Православие в Розе Мира
Вопросы архитектуры (в свете православной традиции)

0 Участников и 1 гость просматривают эту тему.

Тема создана для обсуждения статей и альбомов разных авторов, раскрывающих смысл архитектуры как феномена культуры, а также любых других вопросов смежной тематики, касающихся как теории, так и практики архитектуры.

Здесь опубликованы мои первые две статьи: «Онтология окна: от богатства смыслов к деградации» и «Храм-часовня св. Александра Невского в Даугавпилсе: выявление образа».


Просвещая друг друга, мы славим Творца, выявляя неисчерпаемую красоту Его творений.
«Последнее редактирование: 18 Август 2018, 20:09:22, Золушка»

С первыми откликами и авторскими комментариями к статье «Онтология окна: от богатства смыслов к деградации» можно ознакомиться в этой теме.

_______________________________________________
Роза Мира не является новой религией и новой культурой,
но ансамблем и диалогом религий и культур.

Пользуясь случаем, вновь выражаю свою признательность как редактор и благодарность как читатель Людмиле Клешниной за саму возможность нам поговорить о судьбе архитектуры – и не только вообще, а на примере конкретных иллюстраций и тенденций в архитектурном творчестве, о которых нам рассказывает не сторонний созерцатель, но профессиональный архитектор, для кого судьба и боль архитектуры и его личная судьба и боль едины. Я считаю знаковым и полным глубокого смысла событием, что к нашему Воздушному Замку прибило незримой волной человека, посвятившего себя архитектуре – в её подлинном понимании. А такое понимание сейчас становится почти невозможно.

Архитектура, а вслед за ней поэзия (как высшая форма речи) своим упадком знаменует упадок всей гуманистической, безрелигиозной эры, вырождение и упрощение духовной жизни человека, превращение его самого в функцию. Это закономерный итог человекобожеского пути светской культуры. Собственно, наш ресурс и его замысел есть та альтернатива этому пути, которую мы пытаемся показать, в силу наших возможностей. В виртуальной реальности это ещё возможно. Пока и её не подчинили полностью тотальному коммерческому критерию и не превратили в голую, лишённую какого-либо высшего смысла функциональность.

Мы живём, видимо, в самую неблагоприятную для творчества эпоху, несмотря на всё обилие внешних свобод. Внешняя свобода бессильна компенсировать умаление свободы внутренней, не существующей без связи человека с вечным. Именно этой связи лишает человеческую душу тотальный прагматизм, ставший абсолютным внутренним тираном человеческого духа в конце гуманистической эры. Человек теряет внутреннюю свободу, а значит саму возможность творчества. Творчество превращается в имитацию, в потребительскую услугу, в функцию приобретения материальных благ. Всё в мире превращается в функцию, включая саму человеческую личность. А лишённые глубины и выси, внешние свободы тоже становятся призрачными, одноразовыми.

Как наиболее зависимая от финансовой сферы область искусства, архитектура первой подверглась иссушающему дух диктату тотального потребительского подхода. И первой пала до уровня удовлетворения исключительно телесных потребностей, умалилась до функции земных нужд. Великие символы, связывающие человека с вечными смыслами, покинули архитектуру. Красота, как воплощённая истина, сменилась формальным украшательством, а затем – абсолютной безликостью. И «застывшая музыка» стала «застывшим шумом», символом той беспросветной суеты, в которую уже беспробудно погрузилась душа человека к концу 20-го столетия.

Архитектура отражает внутреннюю музыку человеческой души – с одной стороны, а с другой – настраивает душу на восприятие высшей гармонии космоса. Созерцающие от рождения «застывший шум», людские множества теряют саму способность слышать сообща «гармонию сфер», а вместе с этой способностью – и способность слышать и понимать друг друга в духовной сфере, а не только использовать для удовлетворения сиюминутных потребностей.

Первое отличие подлинной архитектуры от современного строительства, что бросается в глаза и всем очевидно, это неповторимость каждого здания. Не только двух одинаковых не встретишь, но даже двух одинаковых этажей у одного здания. Современные же постройки лишены онтологически уникального лица, равно как и национальных, религиозных и культурных особенностей. Но эта стандартизированная безликость «конструктора лего» – уже последняя стадия болезни, лежит на поверхности и потому видна всем. А подлинная причина болезни – в умалении религиозного смысла и отношения к человеческому творчеству как служению высшему идеалу, как порыву к вечности и символу бессмертия человеческого духа.

Болезнь утраты высшего смысла общая для всех сфер человеческого творчества в безрелигиозную эру, но в архитектуре она проявилась с убийственной наглядностью и стала грозным предостережением: «посмотрите на эти безликие ландшафты – и вы увидите ландшафт своей души!» – так кричит в уши «застывший шум» современной безбожной цивилизации. И в этом предупреждающем крике архитектура ещё остаётся искусством, хотя и утратившим главное предназначение – погружать созерцателя в красоту и настраивать его душу, как настраивают музыкальные инструменты, чтобы могли они вместе издавать музыку, а не однообразный шум и какофонический разнобой.

В первой, опубликованной у нас статье Л.В. Клешниной «Онтология окна» очень наглядно показана тенденция ухода высшего смысла и символической сложности из архитектуры и воцарение в ней «жизни без смыслов». Если прочесть эту статью не только исследовательским рассудком, но и живым чувством, то под конец душу охватывает какая-то совсем уже безысходная печаль. И остаётся один вопрос: это окончательное вырождение или всё-таки некая «синусоида», и нам просто не повезло оказаться в фазе упадка?

И вторая статья о храме-часовне дарит надежду. Через возвращение религиозного смысла, через творческое осмысление канона, через культовые (в нашем случае – православные) здания в архитектуру может вернуться красота и смысл. С какими бы трудностями это не было связано, какие бы препятствия не пришлось преодолевать, как бы не ополчался на музыку шум, это ещё не закрытое для нас окно возможностей. И никакого иного, кроме канонического, для архитектуры, по-моему, не осталось. И может быть, через православную традицию в архитектуре удастся протянуть ниточку к будущему расцвету (или: рассвету). А этот расцвет может быть только религиозным.

В гуманистической парадигме никакого расцвета, не только архитектуры, но и любой другой области культуры, ждать не приходится. Упадок творческого духа этой эпохи внутри неё непреодолим, она исчерпала себя полностью, у неё нет больше внутреннего огня и рост энтропии остановить нечем. Случится ли в культуре религиозное пробуждение и ждёт ли человечество новый культурный подъём? Нам остаётся только верить, что это не окончательное вырождение и что от нас ещё что-то зависит. Без такой веры невозможно жить, по-моему. Зачем?

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 20 Август 2018, 14:05:04, Ярослав»

.....Как наиболее зависимая от финансовой сферы область искусства ...
...Первое отличие подлинной архитектуры от современного строительства, что бросается в глаза и всем очевидно, это неповторимость каждого здания. Не только двух одинаковых не встретишь, но даже двух одинаковых этажей у одного здания.

Ярослав, а я благодарна Вам за гимн Архитектуре!
Но позволю себе два уточнения.

1) Кроме больших финансовых затрат, которых требует реализация архитектуры (это одна из профессиональных особенностей творчества), еще большей проблемой является то, что архитектор не может своими руками воплотить замысел в жизнь, "детище" выращивается чужими руками. И если в советское время отношения участников хоть как-то (неполно) регулировались Законом, то сейчас полный беспредел, приняты законодательные акты в пользу только строительства. Но есть и другая причина такого положения вещей - именно духовная. Это несмирение. Ведь смиряться надо не только перед традицией, каноном, но и перед Волей Божией, которой установлена иерархия профессий. Каждый должен заниматься своим делом. Сейчас профессиональное смирение отсутствует.

2) Хочу заступиться за типовую застройку. Дома были одинаковыми, но Архитектура в них присутствовала. Знаю это, потому что помню, как проектировались эти серии. Архитекторам было очень трудно в таких жестких рамках творить, но они пытались и архитектуру не изгоняли. Мы все были "под гипнозом" идей Ле Корбюзье и свято верили в их правильность. Потому и воплощали его идеи с воистину религиозным фанатизмом. Типовая архитектура выражала идеи Ле Корбюзье (к нему претензии надо предъявлять). Ленточные окна, сочетания горизонталей и вертикалей, сочетание разных фактур, робкие усложнения объемов и т.д. - это язык архитектуры, который отражал свое время и благородные социальные функции.

Интересно, что сейчас идет сокрушающий вал утепления фасадов, в процессе которого уничтожаются даже следы той робкой архитектуры. Казалось бы, при утеплении можно даже подчеркнуть функциональный стиль новыми красивыми отделочными материалами. Но нет! Уничтожается даже память об идеях Баухауза, после утепления типовые дома становятся просто ящиками, в стенах которых пробиты дырки с герметичными пробками стеклопакетов. Даже окраска фасадов подчеркивает их безликость.
Для меня загадка - или архитекторы теперь не умеют видеть архитектурную идею утепляемого здания, или это политика?

Просвещая друг друга, мы славим Творца, выявляя неисчерпаемую красоту Его творений.
«Последнее редактирование: 20 Август 2018, 20:23:25, Золушка»

ОнлайнАндрей Охоцимский

  • изъ бывшихъ
Хочу заступиться за типовую застройку. Дома были одинаковыми, но Архитектура в них присутствовала

Был в Берлине, сравнивал восточный и западный. И там, и там типовая застройка, но восточный смотрится интереснее. Характерное отличие советской застройки - поквартальная планировка: дома идут кругом или по сторонам квадрата, а внутри двор, деревца, песочница, детские грибочки. Как же иначе? Но такого нигде в мире нет, на Западе во всяком случае. Иначе - это просто дома стоят один за другим, как спичечные коробки, между ними проезды и парковочные места (подземными парковками снабжен небольшой процент многоквартирных домов). Если это Европа, то лестница будет в 2 раза уже советской и лифт раза в полтора меньше, хотя и с более мягким ходом. Понятие мусоропровода и раздельных туалетов с ванными здесь тоже отсутствует. Потолки на минимуме, а что такое полати, никто не знает. Чулан для барахла в подвале дома, закуток с отдельным ключом.

Осознав все это, я стал думать: почему? Главная причина, по-моему, та, что на Западе типовая застройка для бедноты, а в СССР - для всех, включая средний класс. И еще: в советских городах дома были вписаны в совершенно уникальную структуру улицы, с широченными тротуарами, скверами, деревьями, скамейками и т.п. (в Москве по крайней мере.)

Справедливости ради должен покритиковать хрущобы. Может, внутри они и ничего, но видик у них сейчас жутковатый, идеальный фон для фильма о пост-апокалипсическом мире.

Слово - это вышивка по ткани молчания.
«Последнее редактирование: 20 Август 2018, 21:29:31, Золушка»

А у меня с собой есть ложка дёгтя (по обыкновению):

на Западе типовая застройка для бедноты, а в СССР - для всех, включая средний класс.

Понятия "средний класс" в СССР не существовало. Там вообще провозглашали целью бесклассовое общество. Разрыв между материальным благополучием разных прослоек был относительно невелик и не бросался в глаза. Квалифицированный рабочий мог получать больше инженера. Пропасти между руководящим звеном и остальными работниками тоже не было. А общественные фонды вообще равны для всех без исключения (а это: здравоохранение, высшее, школьное, внешкольное и дошкольное образование и воспитание, кружки и дома культуры, санатории и детские лагеря, вполне достойные пенсии, дешёвый общественный транспорт и само жильё). В совокупности общественные фонды перекрывали две трети расходов, поэтому сравнивать зарплаты в СССР и на Западе тех времён не совсем корректно.

Да и на Западе понятие "средний класс" появилось только во времена "рейгономики" (в начале 80-х), когда началась искусственная стимуляция спроса при помощи кредитования (за счёт будущих поколений, к которым мы уже приблизились на расстояние выстрела из рогатки). Понятие "среднего класса" стало ведущей идеологемой в борьбе двух систем и главной несущей конструкцией общества потребления. Вынь её - и посыплется всё здание. Парадокс борьбы двух систем (в какой из них живётся вольготнее) - когда в СССР объявили рост благосостояния трудящихся главной целью, советская система стала загнивать и разрушаться изнутри.

Беда же победившей системы в том, что продолжение стимуляции спроса через кредитование становится далее невозможным. А уже создан огромный класс людей, привыкших к такому уровню потребления, который поддерживать становится всё труднее, и не только по экономическим причинам. Такой уровень потребления не может далее оставаться достоянием небольшой части человечества - это психологически невозможно в едином информационном пространстве глобального мира. А ресурсы планеты не могут выдержать распространения такого материального достатка даже на половину человечества, не говоря уже о большинстве. Более того, и тот уровень благополучия, которого достигла западная цивилизация, обеспечивается за счёт невосполнимых ресурсов планеты, то есть - тоже за счёт будущего, как и кредитное стимулирование спроса. Когда это будущее станет настоящим, "средний класс" перестанет быть. А это сотни миллионов человек, привыкших считать своё материальное благополучие чем-то должным и вечным. Гнев их обрушится на государство. Тогда и от "демократии" мало что останется...

Имеют ли эти мои "призрачно-фантомные" боли отношение к архитектуре? На мой взгляд, самое непосредственное. Строить величественные здания может только то общество, которое не поставило удовлетворение материальных потребностей выше духовных. То есть, и для возрождения архитектуры необходимо будет "подзатянуть пояса" (и весьма сильно). Это, конечно, не аргумент, равно как и ссылка на несправедливость по отношению к "третьему миру". Но у планеты Земля есть такие аргументы, от которых не удастся уже отмахнуться. И если неизбежный финансовый коллапс ещё можно оттянуть при помощи старого рецепта - войн и хаоса (желательно, на периферии), то экологическую катастрофу отодвинуть нельзя. А нынешний уровень потребления эту катастрофу приближает с какой-то неумолимой слепотой и скоростью.

Аргумент планеты будет и доходчивым, и последним для гуманистической эры. А падение жизненного уровня в новое средневековье может стать сравнимым с падением этого уровня при крахе Древнего Рима. Христианство пришло в мир и тогда не ради сытого и безмятежного прозябания человека. И вернётся в новую эру тоже не ради самодовлеющего комфорта. И только тогда возможна новая готика в европейских городах (если их не смоет Потоп), когда духовное устремление ввысь вновь станет насущной жизненной потребностью, а не хобби или развлечением туриста. Пока такая глубокая переоценка ценностей в Европе (да и в России) совершенно непредставима. А значит, нужны сильные посторонние аргументы. И некоторые из них уже не так трудно представить и спрогнозировать. Равно как и сроки их уже более-менее просматриваются на горизонте...

Закат Европы перестаёт быть томным...

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 21 Август 2018, 15:50:13, Ярослав»

В Галерее Замка создан альбом
«Православная архитектура как пространственный образ вероучения».
Он включает в себя два альбома иллюстраций к статьям (см. выше) и сегодня пополнился циклом альбомов:
«Л.В. Клешнина. Архитектурное творчество (от наследия к современности,
или практический опыт познания веры и пространства церковного канона
)».

В цикл вошли следующие проекты архитектора:
 • 1. 1995 год. Свято-Успенская церковь в Балви, Латвия.
 • 2. 1997 год. Свято-Никольская церковь в Огре, Латвия.
 • 3. 1998 год. Церковь Св. Николая Чудотворца в Лиелварде, Латвия.
 • 4. 1996-2002 годы. Разные проекты храмов.
 • 5. 2000 год. Церковь св. апостолов Петра и Павла в г. Плявиняс, Латвия.

_______________________________________________
Роза Мира не является новой религией и новой культурой,
но ансамблем и диалогом религий и культур.

Ответвление - о советской архитектуре, уроне жизни в СССР и Европе и т.д.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран

Иллюстрированная статья Л.В. Клешниной
«Забытые смыслы христианской архитектуры»

Ветка по согласованию с автором перенесена в раздел «Православие».

_______________________________________________
Роза Мира не является новой религией и новой культурой,
но ансамблем и диалогом религий и культур.

В продолжение представленных здесь статей предлагаю ознакомиться с характерным образцом текстов, распространяющих ложные представления о христианской архитектуре, не просвещающих, а полностью стирающих память о возвышенных смыслах.

Причем, скопировать цитаты здесь невозможно, чтобы затруднить подробный "разгром" этой лжи.

Просвещая друг друга, мы славим Творца, выявляя неисчерпаемую красоту Его творений.
«Последнее редактирование: 23 Сентябрь 2018, 15:29:45, Золушка»

ОнлайнАндрей Охоцимский

  • изъ бывшихъ
Людмила, поздравляю! В Ваших "Забытых смыслах" Вы превзошли самое себя. Вот уж воистину говорят, что краткость - сестра таланта. Я все Ваши работы читал с удовольствием, но здесь возникло ощущение открытия. Вопрос об этих элементах и у меня все время свербил, но никак не ожидал, что именно Вы на него ответите. Пусть Ваш ответ - это чистая интуиция, но это интуиция человека духовно близкого той традиции, о которой идет речь. По сути могу добавить, что каменная вязь владимирских соборов может быть тоже можно интерпретировать в том же ключе.

Слово - это вышивка по ткани молчания.

Андрей, вполне возможно, надо пристальнее вглядеться. Краббы и кроссы у нас в Старом городе на древних храмах тоже есть, но они высоко на шпилях, плохо видны (теперь я их стала фотографировать в увеличении, но фотоаппарат не тот). А в Страсбурге меня поразило, что эти элементы расположены близко, почти на уровне глаз, их можно рассмотреть в подробностях, их так много ! Экскурсовод рассказывал какие-то банальности, ни слова по существу, а я стояла пораженная этим богатством смыслов ... потому и написала.
Эти термины меня всегда вводили в большое недоумение.

Просвещая друг друга, мы славим Творца, выявляя неисчерпаемую красоту Его творений.

Опубликована еще одна статья, о пространствопонимании в 20 веке -
 https://lib.rmvoz.ru/bigzal/melodii-tishiny
Для архитекторов это всегда актуальная тема, мы ведь работаем с пространством. И в иеротопии мы должны прежде всего понять, какое сакральное пространство хотим создать.

Просвещая друг друга, мы славим Творца, выявляя неисчерпаемую красоту Его творений.

Пусть Ваш ответ - это чистая интуиция ...
Андрей, спасибо за высокую оценку моей статьи! Если читаете, то есть стимул писать.
Но хочется уточнить некоторые аспекты.

Нет, это не интуиция. Это практический рационализм. Чем отличается  образ мыслей искусствоведа (или дипломированного историка) от вИдения архитектора-практика ? Искусствоведы осуществляют инвентаризацию объектов, стилей, личностей и т. д. Спасибо, что вводят в научный оборот новые объекты. Но они не имеют представления, как мыслит архитектор-практик, как рождается архитектурный образ, о чем задумался архитектор, когда смотрит на белый лист ? Как поймать вдохновение ? Это познается только на практике.
Например, когда стояла задача спроектировать факультет Сельхозакадемии, и надо было сформировать пространство учебной лаборатории первичной обработки молока, мне пришлось ознакомиться с установками, которые находятся на ферме (было интересно !), и впечатлило. Если я лежу на операционном столе под местным наркозом, то внимательно наблюдаю, как работают врачи, и затем со знанием дела проектирую операционный блок. И т.д. Это называется «изучить контекст». Профессия такая.
Если я проектирую храм методом иеротопии, мне надо познать вероучение. Вообще, проектировать можно только храм своей конфессии. Иначе ничего не получится. Когда архитектор начинает сам выдумывать мнимые символы – это последователь Ле Корбюзье, путь в тупик.

И в данном случае, в Страсбурге «количество перешло в качество», знание богословских и богослужебных текстов помогло мне реконструировать образ мышления зодчих кафедрального собора.
Вопрос, что считать наукой : инвентаризацию объектов или реконструкцию образа мыслей зодчего на основе подлинных текстов ?


Просвещая друг друга, мы славим Творца, выявляя неисчерпаемую красоту Его творений.

Последняя опубликованная у нас статья Людмилы Клешниной "О средовом подходе и мелодиях тишины" есть образец того, что я больше всего люблю и ценю в письменной речи: самыми простыми словами и предельно сжато сказано об очень глубоких и больших смыслах.

Оттолкнусь лишь от одной фразы: "Всеохватывающий средовой подход способствует жизни, не разрушает ткань исторических городов, не губителен для природы и здоровья людей, человеку хорошо жить в домах органической архитектуры." И повторю за автором некоторые ключевые слова: цельность, органичность, естественность, жизненность, духовная плодотворность...

Да, именно этих слов мне и недостаёт в современной архитектуре. Мне её сооружения кажутся какими-то картонными, каким-то конструктором лего, чем-то ненастоящим... Людмила помогла, наконец, мне найти слова, чтобы сформулировать (перевести на уровень сознания) то неизменное ощущение, которое вызывает во мне современное градостроительство.

Дело вовсе не в примитиве или нивелирующей стандартизации, как в поздней советской архитектуре. И не в аляповатости, как в сталинском ампире. И то, и другое всё-таки воспринимается как здания, а не как бутафория. И какой-никакой стиль, но чувствуется. Современные же строения, несмотря на их всевозможные украшательства или грандиозность размеров, я никак не могу воспринимать как что-то долговременное. Такое впечатление, что ветер подует - и это всё рассыплется, как бумажные декорации к какому-то бессмысленному и бездарному спектаклю.

Я прожил свою жизнь в городе, архитектура которого становится не только частью твоей души, но она и лечит, и вдохновляет, и тревожит, и восхищает, и мучает - она живёт вместе с тобой и говорит с тобой тысячами голосов, образов, ассоциаций. Она сама и жизнь, и творчество, и застывшее время, и музыка, и поэзия... Она настоящая и живая. И даже советская - ещё живая, хотя и уродливая, и примитивная. А современная - нет, она не живая. И чем больше на ней внешних украшательств, тем больше она напоминает разгримированный труп. Уж лучше бы лепили типичными блоками, как в советскую эпоху. Всё было бы естественнее...

В страшном сне невозможно представить, чтобы кого-то эта архитектура могла вдохновить, как Пушкина или Мандельштама. И только в кошмарном бреду можно произнести, глядя на эти строения:

"...Ладья воздушная и мачта-недотрога,
Служа линейкою преемникам Петра,
Он учит: красота – не прихоть полубога,
А хищный глазомер простого столяра.

Нам четырёх стихий приязненно господство,
Но создал пятую свободный человек:
Не отрицает ли пространства превосходство
Сей целомудренно построенный ковчег?.."

Или:

"...Но чем внимательней, твердыня Notre Dame,
Я изучал твои чудовищные ребра, –
Тем чаще думал я: из тяжести недоброй
И я когда-нибудь прекрасное создам…"

Нет уже этой тяжести. И нет в этих стенах тишины. Не из чего создавать музыку... Обе сестры, тяжесть и нежность, покинули зодчество. А вместе с ними ушла поэзия. Осталась голая (пустая) форма: можно и так, и эдак, и всё едино...

Пожалуй, ещё есть одно слово, которое в статье не произнесено, но оно тоже многое помогает понять - это слово: одноразовость. Она во всём - в самом отношении человека к такому зданию и здания к такому человеку...

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран


 
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика