладывающих туда свою душу и время, становится фракталом Образа Будущего и работает во времени по закону подобное к подобному. По таким фракталам можно делать определённые выводы о том идеале, который будет осуществлён уже не в виртуальной, а в реальной действительности – именно по своему образу и подобию. На практике, а не в теории. Но и теоретическая часть имеет немалое значение, хотя и не решающее. С неё и начну.

* Буду в дальнейшем именовать «Концепцией» не только один заглавный текст темы, но в целом ту «идеологическую концепцию», чьи основные идеи и контуры я смог понять из нескольких программных текстов А. Молоткова, из содержания его сайта и нашей с ним личной переписки.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 19 Апрель 2021, 22:13:05, Ярослав»

                                         «... – Я верую в Россию, я верую в её православие…
                                             Я верую в тело Христово…
                                             Я верую, что новое пришествие совершится в России…
                                             Я верую… –  залепетал в исступлении Шатов.
                                             – А в бога? В бога?
                                             – Я… я буду веровать в бога.
                                             Ни один мускул не двинулся в лице Ставрогина.
                                             Шатов пламенно, с вызовом смотрел на него...»

Ф.М. Достоевский. «Бесы»


I.
«Новый социализм – XXI век» . Теоретическая концепция.

1.
Роль русской культуры. Идеология по её образу и подобию.

Красной нитью Концепции идёт описание двух духовно-идейных систем: «Православия» и «Коммунизма» (религии и науки, христианства и материализма и т.д.) – как антагонистических формально, но имеющих единый исток. Идеалом видится их синтез в одной идеологии. Собственно, созданием такого мировоззренческого синтеза («духовно-материалистического», «религиозно-научного», «социально-христианского» и т.п.) и должна стать философская теория «Нового социализма – XXI века». Для простоты картины буду говорить в основном о России 19-20-го веков. Впрочем, и автор Концепции по преимуществу говорит именно о России.

Из поля зрения Концепции практически исключён третий феномен – Культура. 19-й и 20-й века (или шире – начиная с Реформации и затем эпохи Просвещения) рассматриваются исключительно как взаимное противостояние двух идеологических (мировоззренческих) систем: христианства (в России – Православия) и научного позитивизма, материализма (в России 20 в. – Коммунизма). В 19-м веке видится та же самая тенденция, а на стороне Коммунизма выступает культура народников, позитивистов, рационалистов и т.п. Точно такую схему нам рисовали и в советской школе (средней или высшей – не важно: схема одна).

Но 19-й и 20-й века были временем становления великой русской Культуры и русской классической литературы. Отнести этот феномен целиком ни к Православию, ни к Коммунизму невозможно. Культура народников и социалистов 19-го века, вошедшая в идеологическую концепцию Коммунизма, была лишь очень небольшой составляющей русской культуры, не досягающей ни до её духовных вершин, ни до её мирового значения. Не смогла найти общего языка с Культурой (условно: Пушкина, Достоевского, Толстого) ни идеологическая концепция Российской империи (условно: «православие-самодержавие-народность»), ни Православная церковь (с 19-го века и по сей день). Не вошла русская культура как Целое и в идеологию Коммунизма советского периода. Но изнутри его облагородила и одухотворила.

Итак, мы налицо имеем «третьего игрока» в духовном мире России. Но если говорить о реальности, а не только об идеологических концепциях, то воздействие русской культуры на нравственный и духовный мир советского человека шло по возрастающей, достигнув пика во второй половине 20-го века. Всё самое притягательное в лике советского человека имеет исток в русской культуре и в русской литературе, а самое дурное – в идеологическом фанатизме, мутировавшем в идеологическое лицемерие.

Не учитывать истинную роль Культуры в реальной общественной жизни и строить идеологическую концепцию общества только на двух духовно-идейных опорах: Православии и Коммунизме, а мировоззренческую систему только на религии и науке, уповая на их синтез, значит, изначально закладывать в идеологию Будущего то же духовное противоречие, что привело к внутреннему вырождению и крушению как идеологию православной монархии, так и советского государства.

Православие и Коммунизм не имеют общего языка, они могут общаться только в поле Культуры. Только при посредстве её перевода. Но само отношение к Культуре как к функции делает её язык не доступным ни для Православия, ни для Коммунизма, а друг с другом они будут продолжать диалог слепого с глухим. А язык науки (наукообразности) в таком диалоге только ещё больше увеличит отчуждение обеих систем.
 
Таким образом, мы должны признать свершившимся в 19-20-м веках – как духовное Событие – само зарождение великой русской Культуры, выступающей самостоятельным и ключевым игроком в исторической и метаисторической реальности России, наряду с Православием и Коммунизмом. Само такое признание Третьего – изменит очень многие оценки и приоритеты и в обсуждаемой здесь Концепции. Пока же он в ней «третий лишний».

Но такое признание Культуры как самостоятельной метаисторической силы разрушает идейную (бинарную) простоту (не важно: коммунистическую, монархическую, православную, националистическую, либеральную) и не даёт создать стройной идеологической Концепции. И это главная проблема для любой идеологии и для любого государства сейчас – и будущее их целиком и полностью зависит от разрешения этой проблемы. А она не решается старыми идеологическими методами и не укладывается ни в какие известные шаблоны. Здесь необходим принципиально иной подход.

Грубо говоря: вместо одной идеологической системы должно появиться несколько, гармонизация отношений между которыми и их Общение и станут новой идеологией. А она сама ни в какую единую систему, по образцу старых государственных идеологий, сведена и описана быть не может. Такая попытка противоречит самой её сущности, как и сущности Культуры, по образу и подобию которой должна будет создаваться новая идеология. Отсутствие системно-идеологического единоообразия не отменяет факта появления и существования новой государственной идеологии. Это задача очень сложная, но Будущее играет за неё.

Оттого сможет или нет Концепция, о которой идёт речь, осознать такого рода задачу и вместить в себя третью составляющую, кроме Православия и Коммунизма, – русскую Культуру (в целом, а не какую-то её часть), зависит жизнеспособность, то есть – будущее этой Концепции.  Сама же третья составляющая – по своему образу и подобию – сможет перевести Концепцию из закрытой системы в открытую и снабдить её языком, на котором она будет способна к общению с иными, хотя и близкими духовно идеологическими концепциями.

Осознанию роли Культуры и посвящена первая группа моих вопросов, задаваемых автору Концепции в ходе нашего обсуждения. И эти вопросы касаются не только стиля, но и смысла идейного фундамента Концепции. Пока она покоится на двух опорах, а в реальной жизни существует третья, не учитывать которую и её специфические свойства, значит, войти в неразрешимое противоречие с самим ходом времени и с самой жизнью.

2.
Православие – национализм – коммунизм.

Такая формула дана прямым текстом в Концепции сайта «Новый социализм – XXI век». По всей видимости, была осознана необходимость третьего связующего звена между Православием и Коммунизмом, при помощи которого можно будет наладить коммуникацию между двумя идеологическими системами. (Рассматриваю Православие как идеологию, потому что речь в Концепции идёт о синтезе именно идеологий – мировоззренческих систем.)

Нужно было найти что-то безусловно общее и понятное обеим системам. И таким связующим звеном стал «национализм». Как противостояние либеральному глобализму – общему врагу обеих идеологий. Для этого общего идеологического языка и появились в текстах в избытке такие стилистические конструкции, как «национал-патриотизм», «национальная история» и т.п.

В предыдущих постах (да и в других темах этого раздела) сказано немало, почему упор на национальном снижает и христианскую, и русскую, и коммунистическую идеи. Общее в данной связке достигается не духовным обогащением двух других идейных опор, но их снижением и упрощением. Не исключено, что такая связка была продиктована и соображениями популяризации Концепции в расчёте на широкие слои, которым сам пафос «национального» греет душу.

Не буду повторяться в аргументации о пользе или вреде такой связки, скажу лишь вновь одно: акцент на национальном в идеологии входит в противоречие с самим историческим опытом Российской и советской империи. А без опоры на такой опыт никакая идеологическая Концепция не сможет эту империю не только вести к процветанию, но и удержать от дальнейшего распада. Упор на русском национализме лишь вызовет ответную центробежную силу и породит другие национализмы. Это из разряда очевидных вещей. Думаю, что такого рода опасность осознаётся и автором Концепции, но предполагается, что русский национализм сыграет свою положительную роль в противостоянии с глобальным либерализмом и тем поможет найти общий язык между православной и коммунистической идеями, а до разрушительных последствий национализма дело не дойдёт, и он будет смягчён обеими системами.

Да, необходима связка – третье звено в формуле. На мой взгляд, больше бы отвечала Богочеловеческому пути для России формула следующая: «Православие – русская культура – коммунизм». Но так как она плохо укладывается в простые лозунги, а без них идеология проигрывает в конкуренции с другими концепциями, такими лозунгами не гнушающимися, то предпочтение отдаётся и более сниженным формулам.

На мой взгляд, подобные мотивы остаются на уровне тактических и узко-политических соображений, но стратегически и духовно с провозглашаемым Идеалом не согласуются. Средства, как и сто лет назад, могут повести в прямо противоположную сторону от Цели. Тогда «веховцы» услышаны не были… Услышат ли сейчас голос русской Культуры идеологи политических концепций? От этого вопроса напрямую зависит истинное духовное содержание нашего будущего. Надеждой, как тогда, так и сейчас, остаётся осознание того, что в Богочеловеческой истории действует не только человек, но и Бог. А Жизнь и Культура вновь смогут, пусть и трагически, изнутри одухотворить любую Концепцию… Либо разрушить её, если та не преодолеет в себе энтропийную волю к простоте закрытых систем.

Вот вторая группа моих вопросов и касается формулы  «Православие – национализм – коммунизм» и её преображения в «Православие – русская культура – коммунизм». Замена «национализма» на «русскую культуру» имеет глубокий духовный смысл, с очень серьёзными смещениями акцентов и приоритетов для Концепции в целом. Русская – означает внутреннее качество нашей Культуры, а не её национальную принадлежность.

3.
Целостность истории. Отношение к либеральному периоду.

Автор говорит в статье «Православие и Коммунизм»: «Лишь воссоединив разорванную идеологическую ткань прошлого, мы сможем ясно сформулировать национальную идею Будущего.» 

Не думаю, что погрешу против истины, если назову этот тезис центральным для всей Концепции. Целостность истории предлагается искать в соединении двух её частей, а третья – нынешняя стадия – объявляется полностью ложной и не нужной. Для неё не находится ни одного доброго слова.

Так действует испокон веков революционная воля как таковая, с любой идеологией и под любыми лозунгами: общее у такой воли одно – абсолютное неприятие текущей формы как зла, которое необходимо разрушить, чтобы появилась возможность для создания новой (доброй) государственной формы. Так не воссоединяются разорванные ткани, так разрывается ткань времени вообще. Если принимать историю целостно, то нужно принимать все её периоды, без исключения. Современная (условно: либерально-буржуазная) Россия не является абсолютным злом, каким был, например, национал-социализм Третьего рейха. Это всё та же Россия, что и советская, что и царская. Это один живой соборный организм.

Если мы говорим о воссоединении разорванной ткани прошлого (о преодолении извечного русского раскола), то мы должны принимать всю нашу историю как Целое, а не удалять из неё какую-то часть только потому, что она не вписывается в нашу идеологическую Концепцию и кажется лишней. Когда какая-то часть нашей Истории не укладывается в нашу Концепцию, значит, причину нужно искать в самой Концепции. Если мы хотим воспринимать историю как Богочеловеческий процесс (а это и есть реальность), а не как идеологический конструктор (а это и есть утопия), где можно какие-то части выбрасывать без ущерба для Целого. Да и невозможно уже выбросить опыт трёх десятилетий и закрасить его одной чёрной краской. Это наш опыт, наш путь.

При всех своих недостатках и даже преступлениях, либеральная Россия смогла воссоединить нашу культуру, вернув в неё чуть ли не половину её духовного богатства, выброшенного за ненадобностью в советское время. Только одно это деяние может перевесить на весах Истории все грехи данной модели. Да и автор Концепции пишет на языке русской религиозной философии, совершенно закрытой от нас в период коммунистический и без либерального этапа к нам бы не пришедшей. Не думаю, что без влияния русской религиозной философии могла бы прийти автору сама идея его Концепции. А язык религиозной философии – это не язык Православия и не язык коммунистической идеологии (в материалистическо-наукообразной её форме, а других покамест и не было). И пришёл к нам этот новый для нас язык в либеральный период. Это исторический факт. И такого рода фактов немало. И их нужно осмыслять.

И здесь, как и в предыдущих двух пунктах, вновь идёт речь о третьей составляющей, без которой заявленная историческая целостность Концепции в реальности не осуществима. И следовательно, ради декларируемой в Концепции целостности идеологической ткани прошлого, без которой мы не сможем ясно сформулировать национальную идею Будущего, надлежит внести в Концепцию реальную историческую целостность, которая без либерального этапа нашей истории невозможна фактически. Либо мы входим в неразрешимое противоречие с самою реальностью, что никогда добром ни для государственной идеологии, ни для самого государства и его народа не заканчивается.

Без учёта сформированного в течение трёх десятилетий человеческого типа, который уже не согласится на диктат любой безальтернативной идеологической системы, построение общественного здания на фундаменте одной Концепции приведёт к бесконечным войнам среди самих его строителей за то, чья Концепция ляжет в основание Будущего. Само наше общество в его нынешнем состоянии неизбежно породит множественность Концепций, а следовательно, и возрастающую их вражду, если будет заявлена воля государства на выбор единственной верной. И никакое здание не будет достроено в такой атмосфере, а будут сколочены в итоге только лагерные бараки на руинах. Это реальность, игнорирование которой именно та ошибка, что в политике хуже преступления.

Необходим переходный и, видимо, длительный этап гармонизации в общественном сознании отношений между разными идеологическими системами. И в таком периоде роль Культуры, с её многообразием и внутренней гармонией, становится главной. Целостность истории обретается через целостность Культуры и её атмосферы в первую очередь. Через культуру диалога – в том числе.

4.
Идеологическая концепция как духовно-материальный синтез.

Это самая сложная группа вопросов. Автором Концепции предлагается некий «квантовый» подход для осуществления такого синтеза. Т.к. наш портал посвящён как раз синтезу разных методов познания и разных систем изначально, то мы постоянно выходим на такого рода вопросы в самых разных темах. Я уже отсылал здесь читателя к своему эссе «Богочеловеческий и человекобожеский путь синтеза». Это итог моих размышлений о двух полярных волях, стоящих за самой идеей синтеза, и двух духовно противоположных его путях, приводящих закономерно и к духовно противоположным результатам синтеза. Не буду повторяться.

Не в теории, а на практике мы видим, что сама постановка вопроса о синтезе: философском ли (идеализма и материализма), религиозно-научном или духовно-материальном, о синтезе самих религий и т.д., и т.п. – в общем, о синтезе любых систем, в которых есть не только естественно-научная, но и духовная составляющая, – ведёт неизбежно к усилению субъективно-личностного начала в системе, к неминуемому вхождению мира внутреннего в картину мира объективного. Поэтому на выходе получаются разные паритетные направления, концепции и методологии синтеза. И свести их в одну систему не представляется возможным без устранения из них внутреннего мира личности.

Символически духовно-материальным синтезом и является Культура, во всём своём многообразии и принципиальной несводимости в единую систему. Хотя как единое Целое культуру, в частности культуру русскую, мы воспринимать можем; но описать её как единую систему или концепцию, а тем более предугадать и направлять её будущее развитие, человек не в состоянии. Если он хочет оставаться в реальности.

Или другой, уже частный пример: русская религиозная философия тоже представляет собою целостный феномен мирового значения (а на языке этой философии и создана настоящая Концепция), но в единую мировоззренческую систему русская религиозная философия сведена быть не может. Она состоит из разных философских ликов, которые не могут стать частями одной системы, как и лики культуры. На примере Теории Времени Козырева я также показывал ту же самую тенденцию и в реалиях религиозно-научного синтеза. Там мы тоже имеем на выходе несколько паритетных направлений и неповторимого личного опыта, к единой методологии, по аналогии с естественными науками, не сводимых в принципе.

Вывод: единую идеологическую концепцию, как духовно-материалистический синтез, можно создать только путём умаления в ней духовной составляющей (до ничего не значащей по сути прибавки либо до полного отказа от духовного измерения). Что и было сделано в научной картине мира. И в частности – в марксизме. Это и есть человекобожеский путь синтеза – на практике.

Богочеловеческий синтез осуществляется по образу и подобию Культуры – как гармонизация разных систем и их общение в едином поле и на общем языке Культуры. Если эту духовную развилку осознать вполне, то исчезнет сама воля одной идеологической Концепции к осуществлению её силами духовно-материального синтеза. Такая Концепция должна будет признать неизбежное существование наряду с собою иных паритетных концепций и методов синтеза, не менее истинных, чем её путь и метод; и не менее необходимых Целому, чем и она сама. И следовательно, реальный духовно-материальный синтез будет осуществляться не в единой мировоззренческой системе-концепции, а в Диалоге систем и концепций, в гармонизации их отношений, которые и составят Целое, состоящее из многообразия своих граней и проекций.

Как правило, такой подход сторонники синтеза – как единой идеологической или философской, или религиозно-научной системы – называют «шизофренией». Но тем самым они невольно называют «шизофренией» саму реальность Богочеловеческого пути, с его великим многообразием ликов, миров, систем и проекций. И неизбежно становятся на путь человекобожеский. Это и есть та духовная развилка, с которой разногласия по форме переходят в противоположную направленность воль. Это и самая серьёзная, и самая сложная группа вопросов – и она непосредственно смыкается с практической реализацией Концепции, с её центральной волевой установкой.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 20 Апрель 2021, 15:29:01, Ярослав»

II.   
Практическая реализация. Формы общения.
Диалог на равных или ведущие и ведомые.

Возьмём за конкретный пример практической реализации Концепции сам сайт «Новый социализм – XXI век». На этом примере можно спрогнозировать, как и за счёт чего будет осуществляться в реальном времени и в реальной жизни Образ Будущего, описываемый Концепцией как взыскуемый идеал. Рассмотрим в таком свете уже не саму Концепцию, а концепцию сайта (сайт и есть определённая, пусть и виртуальная модель общества: сайт создаётся человеком именно на тех приоритетах и системах отношений, какие он бы хотел видеть и в реальном мире; и по-другому не бывает).

Цитирую самые ключевые тезисы:

«По существу ключевой проблемой остается интеграция ведущих идеологических субъектов патриотизма – коммунистов, православных и националистов – в рамках единого исторического проекта. Формат «нового социализма» открывает такую возможность!»

А что делать людям, которые, с одной стороны, не являются противниками «нового социализма» (что делать с противниками – отдельный вопрос), а с другой – не могут быть причислены ни к одному из перечисленных лагерей? Чтобы далеко не ходить, возьмём хотя бы участников данной темы. Или совсем недалёкого – меня. Ни коммунистом, ни националистом я не являюсь. С «православным» чуть посложнее, но, судя по дискуссиям у нас с людьми, таковыми себя считающими, они также не признают меня за своего. И дело даже не в том, к какому из перечисленных идейных лагерей я сам себя считаю принадлежащим или не принадлежащим, а в том, к какому меня причислят те, кто будет мою принадлежность оценивать со стороны ведущих идеологов данного исторического проекта.

Как показывает реальный опыт, причисляют такого типа людей исключительно к лагерям идейно противоположным, по принципу зеркальности (крайность оценки зависит только от идейной принадлежности самого оценщика, а не оцениваемого). И что делать бедному поэту, если для него сама принадлежность к какому-то идеологическому лагерю является несовместимой с творческой свободой? И второй вопрос, не менее грустный: что будут делать с таким типом людей вообще в «новом социалистическом проекте»?

«Именно новый социалистический проект, в самом процессе его становления, способен стать местом согласования общих интересов – духовных, национальных и социальных.»

На практике же получается, что общие интересы согласуются только внутри одной идеологической Концепции, а всё, не укладывающееся туда, автоматически переносится в стан бездуховных, антинациональных и асоциальных. В этом формальном идеологическом автоматизме (кто не с нами, тот против нас) проявляется воля системы, мыслящей синтез как самоё себя, а не как диалог систем. Это и есть воля человекобожеского пути синтеза. Идеологическая, религиозная и философская подноготная такой системы не так важна, как сама её воля: «всё не-я должно стать мною». Синтез как Диалог систем для такой воли неприемлем и кажется «шизофреническим». Диалог подразумевается ею не как цель, но как промежуточный этап согласования нескольких систем, идейно близких, для слияния их затем в одну систему (в её саму).

«Теоретически и практически данный синтез осуществим лишь в режиме дискуссии (пересечения и взаимопроникновения позиций и мнений) и нужна площадка, где встреча различных точек зрения на новый социализм могла бы происходить в самом активном и деловом режиме!»

Мы и предложили такую площадку и начали вести дискуссию в самом что ни на есть активном и деловом режиме – с пересечением и взаимопроникновением позиций и мнений. Однако такая дискуссия была признана неконструктивной. На самом сайте «Новый социализм – XXI век», потому что я, предложивший такую дискуссию там, был по первым формальным признакам автоматически зачислен в лагерь либералов и назван рупором буржуазной культуры и жертвой её пропаганды. А на нашей площадке дискуссия была названа неконструктивной, потому что был предложен иной подход к осмыслению Концепции – как её взаимодействие с другими системами, в частности религиозно-философскими и культурологическими, которые не укладываются в одну идеологическую концепцию и не могут быть описаны только её языком.

К такому взаимодействию Концепция оказалась не готова как система закрытая. Неконструктивность диалога ею оценивалась в данном случае не по формальным признакам, как на своём сайте, а по воле к открытости к иным системам. Воля к открытости любой закрытой системе представляется угрозой. Как и сама постановка вопроса о том, что иные системы могут быть также истинными и составлять с ней единое целое в одном общественном организме, но без слияния с ней в одну систему. Такая постановка вопроса, как и воля к открытости и равноправию систем, является для данной Концепции неконструктивной. Потому что не ведёт к тому её положению в обществе, что представляется ею единственно конструктивным. Отсюда возникает вопрос: в каком тогда диалоге она заинтересована – в диалоге на равных или как ведущего с ведомыми, которые могут задавать лишь уточняющие вопросы? 

«Когда что-то свяжется, новый политический процесс начнется – появится политическая сила, которая возьмется за реализацию нового проекта. Ведь в этом все дело: в выборе четкого стратегического направления, в котором можно было бы двигаться.»

Таким образом, непротиворечивая увязка в одну Концепцию разных патриотических идеологем нужна не для того, чтобы такая Концепция стала одним из философских или культурных феноменов, имеющих свой личностный лик и взаимодействующих друг с другом в поле Культуры, но безликим идеологическим орудием одной политической силы, по всей видимости – политической партии. И уже эта партия будет реализовывать политическими методами «новый проект».

В таком случае, будет с неизбежностью воспроизведён опыт советского строя, когда вместо естественно и снизу возникших форм народовластия (как община или советы), будет осуществляться власть одной политической партии. А её партийная идеология вновь попытается руководить Культурой и направлять её в нужном для себя направлении, в идеале – использовать как свою обслугу. Соответствующим будет и результат. И ничего не изменится оттого, что материализм Маркса дополнится православием.

Сам метод и сама расстановка приоритетов (диктат части и низшего – высшему и целому) останутся неизменными, а религиозная добавка поможет только внешний идеологический диктат превратить в духовную тиранию. А если будут найдены объективно-безликие алгоритмы, позволяющие отделять зёрна от плевел, то такая тирания станет абсолютно безысходной, не допускающей случайных ошибок и сбоев. Но иной метод и иные приоритеты (диалог с другими системами внутри культурного целого) неприемлемы для волевой установки Концепции, желающей стать общеобязательной идеологией для политической силы, строящей общество и его культуру по своему образу и подобию.

«В этом отношении сайт «Новый социализм – XXI век» может рассматриваться в качестве свободной площадки для дальнейшего обновления и развития коммунистической теории.»

Для коммунистической теории, может, и может… Насколько свободной площадкой – другой вопрос. Пусть будет свободной, хотя мой небольшой опыт пребывания там говорит обратное. Есть поважнее вопрос: а что делать с теми бесчисленными сообществами, которые не позиционируют себя ни с коммунизмом, ни с национализмом, ни с православием (как институтом)?

В виртуальной реальности такой вопрос не стоит (мест всем хватит, а никакого общения между ними может и не происходить), а вот – в реальности эмпирической? Общение неизбежно. И если его необходимым условием ставится принятие всеми коммунистической теории, то при помощи каких методов предполагается это условие претворять в реальную жизнь? Кроме гражданской войны и последующего идеологического террора, ничего измыслить тут не удаётся. Практически, а не теоретически. А значит, и конечный результат будет тем же – Культура вновь сбросит с себя идеологический корсет.

Стоит ли для такого прогнозируемого и неизбежного результата опять проливать реки крови? Не лучше ли сразу создавать идеологию по образу и подобию Культуры, с её многообразием форм и путей, а не пытаться Культуру и Жизнь (общество) вновь и вновь загонять в идеологические рамки? Вот саму возможность иного подхода в творчестве идеологии Нового времени и предлагалось здесь обсудить. Но такая постановка вопроса была, увы, признана автором Концепции деструктивной.

«Основными критериями отбора материалов являются: конструктивность и позитивность содержания, и направленность на освоение идеологических пустот в общем патриотическом поле (национализм – православие – коммунизм) в контексте новой модели социализма.»

Я уже не спрашиваю: кто будет решать и оценивать конструктивность и позитивность содержания – в реальном государстве, созданном по образу и подобию сайта «Новый социализм – XXI век». Понятно – идеологический отдел новой политической силы, этот проект реализующей. Но что делать тем, кто будет не признан таковыми и не впишется в «общее поле (национализм – православие – коммунизм)»? Всё те же грабли получаются, на которые наступали с теми же благими намерениями все – от инквизиции до коммунизма и либерализма. Ничего нового в самом подходе нет, а значит, и нового результата не будет.

По-моему, это Эйнштейн сказал, что шизофренией является ожидание всякий раз другого результата, когда используется один и тот же метод. Т.ч. шизофрения вовсе не в многообразии путей, концепций и методов, а в шаблонном использовании методов старых в надежде получить другой результат. А метод в данном случае совершенно шаблонный: идеология – политическая партия – новое общество. Результат абсолютно предсказуем и вытекает из самого метода с неотвратимостью Божьего наказания.

Шизофренией является раздвоение личности, а не многообразие её ликов. В таком смысле, и создание Концепции только на двух опорах – Православие и Коммунизм, не имеющих общего языка, скорее можно отнести к шизофреническим конструктам, чем выход на уровень паритетности многих концепций. Чтобы избежать бинарного раздвоения и необходима третья опора, в нашем контексте такой и является Культура. Она и делает бинарное раздвоение невозможным в своём поле и своём языке. Тринитарная логика вообще больше подходит для систем, имеющих религиозную и духовную вертикаль, чем логика бинарная.

«В перспективе информационно-аналитическая площадка «Новый социализм» может превратиться в идеологическое место сбора новой политической силы, способной взять штурвал новой русской истории в свои руки.»

Стать-то он может… Вопрос – в содержании такой перспективы. В реальности – штурвал истории в руках Божьих, но не человеческих. А сам штурвал – это Время. Политическая сила (а их в реальности всегда много, не одна) с её идеологией – лишь один из членов команды нашего Богочеловеческого корабля. Причём не самый главный, хотя и значимый член. Штурманом этого корабля можно символически назвать Культуру, но карта у неё на Небесах.

А вот когда одна политическая сила, отталкивая другие (или сбрасывая их с корабля современности), сама берётся за штурвал и чертит карту пути согласно своей идеологии, тогда корабль с Богочеловеческого курса меняет курс на человекобожеский. И это неизбежно, как и неизбежны последствия такой смены вожатого и курса. И затем Случай, как не предусмотренный никакой идеологией шторм, разносит этот корабль в щепы – и появляется вновь надежда вернуться на Богочеловеческий путь. А он немыслим без многообразия концепций и команд. И трагедия его в том, что каждая из концепций и команд несёт в самой себе волю к эгоцентризму (не побоюсь этого слова, но воля к эгоцентризму и есть дьявольское семя в нас). С этой волей и надлежит бороться в первую очередь, а не с иными концепциями и их волей. Это уже их дело, внутреннее.

«Принципиальные условия публикации – соответствие данной Концепции, позитивность, предметность и конструктивность содержания.»

В виртуальной реальности – ничего страшного. Есть другие места для публикации у тех, кто не прошёл тест на соответствие данной Концепции. А вот что будет в действительности? Куда таким отщепенцам податься, если данная Концепция станет идеологией той политической силы, что возьмётся за её реализацию? Вопрос отнюдь не праздный и совсем не теоретический.

«Всех, кого вдохновляет изложенная стратегия, приглашаем к активному сотрудничеству.»

На деле-то такое приглашение является приглашением стать ведомыми. Иные формы сотрудничества, как показывает практика, весьма затруднительны для данной Концепции. И причина этого в содержащихся в ней противоречиях между формой и содержанием, между средствами и целью, в том числе – и во множестве её стилистических ошибок.

В свою очередь, я тоже приглашаю автора Концепции и его сторонников к сотрудничеству. Но на равных – как Диалогу разных подходов. У нашего портала есть одно, но очень важное преимущество, в сравнении с моноидейными сайтами: мы никого никуда не ведём. А следовательно, и в роли ведомого у нас оказаться нельзя. Мы предлагаем содержательный диалог как одну из форм культурного творчества. А дальше – как сложится…

В такой позиции для политически ориентированных натур масса минусов (эпитетов для них тоже масса), но есть один и существенный плюс: это действительно площадка, где реально возможен и свободный, и содержательный дискурс, в непременное условие которого не входит ни политическая принадлежность участника, ни его присяга на верность какой-то Концепции.

Если хочется свою Концепцию совершенствовать, то и с такой точки зрения – наша площадка неплохой для неё тренинг. Если не воспринимать любой неудобный вопрос и подход как «компромат» и желание развенчать Концепцию во имя другой Концепции-конкурента. Те же вопросы, что здесь задаются, могут быть заданы идеологам Концепции в попытке их выхода из узкого круга сторонников. На такие вопросы нужно уметь отвечать аргументированно и убедительно, а не закрываться от них в надежде, что появится политическая сила, которая сможет эти вопросы вообще удалить со сцены истории.
 
Удалить-то на время она их сможет, но очень страшной ценой. И только на время. Поэтому лучше такие вопросы обсуждать в культурном поле, а не в политическом. Пока такая возможность у нас есть. Не станет возможности – будем искать и другие формы выражения. Одной из них и является наш Замок, появившийся тогда, когда другие формы публикаций (встречи внутренних миров) стали закрываться в обществе либерального тоталитаризма. И духовной альтернативой ему другая форма тоталитаризма и фундаментализма не является – это лишь смена одежд, а не внутренней сути.

Принцип формы и есть то, что убивает любую светлую Идею изнутри, а соблазняет он её простотой безликости и автоматизмом алгоритмов её воплощения. Этот путь уже прошла и коммунистическая Идея, и либеральная. И многие религиозные институты. Во всех была своя Правда, и везде её духовно выхолащивал один и тот же соблазн закрытой системы – безликая объективация алгоритмов. Нужен принципиально иной подход, чтобы получить другой результат, в том числе – в создании и реализации идеологических концепций.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 20 Апрель 2021, 15:31:33, Ярослав»

Удивительной по красоте и глубине притчей с нами поделился Роман! Хочется скопировать её чуть ли не в десятки тем у нас, начиная с "родонизма", "духовной науки", "творчества и спасения" и кончая данной темой:

Человек нашёл кусок Истины. Узнав об этом, дьявол очень огорчился. Но потом дьявол рассмеялся и сказал: "Он сделает из неё систему, и тогда он мой".

Настоящая поэзия! Сила слова и концентрация смысла в этих трёх коротких фразах поистине библейской плотности.

А вот и наглядная иллюстрация подоспела (я, как всегда, не удержался и вновь ввязался в дискуссию на сайте «Новый социализм – XXI век», впрочем небольшую, но такую показательную!). К сожалению, технически там не предусмотрена адресная ссылка, новые ответы - в самом конце, начиная с этого замечательного спича Сергея Бахматова (от 25 апр. 2021):

"Ярослав, если вы приверженец идеи, которая заключается в том, что в обществе не должно быть единой идеологии, выработанной на основе общечеловеческих духовных ценностей, а само общество должно развиваться эволюционно (читай  - стихийно), а как выяснилось, это именно так в вашем случае, то вам лучше оставить все потуги осчастливить человечество. Ходите лучше на охоту или рыбалку и думайте в одиночестве о чём-то своём (сокровенном)."

"Потуги осчастливить человечество" - меня впечатлили художественно, до восторга, и я не сдержался... Вот ссылка на всю страницу (продолжение см. внизу).

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран

Скопирую-таки сюда (от жадности: всё же у нас хоть кто-то читает форум, судя по статистике посещений) весь последний диалог (он показательный во всех отношениях!) с сайта «Новый социализм – XXI век» (форматирование как на источнике):


Сергей Бахматов.  25 апр 2021

Ярослав, если вы приверженец идеи, которая заключается в том, что в обществе не должно быть единой идеологии, выработанной на основе общечеловеческих духовных ценностей, а само общество должно развиваться эволюционно (читай  - стихийно), а как выяснилось, это именно так в вашем случае, то вам лучше оставить все потуги осчастливить человечество. Ходите лучше на охоту или рыбалку и думайте в одиночестве о чём-то своём (сокровенном).


Ярослав Таран. 26 апр 2021

Нельзя оставить потуги, которых нет. У меня "потуг осчастливить человечество" нет, Бог миловал... Да и всё остальное, что вам "как выяснилось", не имеет никакого отношения к моим мыслям. До полной перпендикулярности. А вступить в спор с вашим ЗЕРКАЛОМ я не имею ни малейшей возможности - нет зазора между этим зеркалом и вами, нет ни малейшей щёлочки для проникновения туда свободы мысли со стороны. Вам всё на свете давно ясно - об этом просто кричит сам СТИЛЬ ваших высказываний. Ну, и какой смысл в таком "диалоге" - ни диалога, ни смысла.
 
Единственный смысл, какой я в нём сумел найти, так это повод лишний раз задуматься, что случится в реальности с русской культурой, если люди такого типа придут к власти. Пока не появилась политическая сила, которая может привести такого рода людей к власти, вроде как и рано бить в колокола. Но лучше заранее предвидеть последствия... Другого смысла я в данной дискуссии не увидел. Даже теоретически не за что зацепиться - абсолютный кирпич.


Сергей Бахматов. 26 апр 2021

Я же сразу вам сказал, что у вас типичное либеральное буржуазное мышление. У Христа ведь как было сказано: левая рука не знает, что делает правая. А у вас, у буржуазных либералов, левая половина мозга не ведает, о чём думает правая. А это, Ярослав, две большие разницы, как говорят в Одессе. Привожу цитату из вашего комментария:  «Не с кем станет общаться на свете, когда в нём победит одна концепция, одна правда, одна система, одна идея. Это и будет смерть вторая, смерть духовная. Воля насадить единственную идеологическую концепцию для всех и есть воля к небытию». Всю правду об общественной жизни и единую концепцию построения общества дал человечеству Христос. В ней строго отрицательное отношение к богатству и накоплению его, любовь к ближнему и любовь к Богу. Человечеству остаётся только следовать ей, создав соответствующее этому общественное устройство и приняв христианские духовные ценности как основу духовного совершенствования общества. Буржуазные либералы будут выступать за множество концепций. Спрашивается почему? Всё очень просто. Они в каждой из них будут оспаривать на словах и на деле то, о чём говорил Христос. Когда говоришь обо всём этом с буржуазным либералом, то он сразу превращается в глухаря на току. Когда глухарь «скиркает», он не слышит ружейного выстрела.   


Ярослав Таран. 26 апр 2021

В мире существует множество религий и культур. И в христианстве есть конфессии. И философских систем множество. И в русской религиозной философии нет единой системы. Я не раз подчёркивал, что социализм как формация больше отвечает как христианскому представлению об обществе, так и новой эпохе (новому средневековью, по Бердяеву).
 
Но совсем другое дело, когда есть претензия одной ИДЕОЛОГИИ, одной мировоззренческой системы, сколоченной людьми, стать универсальной, общеобязательной и единственной. Это совсем другое дело! Это путь к духовной тирании, путь к превращению и культуры, и религии в служанок идеологии. Путь, где низшее диктует свою волю Высшему и Целому.
 
Это не Богочеловеческий путь, но человекобожеский. Богочеловеческий путь предполагает множественность проекций Истины в нашем мире, множественность проекций духовного Целого, невместимого ни в одну систему, созданную человеческим разумом.
 
Можно сколько угодно навешивать ярлык "буржуазный либерал" и т.п., но реальность Богочеловеческого пути остаётся реальностью - и в ней множество религий и культур. Гармонизация отношений между ними не через единство идеологии строится. Идеология - по определению - система более низшего порядка, чем религия и культура. Она может создаваться по их образу и подобию, но не диктовать им своё подобие.
 
В реальности - идеологий множество. И нет ни одного способа свести их в одну систему, кроме насилия и духовной тирании. Это метод Великого инквизитора, вынужденного отречься от Христа ради "счастья малых сих". Ничего нового, после Достоевского, вы в своих подходах и методах не являете собою - всё тот же великий инквизитор на поверку получается, тот же "муравейник", та же воля "начинаю за здравие, а кончаю беспредельной деспотией", те же "грабли". И ничего, кроме физического уничтожения иных систем ради торжества своей, в вашем арсенале, столкнись вы с реальностью на практике, не останется.
 
Воля системы "всё не-я должно стать мною" и есть воля дьявольская, противобожеская. Начиная с человекобожеской воли, к противобожеской придёшь неизбежно. Эту диалектику Достоевский очень глубоко вскрыл. Богочеловеческий путь и есть путь эволюционный, путь многообразия мира. Не стихийность в нём, а Божья воля. У вас же воля есть только человеческая и его разума, а Божья выносится за скобки, как Случай (для вас - стихия).
 
Замечательная есть притча. Человек нашел кусок Истины. Узнав об этом, дьявол очень огорчился. Но потом дьявол рассмеялся и сказал: "Он сделает из неё систему, и тогда он мой".
 
Вы постоянно ссылаетесь на Христа, но используете христианство как средство для идеологии , равно как и всё остальное - это лишь функции и средства для своей системы, которая вам видится единственно истинной. Так всегда видится и ведёт себя любая система, в центре которой своё "эго". Поэтому и для других систем остаются лишь уничижительные ярлыки, якобы всё объясняющие. Точно так же - и у них для вашей. И кроме бесконечной вражды и рек крови сама такая установка воли ничего миру дать не сможет.
 
В этом эгоцентризме системы и сидит дьявол. А прикрываться он может чем угодно, хоть Марксом, хоть Христом. Ему не привыкать. Цели и средства в таких системах входят в неразрешимые противоречия друг с другом с первых же практических шагов реализации. Так было и так будет.
 
А вот чтобы понять, с кем имеешь дело, достаточно СТИЛЯ. И стиль развешивания ярлыков и неспособности ни к какому осмысленному диалогу, кроме занесения всего, не укладывающегося по формальным признакам в собственную систему, в стан врагов (в ту или иную ячейку в своей схеме, всё объясняющей в мире) - такой стиль говорит одно: в реальности вас будут вешать. А кого вас?
 
Да всех, кто не впишется в мою систему. Ярлыки найдутся. И совсем не важно, соответствуют они действительности или нет, важно - убрать всех врагов, чтобы расчистить дорогу к счастью. Испокон века так действовали все деспотии, не важно под каким знаменем и с чьим именем на устах. И в итоге "игил" ничем не будет отличаться от "православного социализма", если осуществлять его будут люди такой же воли, такой же культурной узости и такой же духовной слепоты.


Сергей Бахматов. 26 апр 2021

Вы, Ярослав, настоящий Ванька-Встанька. Общаться с вами совершенно бесполезно. Рассуждения ваши идут по одному и тому же порочному замкнутому кругу. Неудивительно, что вы ничего нового предложить не можете. Всё, что вы пишете, уже давно есть и ведёт человечество к деградации во всех отношениях. Не видят это только мозги в бочке.  Заслуга православных социалистов как раз и состоит в том, что они призывают вернуться к истинному православному христианству, из которого логично вытекает социалистическое устройство общества. 


Ярослав Таран. 26 апр 2021

Согласен про Ваньку-Встаньку. Это и есть тот фактор, который люди, подобные вам, никогда не учитывают, а потому и все их системы всегда приходят к одному и тому же финалу.
 
"Истинное православное христианство" и ваша система с её стилем и методом отличаются друг от друга так же, как католицизм от инквизиции или игил от ислама. Замена вывески на парткоме на "православком" ничего не меняет.
 
Вы считаете себя и свою систему взглядов единым мерилом истинности, потому и не стесняетесь в эпитетах и ярлыках. А на деле вся эта "истинность" лишь очередная закрытая система, абсолютно не способная к диалогу и преследующая одну лишь цель - стать всем, подавив иные системы. Ничего нового в такой установке воли нет. Она неизменна со времён Авеля и Каина.
 
И никакое "социалистическое устройство общества" из неё не вытекает, а вытекает из такой воли во все времена и с железной закономерностью одно и то же - духовная тирания и реки крови. И если бы не "ваньки-встаньки", то люди с такой волей, как у вас, давно бы превратили землю в пустыню. Во имя самых добрых намерений, разумеется.
 
После Достоевского тут вроде бы уже расставлены все философские точки над "ё": не что делать первично, а КТО делает. И сделает он всё окружающее его в итоге только по своему образу и подобию, какими бы лозунгами ни руководствовался.
 
Если бы вы могли хоть на миг посмотреть на себя со стороны... Но ни одна закрытая система не может описать самоё себя (да попросту себя увидеть со стороны), именно поэтому и необходимы в мире иные системы. А сам мир настолько не проваливается в Ад, насколько культуре удаётся гармонизировать в своём лоне отношения разных систем в их диалоге. А вот воля одной из них стать всем - и есть прямая дорога в Ад. Разумеется, выдаваемая "людьми с короткими мыслями" за единственную дорогу к счастью.


Сергей Бахматов. 26 апр 2021

Я, как православный христианин, не желаю, чтобы буржуазный строй в России  в очередной раз привёл страну и народ её к краю, когда возникнет бунт бессмысленный и жестокий, и начнут вас, как и раньше, поднимать на вилы. Честно говоря, это главная проблема, над которой я в данное время думаю. Как вас всех уберечь? Ведь очень жалко! Если буржуазный курс из-за таких, как вы, продолжится, то это обязательно произойдёт, так как Россия в тупике, и ситуация будет только ухудшаться. 

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 27 Апрель 2021, 23:58:53, Ярослав»

Ярослав - "буржуазный либерал"?!! Долго смеялся. А потом грустно стало...

Как позиция Сергея Бахматова похожа на десятки таких же позиций на той же РНЛ. Вне зависимости: отстаивает ли человек идеи "православного социализма", или идеи "православной монархии", или идею "последних времен" (как на сайте "Москва - Третий Рим"). Стиль ОДИН И ТОТ ЖЕ. Ну да ладно...

Если буржуазный курс из-за таких, как вы, продолжится, то это обязательно произойдёт, так как Россия в тупике, и ситуация будет только ухудшаться.

Ключевые слова: "из-за таких как вы"... А Сергей не пробовал с той же претензией обратиться к тому же церковному руководству Русской Церкви? Кто как не они и продолжают тот самый "буржуазный курс". Они, плюс все эти столичные "примажоренные", купающиеся в роскоши, сходящие с ума от этой роскоши; прикормленные батюшки, архиереи, настоятели монастырей - и являют собой тот самый БУРЖУАЗНЫЙ СТРОЙ. Именно из-за них Россия в тупике, и от христианства хочется бежать на край земли. Точнее, не от самого христианства, а от вопиющего христианского лицемерия. 

Дух дышит, где хочет
«Последнее редактирование: 27 Апрель 2021, 15:16:20, Золушка»

от вопиющего христианского лицемерия

Христианское лицемерие - противоречие в терминах. К слову, Александр Молотков немало пишет о вине исторической церкви и об её конформизме...

Жаль, что предложенный разговор по существу не нашёл пока отклика. А я ведь поставил ряд вопросов, касающихся самой духовной сущности Богочеловеческого социализма и нового принципа формирования идеологии (условно: не бинарного, но многогранного). И развёрнуто свою позицию аргументировал. Но сам такой подход к решению задачи оказался не услышан. Решения вновь ищутся шаблонными способами, себя изжившими вместе с эпохой государств, создаваемых партийными идеологиями. Сам этот шаблон больше не работает. Впрочем, как и марксистское деление мира на капитализм и социализм. Нужен творческий подход, а вот он и вызывает отторжение больше всего. Ярлыки же найдутся, здесь всё проще простого как раз...

Забавнее тут другое - само внутреннее зеркало: даже если предъявить трудовую книжку, то есть формально доказать, что к буржуазности я никогда не имел и не имею даже косвенного отношения и "рыльце у меня самого не в пуху" (было и такое прозревающее корень вещей обвинение, когда речь зашла о приватизации) - чего-чего, а тут я чист перед трудовым народом!   :|:|   ...  -   ничего не спасёт. Твоя ячейка зависит не от тебя, но только от её создателя.

Так вот, никакие объективные доказательства не помогут изъять меня в данном случае из ячейки "буржуя", как и Дмитрию Т. никакие доказательства не помогли извлечь меня из ячейки "национал-патриота" и "сталиниста". Словно стоит "обратный клапан", но он ВНУТРИ. И если реальность не укладывается в схему, тем хуже для реальности.

Культ врага - вот самое тяжёлое наследие гражданской войны и всего советского периода. И культ врага у нас теперь в крови, мы дорогой ценой за него заплатили, и он уже вполне иррационален. И пока мы не изживём это семя зла из себя, никакого "православного социализма" нам не видать, а всё будет тот же "культ врага" - только с другой вывеской, но с теми же итогами.

Дух Системы меняет вывески с необыкновенной лёгкостью. Но самое первое, что его выдаёт - это СТИЛЬ. Один и тот же везде, ты прав. Даже у родонистов. Ибо ДУХ один и тот же. А кто им одержим: сталинист, либерал, родонист, монархист, коммунист, буржуй, истинно православный, свидетель Иеговы, национал-патриот, демократ-западник... - и т.д., и т.п., и в различных комбинациях одного с другим, - не имеет уже никакого значения. До полнейшего абсурда. Результат на выходе один: ВРАЖДА ИЗНУТРИ. А это и есть лагерное мышление.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 27 Апрель 2021, 18:16:43, Ярослав»


 
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика