Иконология и иеротопия
Иконологические заметки

0 Участников и 1 гость просматривают эту тему.

ОффлайнАндрей Охоцимский

  • изъ бывшихъ
« #1 : 28 Март 2017, 10:32:10 »
Санский ларец-дарохранительница

В этой теме будут публиковаться и обсуждаться разнообразные конкретные материалы по иконологии и иконографии.


Начинаем с санского ларца, который я нашел на прошлой неделе в сокровищнице  Санского собора (музей Санса). Ларец уникален своей богатой иконографией - на нем 46 изображений-барельефов на пластинках из слоновой кости. По детальности иллюстрирования библейских повествований (история Давида и Иосифа)  его можно поставить в один ряд с равеннским креслом Максимиана 6 века.

Происхождение ларца не вполне ясно. Известно лишь, что он попал в собор в 1440 г. и, возможно, первоначально использовался для хранения короны. Так как стиль явно не готический, предполагают более раннее происхождение - X или XI век. Считают, что это византийская работа, хотя известные византийские произведения того времени более статичны и ближе к иконам (см. например). Однако, по динамизму сцен и характеру нарративности ларец близок к духу позднероманского искусства - по крайней мере мне неизвестны прямые византийские аналоги этого периода.  Как мы увидим позже  в этом разделе на примере Льежской купели, романское искусство было способно на удивительные прорывы, вдохновленные византийскими образцами.

Альбом с необходимыми пояснениями помещен в нашу Галерею. Помимо нарративных сцен стоит обратить внимание на бестиарий в орнаменте, например вот это (грифон со змеем):

грифон со змеей

Слово - это вышивка по ткани молчания.
«Последнее редактирование: 28 Март 2017, 18:38:39, КАРР»

« #2 : 29 Март 2017, 14:53:41 »
Потрясающий материал!

Путинцева Т

ОффлайнАндрей Охоцимский

  • изъ бывшихъ
« #3 : 06 Август 2017, 10:32:21 »
Многоликий Христос. Michele Bacci. The many faces of Christ (2014)

Посвящается памяти
Татьяны Путинцевой

Книга известного итальянского иконолога Микеле Баччи содержит много интересного по иконографии Иисуса и дает хороший повод для размышлений на данную тему. Баччи начинает с общей проблематики образов основателей религий и анализирует параллели в становлении иконографий Иисуса, Будды, Махавиры (джайнизм), Мани и даже Лао-Цзы. Во всех этих случаях речь идет о той или иной форме сочетания божественного и человеческого. Несмотря на очевидные различия на философском уровне, культовая  практика всех этих религий включает использование икон-портретов их божественных основателей. Иконы такого рода призваны создавать собирательный образ идеальных качеств изображаемого богочеловека. Речь идет не о портретной достоверности, а о духовной убедительности. Видимый образ Богочеловека должен подтверждать впечатление от его слов, увековеченных в священных текстах. Евангелие в образе действует самостоятельно и независимо от текста – но оно действует в том же направлении, что и Евангелие слова, подкрепляет его и усиливает. Аура святости вокруг этих образов сгущалась благодаря легендам об их божественном происхождении.

Почему же изображения столь важны во всех религиях, построенных вокруг божественной личности? Объяснение нетрудно найти в самой сущности этих религий, в зарождении которых личная харизма и проповеди их основателей играли основную роль. Влияние Богочеловека при жизни обязано сочетанию святости его слов со святостью его облика. Созерцание Богочеловека могло быть столь же трансформирующим, как и его проповедь. В христианской традиции апостолов из числа 12-ти называют «видевшими Иисуса», подчеркивая этим их особый статус, с которым нельзя сравниться ни умственным усилием, ни святой жизнью. Неудивительно, что созерцание изображений Богочеловека имело благодатное воздействие. Оно заменяло лицезрение живого Иисуса в той же мере, в какой чтение Евангелия заменяло живое восприятие его слов.

Баччи интересует полиморфизм и историческая эволюция лика Иисуса. Основное внимание он уделяет формированию всем известного современного образа с длинными прямыми волосами до плеч с пробором посредине и с короткой слегка раздвоенной бородой.

Спас Нерукотворный, Новгород, XII век, Третьяковская галерея
Спас Нерукотворный (Мандилион), Новгород, XII век, Третьяковская галерея.

Парадоксальность этого типа в том, что христианам мужского пола во все времена, начиная с первых веков, предписывалось стричь волосы (1 Кор. 11:14). Облечение во Христа очевидно не предполагало восприятия его внешнего облика. Но почему же идеальный образ Иисуса так отличен от идеальной внешности христианина? Полностью ясного ответа на этот вопрос пока не дано. Книга Баччи честно излагает современное состояние исследований, не навязывая упрощенных концепций и не проталкивая скороспелых гипотез.

Отправная точка эволюции облика Иисуса отстоит далеко от места назначения. Золоченые стекла являют нам исторически самый ранний тип: юноша с короткой стрижкой и без бороды. При этом апостолы часто (хотя и не всегда) изображаются бородатыми, особенно ап. Павел. Следует иметь в виду, что в Древнем Риме короткая стрижка и бритый подбородок были нормой для всех «цивилизованных» мужчин. Борода украшала либо варваров, либо философов – поэтому она легко приросла к образу Павла, имевшего репутацию интеллектуала и часто изображаемого со свитками. Иисуса в этот период еще не изображали с книгой, но зато он часто держит волшебную палочку – как маг. Но почему образ юного мага был так привлекателен?

Золотое стекло, чудо в Кане Галилейской

Вверху – воскрешение Лазаря; внизу – чудо в Кане Галилейской, золоченое стекло из библиотеки Ватикана, IV век

Баччи проходится по этому периоду вскользь и не предлагает определенных ответов. Можно, однако, уловить два намека. Во-первых, в иконографии этого периода были популярны эпизоды с воскресшим Иисусом, который мог выглядеть моложе, чем при жизни, подтверждая надежду всех христиан на обретение обновленного вечно юного тела, не обремененного возрастными явлениями. Во-вторых, молодость в античности отождествлялась с красотой, а красота физическая шла рука об руку с красотой нравственной. Классическая гармония требовала, чтобы в человеке все было прекрасно. Молодость Иисуса подчеркивала, что его богочеловечество было врожденным, спонтанным, а не приобретенным в опыте и в трудах. Сын Божий воплотился, чтобы стать вполне человеком, обычным человеком. Так как продолжительность жизни в то время составляла около 35 лет, «обычный» человек был моложе, чем сейчас…

Кроме того, Иисусу не приличествовал почет, оказываемый старцу. Его харизма предполагала активное живое лидерство и близость к людям. Так как образ философа был  популярен среди языческой части населения, неудивительно, что христианам не подходил вид бородатого мудреца, сильного нажитой мудростью, но далеко уступающего естественной божественности Иисуса. Видимо, играло роль и то, что основными заказчиками золоченых стекол и саркофагов были миряне. Поэтому раннехристианские сюжеты в большей мере отражают личную религиозность, чем церковную традицию. Хотя изображения могли присутствовать и в церквах, они еще не интегрировались в богослужение и даже могли рассматриваться духовенством как отвлекающий фактор.

Юноша-Иисус не исчез со сцены. Он трансформировался в образ маленького полу-взрослого Иисуса, который мы видим на иконах Богоматери. Этот загадочный образ на удивление мало исследован, и Баччи им вовсе не интересуется. Он также не уделяет внимания ветхозаветным про-образам Мессии, таким, как отрок Иммануил и Ветхий Деньми. Между тем, для значимых церквей с богатой иконографической программой было характерно одновременное присутствие очень разных образов Иисуса. Это замечательное явление у Баччи упомянуто лишь кратко. Более детально оно исследовано у А. М. Лидова в его недавней книге «Икона. Мир святых образов в Византии и Древней Руси».

В раннем христианстве каноны еще не сложились, и трудно найти два одинаковых лика Иисуса. Наряду с упомянутым выше образом юноши присутствовали и разнообразные бородатые лики. Борода могла вызывать ассоциации как с языческими богами, так и с философами. Для философов борода была обязательным профессиональным признаком, но на голове чаще сверкала лысина (как у Сократа или апостола Павла). Философы с волосами до плеч не были характерны для иконографии этого периода, хотя Баччи приводит один пример такого рода на рис. 110 своей книги. Другое дело – языческие боги. Яркий пример подражания языческому пантеону представляет образ Иисуса в мозаике римской церкви Св. Пуденцианы, похожий на Зевса Олимпийского не только шевелюрой но и креслом (см. эссе «Иисус на троне»).

Св. Пуденциана, Рим
Мозаика церкви Св. Пуденцианы, Рим, начало V века

 Зевс-Отриколи, музей Пио-Клементино, Ватикан
Зевс-Отриколи, римская копия, музей Пио-Клементино, Ватикан

Однако, между курчавой шевелюрой Зевса Олимпийского и гладкими длинными волосами с прямым пробором лежит дистанция приличного размера. Баччи приводит перечень факторов, которые могли влиять на возникновение такой прически. Традиционный богословский аргумент в пользу длинных волос – это ссылка на ветхозаветное назорейство (Чис. 6). Баччи, однако, справедливо отмечает, что описанное в книге Чисел назорейство предполагается временным периодом: волосы отращиваются лишь для того, чтобы их состричь по окончании назорейства. Кроме того, Иисус не ведет себя по назорейски: напр., он пьет вино.

В Библии, однако, присутствует и другой вид назорейства – не по обету, а врожденное. Главный пример – Самсон, посвященный Богу от утробы матери своей и никогда не стригший волосы. Более того, именно в волосах заключалась его сила, которую он потерял вместе с ними. Характерно, что Самсон во всем остальном вел достаточно вольный образ жизни – он совсем не аскет. «Назорейство» Иисуса ближе к Самсону, чем к описанному в Чис. 6. В подтверждение актуальности назорейского фактора Баччи цитирует Епифания Кипрского, который резко критиковал длинноволосую иконографию Иисуса именно по причине её назорейских коннотаций. Епифаний считал неправильным формировать образ Иисуса на основе ветхозаветных стандартов.

Далее Баччи развивает простую мысль: во всех «стриженых» культурах длинные волосы служили признаком неотмирности, инаковости. Но конкретный смысл инаковости в каждом случае свой. Длинноволосые хиппи и христианские пустынники различны почти до противоположности, но семантика их неухоженных шевелюр довольно похожа. Баччи считает, что именно святые отшельники первых веков монашества способствовали созданию образа длинноволосой святости. Неслучайно только они изображаются на иконах с длинными неухоженными шевелюрами. Внешность отшельников играла не последнюю роль в их культе. Их созерцали как иконы. Современники поклонялись им как живым реликвиям. Чтобы их увидеть, проделывали длинный путь в пустыню.

Кроме того, трудно отделаться от впечатления, что длинные волосы у Иисуса обязаны своей популярности именно той причине, по которой они запрещались у мирян: они женственны. Половая идентичность Иисуса более сложна, чем кажется на первый взгляд. Взглянем на равеннскую мозаику крещения, в которой Иисус имеет подчеркнуто двуполые черты.

 Арианский баптистерий
Арианский баптистерий, Равенна, крещение Иисуса, VI век  (старец слева – персонификация Иордана).

Эта мозаика выдает желание видеть в Иисусе скорее человека вообще, чем мужчину с резко очерченной мужественностью. Христианам не нужен образ Иисуса с явно выраженными мужскими признаками: резкостью, агрессивностью и мускулатурой. Иисус побеждает любовью и самопожертвованием, а не силой. Чтобы убедиться в реальности этой тенденции, достаточно сравнить (на любых иконах, напр., см. ниже) длинные волосы Иисуса с длинными волосами бесполых ангелов и убедиться в их сходстве, которое не может быть случайным. Длинные волосы придают лику Иисуса черты ангелоподобия, сглаживают неизбежную грубость чисто мужского облика и возвышают его над разделенным на два пола земным человечеством. Кроме того они усиливают черты сходства Иисуса с земной матерью, которые (как отмечает Баччи) сознательно привносились в эту иконографию. Наиболее известный и яркий пример длинноволосого образа Иисуса в доиконоборческий период – знаменитая синайская икона :

 Синайская икона на энкаустике
Образ Иисуса VI века, энкаустика, монастырь Св. Екатерины на Синае . Это наиболее ранний известный образ Иисуса с книгой (Пантократор)

Параллельно этому возник и другой образ Иисуса – с короткой стрижкой, часто с курчавыми волосами. С легкой руки Бельтинга этот образ стали называть «семитским», хотя его правильнее называть «сиро-палестинским» согласно его основному ареалу, включавшему также Египет. Бельтинг считал его происхождение чисто этническим, но этим трудно объяснить его проникновение в византийский мир, начавшееся в царствование Юстиниана II в начале VIII века. Этот император вдруг повелел чеканить монету с курчавым Иисусом, при этом изображая с длинными волосами самого себя на обратной стороне. Причины этого иконографического переворота неясны. Баччи предполагает, что они лежат в сфере изменений соотношения царского и божественного. Возможно также влияние наступающего иконоборчества: изменение облика Иисуса могло быть призвано пошатнуть традицию поклонения Его старым образам. В этот период императоры стремились уменьшить численность и влияние монашества, и, возможно, секуляризованный облик Иисуса лучше вписывался в эту политику.   

 
солид Юстиниана II
Солид Юстиниана II, 705-711 г. Иисус слева, император справа

Последующее возрождение длинноволосого облика и его фактическая канонизация в после-иконоборческую эпоху связывается у Баччи с изменением облика византийского духовенства. Именно в это время возникает длинноволосый бородатый облик православного батюшки и возрастает его богослужебная роль как образа Христа. Постепенно формируется современное православие с его универсальной образной природой, о которой столь вдохновенно пишет В. В. Лепахин в своей книге «Икона и иконичность».

В этот период иконы интегрируются в богослужение. Поклонение им упорядочивается, ограничивается (во избежание излишеств, спровоцировавших иконоборчество) и включается в расписание служб. Для декорации церквей создаются целостные иконографические программы, способствующие формированию и заполнению сакрального пространства богослужения. Синтез богослужения и иконографии ярко выразился в созданном в этот период образе причащения апостолов. Евхаристия, которую односторонне возвышали иконоборцы, противопоставляя её «идолопоклонничеству», соединилась с иконографией и заняла свое место в качестве главной темы алтарной декорации.

Причащение апостолов, мозаика конхи Св. Софии Киевской, XI век
Причащение апостолов, мозаика конхи Св. Софии Киевской, XI век. Апостолы причащаются хлебом в виде круглой гостии и отдельно вином из чаши. Этот обычай причащения сохранился в западной традиции (напр. в англиканстве).

Иисус в этом образе совершает то же действие, что и православный священник, т.е. причащает. Схожесть внешнего облика православного батюшки и Христа-священника вполне естественна и отвечает растущему значению "иконичности" духовенства. Однако, и в этот период (и даже в том же храме) находится место для совсем иного Иисуса, которого по многим признаками (напр., тонзура) называют образом Христа-иерея.

Христос-иерей

Образ Христа-иерея, мозаика Св. Софии Киевской, XI век.

Сосуществование этих двух столь разных образов, связанных со священством, в  единой иконографической программе всегда привлекало внимание исследователей. Основное объяснение: первый образ соответствует новозаветному священству, а второй – ветхозаветному. Полагают, что иконография Христа-иерея возникла в соответствии с апокрифической легендой об Иисусе, как тайном священнике Иерусалимского Храма (см. также Евр 6). В любом случае, разноликость Иисуса способствует обогащению образа Богочеловека и подчеркивает, что главным в иконописи всегда было духовное содержание образа.

Слово - это вышивка по ткани молчания.
«Последнее редактирование: 29 Август 2017, 21:44:10, Золушка»

« #4 : 06 Август 2017, 13:12:38 »
Андрей, спасибо за статью! Очень познавательно. Но не удержусь сделать одно малюсенькое замечание.

Так как продолжительность жизни в то время составляла около 35 лет, «обычный» человек был моложе, чем сейчас…

35 лет - средняя продолжительность. В древности и вплоть до начала XX века она была столь низкой, благодаря очень высокой детской смертности. Более информативной является модальная продолжительность жизни, а именно продолжительность жизни тех, кто дожил до 20 лет. Она для римской империи составляла 47 лет . Так что именно 47 лет можно считать средними годами жизни человека тогда. Старым считался человек в районе 55 лет. А отдельные люди и тогда до 100 лет доживали. Никто 40-45 летнего человека за старика тогда не считал :)

Свобода не просто право, а обязанность каждого

ОффлайнАндрей Охоцимский

  • изъ бывшихъ
« #5 : 06 Август 2017, 13:17:34 »
Антон, спасибо! Наверное это действительно неправильный аргумент.

Слово - это вышивка по ткани молчания.

ОффлайнСергей С.

  • Небеса наполнены музыкой так же, как океан водой.
« #6 : 06 Август 2017, 13:30:41 »
Большое спасибо, Андрей!
В связи с этим, мне вспомнилось описание облика Христа, данное американским визионером Э.Кейси. Думаю, Вы его встречали. Мне кажется, сложившийся в поздней иконографии образ Христа, отражающий Его духовный облик, воспринятый (воспринимаемый?) человечеством, очень точно соответствует тому, что мы знаем из описания Кейси. Сомневаться в достоверности этого описания у меня нет причин даже не в силу того, что визионер в такие моменты находился в особом состоянии, исключающем осознанный контакт с окружающим миром, а потому, что современники характеризовали Кейси как не очень умного, ограниченного в повседневной жизни человека, которому столь богатые и точные в деталях фантазии просто не по силам.

Зажги во мгле свою звезду!
___________________________
Сергей Сычёв

ОффлайнАндрей Охоцимский

  • изъ бывшихъ
« #7 : 06 Август 2017, 14:58:08 »
Сергей, спасибо! Если можете, приведите цитату или ссылку. Я пытался, но не нашел. Могу лишь добавить, что тот облик, который я называю "длинноволосым", врос в современное сознание настолько прочно, что кажется подлинным и безальтернативным. Особенно если человек ограниченный, как Вы пишете. В протестантской культуре еще сильнее именно в силу их меньшей развитости в восприятии икон и меньшего опыта в этом плане - они склонны воспринимать ширпотребные картинки-иллюстрации (начиная с детской Библии), всякие плакаты или кинообразы как реальность, не задумываясь. Уверен, что большинство американцев считают что "канонический" образ Иисуса - это просто правильный образ. Большое влияние в Америке имел Иисус Торвальдсена, о котором я писал в статье про Иванова. Это ярко выраженный вариант все того образа с длинными волосами, прямым пробором и короткой бородой. Так что не удивительно, что Кейси именно его увидел.

Слово - это вышивка по ткани молчания.

ОффлайнСергей С.

  • Небеса наполнены музыкой так же, как океан водой.
« #8 : 06 Август 2017, 16:47:45 »
Опыт, о котором я упомянул выше, был проведен в 1932 году. Его описание несколько раз попадалось мне в сети. В силу своей отрывочности и скупости содержание опыта вряд ли отложилось бы в моей памяти, если бы не дополнялось комментариями со ссылками на некие исторические источники.

Насколько это описание исторически достоверно, я не знаю; Э.Кейси часто ошибался в своих описаниях. Для меня, в связи с исследованием М.Баччи, более важна не сама историчность облика, а то, насколько попытка коллективного восприятия (воссоздания) человечеством (или его частью) облика Спасителя (в целом либо в какой-либо из христианских традиций), преломленная через духовное творчество тысяч и миллионов верующих душ, смогла создать в человеческом сознании единый для всех духовный облик, способный безусловно восприниматься каждым верующим как истинный, т.е. получать через этот образ духовное общение с Сыном Божиим посредством акта веры.

Я вряд ли смогу проиллюстрировать это лучшим примером, чем это сделано в примере, приведёном Сашей в разговоре о системе образов в классической санскритской поэзии.

Когда первый поэт, увидел разлученную пару птиц-краунчей, увидел тоску самца краунча по своей подруге, убитой охотником, то в душе первого из поэтов зародился дар стихосложения, он познал стихотворный размер. Однако Вальмики не знал, как применить этот дар, каким сюжетом наполнить обнаруженный размер. Он бродил, охваченный жаром творчества, и вот ему на пути повстречался небесный мудрец Нарада. Вальмики сказал Нараде: «Во мне раскрылся жар стихосложения, доступный ранее одним лишь богам. Боги посредством стихов воплощались людьми. А теперь я хочу своим даром превратить человека в бога. Нарада, подскажи мне, пожалуйста, сюжет, достойный моей задумки». Нарада в ответ напомнил Вальмики про историю Рамы, царя Айодхьи. Тогда Вальмики ответил, что тоже слышал это имя, однако всей фактической полнотой жизни и деяний царя Айодхьи не обладает, поэтому боится исказить истину. Тогда Нарада сказал: «Ничего из того, что происходит в этом мире, полностью не состоит из истины. Твори, поэт! Что изречешь, то истиной и станет» [Dvived?, 2012: p.94-95].

Зажги во мгле свою звезду!
___________________________
Сергей Сычёв

« #9 : 09 Август 2017, 19:02:28 »
Андрей, большое спасибо! Познавательно.

Особенно заинтересовал Образ Христа-юноши:

Отправная точка эволюции облика Иисуса отстоит далеко от места назначения. Золоченые стекла являют нам исторически самый ранний тип: юноша с короткой стрижкой и без бороды. При этом апостолы часто (хотя и не всегда) изображаются бородатыми, особенно ап. Павел.
Иисуса в этот период еще не изображали с книгой, но зато он часто держит волшебную палочку – как маг.

Весьма необычный Образ. Особенно палочка в руке.

В связи с этим, мне вспомнилось описание облика Христа, данное американским визионером Э.Кейси.

Вот, для коллекции :), описание облика Христа из книги Долорес Кеннон "Иисус и ессеи". Это описание было получено во время сеанса "регрессивного гипноза". Один из пациентов (пациенток) Долорес имел в прошлом одно воплощение в облике одного из членов общины ессев под именем Садди. Вот это описание:

По словам Садди, у Иисуса были серые глаза, светлые, рыжевато-желтые волосы, короткая бородка, Он хрупкого сложения и ростом немного выше среднего. На Нем был светло-голубой плащ и длинная молитвенная накидка, которую, как шаль, набрасывают на голову и плечи. Их по сей день носят евреи в синагогах: «У Него пронзительный взгляд, а в глазах искорки»...   

Дух дышит, где хочет

ОффлайнАндрей Охоцимский

  • изъ бывшихъ
« #10 : 06 Сентябрь 2017, 23:24:48 »
Сокровищница Трирского собора умещается в одну комнату, но в ней действительно хранятся сокровища (см. весь альбом). Часть из них уже попала в заметку, опубликованную на сайте Православие.ру. Здесь мы взглянем «в лупу»  на детали знаменитой резной пластины из слоновой кости «Перенесение реликвии» (лупа может пригодиться, т.к. размер пластины около 15 см), а также представим ряд других экспонатов, не отраженных в вышеупомянутой заметке, в том числе широко известную кадильницу Гозберта. Начнем с «перенесения».


общий вид
Пластина «Перенесение реликвии», резьба по слоновой кости, общий вид

Мы видим торжественную процессию. Её возглавляет пеший император. У входа в недостроенную базилику, к которой с востока примыкает ротонда, его встречает императрица. Слева два епископа на конной повозке везут реликварий. Повозка только что проехала через ворота, увенчанные иконой Спаса. Очевидно, изображен исторически конкретный момент ввоза реликвии в город или во дворец. Но вот какой реликвии и в какой город? Мнения расходятся, так же как и датировка пластины. Господствующая гипотеза гласит, что изображен ввоз десницы первомученика Стефана в Константинополь в 421 г. Однако, само это событие известно лишь из источника начала 9 века и является, по-видимому, поздней легендой. Если эта гипотеза и верна, то и саму пластину изготовили примерно в эту же эпоху. Гипотеза, однако, остается гипотезой, и обсуждать эту дискуссию мы не будем. Лучше поговорим о самой пластине, которая не имеет аналогов в византийском искусстве.

Пластина удивляет многообразием живых деталей. Религиозная аура сочетается в ней с духом документальности. Чувствуется атмосфера момента. Мастеру почему-то показалось важным подчеркнуть, что церковь, в которую предполагается внести реликвию, еще находится в процессе постройки: трое мастеров кладут черепицу на крыше, а четвертый, похоже, лезет к ним на помощь. Они заняты своим делом и не смотрят на процессию. Подчеркнуто движение повозки с реликвией, в то время как император и свита уже стоят. Они держат зажженные свечи, а встречающая их императрица держит в левой руке длинный крест. Подчеркнутая симметрия фигур императора и императрицы встречается в византийском искусстве (напр. Сан-Витале в Равенне), однако в известных описаниях церковных ритуалов и дворцовых церемоний ничего похожего на изображенную процессию не найдено.

Изделие удивляет также высокой степенью скульптурности. Все головы и многие фигуры полностью отделены от основы, даже голова Спаса в надвратной иконе, заинтересованно наблюдающая за происходящим. Зрители занимают три этажа, причем фигуры среднего этажа держат в правой руке кадила, а левой задумчиво подпирают голову. Ознакомимся с деталями.

левый нижний угол
Епископы с реликварием - единственные бородатые персонажи. Они откинулись на подушку - возница поторапливает лошадей. Несколько участников церемонии к сожалению лишились голов.

середина внизу
Император одет по-военному: в короткой тунике, расшитой круглым узором, и плаще-хламиде с крупной застежкой на правом плече. На голове – диадема с подвесками. По одежде он мало отличается от свиты.

правый верхний угол
Рабочие кладут черепицы на крыше.  Почему было так важно подчеркнуть, что церковь еще достраивалась?  Зрители второго уровня держат кадила и подпирают головы в позе задумчивости. Опять видим безголовые фигуры (на третьем этаже)

правый нижний угол
А может четвертый рабочий не лезет, а падает? Может быть, характерная ротонда могла бы  помочь идентифицировать церковь... Дверь церкви полуоткрыта в знак готовности к внесению реликвии.

середина внизу
Надвратный Спас с длинными волосами и короткой бородой. Вокруг главы крещатый нимб. Если верна основная версия, то это –  известная икона с бронзовых ворот императорского дворца (т. наз. ворота Халке).

Перейдем к кадильнице Гозберта. Это виртуозное изделие из позолоченной бронзы высотой 22 и шириной 14 см, изображающее здание крестового храма. Если возжигание ладана уподобляется жертвоприношению, то неудивительно, что кадильница имеет вид миниатюрного храма: это и Храм Соломона и святой град Иерусалим, через который угадывается Иерусалим Небесный. Богатая иконография кадильницы Гозберта хорошо изучена [3]. На троне восседает царь Соломон, окруженный четырнадцатью миниатюрными львами. Под ним прототипы евхаристии: Мелхиседек с хлебом и вином, жертвоприношение Авраама и жертвоприношение Авеля. Четвертая фигура – Исаак, благословляющий Иакова. В нижней части по углам: Моисей, Аарон, Исайя и Иеремия. Здание поддерживается четырьмя атлантами. Несущее кольцо проходит через грудь Иисуса на троне. Его фигура невелика, но зато расположена выше всех (в рабочей конфигурации, т.е. при каждении). На уровне ног Иисуса трон окружают изображения четырех апостолов: Петра, Павла, Иоанна и Иакова (все кроме Павла – свидетели Преображения).

кадильница Гозберта
Кадильница Гозберта, ~1100. На нас смотрят царь Соломон на троне и Мельхиседек с хлебом и вином.

кадильница Гозберта, справа
А здесь виден Авраам, замахивающийся необычно огромным мечом на Исаака. И Иисус с кольцом в груди в окружении апостолов виден лучше

Представленные обложки богослужебных книг позволяют сравнить западную школу резьбы по слоновой кости с византийской.

обложка с Благовещением
Обложка книги с Благовещением. Саксония, 12 век

обложка с Распятием
Обложка книги с Распятием. Около 1170 г.

обложка с Распятием, деталь
Обратим внимание на узоры на драгоценных камнях. Так как в Европе своих драгоценных камней не было, все эти камни были взяты с античных изделий, пущенных на переплавку. Поэтому узоры на камнях декоративные или языческие. Золоченая скань дышит средневековьем ...

Евангелие, деталь
Noli me tangere (не касайся меня) уникальна  предельным динамизмом: Мария Магдалина почти падает к ногам воскресшего Учителя

Евангелие, деталь
Слева от распятия персонификация Церкви под одобрительным взглядом Богоматери собирает жертвенную кровь Иисуса в чашу. Справа – слепая Синагога, утерявшая корону, шагает по направлению к ап. Иоанну, который пытается уклониться  от общения …

Евангелие, деталь

В честь недавно прошедшего Праздника, завершим Успением…

Литература

По «Перенесению реликвии» работ много, приведу две важные статьи, выражающие разные гипотезы.
1. J. Wortley. The Trier Ivory reconsidered // GRBS, v. 21, 1980, pp.381-394.
2. S. Spain. The Translation of Relics Ivory, Trier // Dumbarton Oaks Papers, Vol. 31 (1977), pp. 279-304
И по кадильнице Гозберта - статья с полной расшифровкой, включая надписи
3. H. Westermann-Angerhausen. Incense in the space between Heaven and Earth – the inscriptions and images on the Gozbert Censer in the cathedral Treasury of Trier // Inscriptions in liturgical spaces. Eds. K. B. Aavitsland, T. K. Seim / Roma : Scienze e lettere, 2011, pp. 227-242.

Слово - это вышивка по ткани молчания.
«Последнее редактирование: 14 Сентябрь 2017, 07:04:34, Андрей Охоцимский»


 
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика