О природе связи творческого постижения мира субъектом-я человека с языком. Мышление и язык.Триггер, запустивший создание этого поста:
Андрей Охоцимский
#3 : 14 Ноября 2017, 23:57:25
Слово для поэзии - это примерно то же, что цвет для живописи. Действительно, поэт вплотную работает со словом, как и художник с цветом. Но поэтический образ при этом рождается вне языка, также, как идея картины рождается вне полотна. Он просто осознается в словесной форме.
Вот это осознание в словесной форме, на мой взгляд, указывает на скрытую от сознания поэта форму поэтического творческого процесса. Осознается уже отчасти готовый результат: словесно выраженная поэтическая строфа/фрагмент поэтического (шире сказать литературного) творческого произведения.
Рациональный поиск нужных слов для поэтического текста – мучителен и недостаточен для художественного творчества. Собственно работа творческого созидания совершается подсознательно (интуитивно), и как таковой результат творческого вдохновения осознается можно сказать постфактум, как это гениально выразил Пушкин:
«
И мысли в голове волнуются в отваге, И рифмы легкие навстречу им бегут, И пальцы просятся к перу, перо к бумаге, Минута — и стихи свободно потекут…».
То есть сам акт творения поэтического текста в словесной форме – это не рационально-рассудочное составление словесно-языкового текста, а работа подсознательного/иррационального вдохновения/интуиции, а не рационального рассудка.
С поэтическим словом работает не рациональный рассудок, а иррациональное интуитивное вдохновение поэта, а результат этой работы уже осознается рациональным умом и его задача – успеть зафиксировать на бумаге «свободный поток» словесного выражения того, что проделала в поэтическом вдохновении иррациональная/подсознательная интуиция поэта.
Об этом же пишет и Анна Ахматова:
«Мне ни к чему одические рати
И прелесть элегических затей.
По мне, в стихах всё быть должно некстати,
Не так, как у людей.
Когда б вы знали, из какого сора
Растут стихи, не ведая стыда,
Как жёлтый одуванчик у забора,
Как лопухи и лебеда.
Сердитый окрик, дегтя запах свежий,
Таинственная плесень на стене…
И стих уже звучит, задорен, нежен,
На радость вам и мне»Весьма интересен (и как и следует быть интересному – дискуссионен)
пост Сергея С ( #6 : 15 Ноября 2017, 20:47:06 ):
С.С. - Коренное отличие мыследействия от инстинкта в том, что инстинкт представляет собой автоматические реакции на усвоенные раздражители, тогда как при мыследействии обязателен запуск процесса мышления, а для этого уже нужен язык.
Поясню на том же очень удачном примере с футболистом. Футболист принимает на поле молниеносные решения. … Всё, что проносится в этот момент в голове футболиста, уже продумано и осмыслено этим футболистом на каком-либо языке ранее. Ему не нужно продумывать и осмысливать всё это на языке заново. Он лишь выбирает из своей памяти ту продуманную и осмысленную когда-то модель поведения, которая подходит данной ситуации
Этот пример с футболистом лишь подтверждает, что ни сознательного мышления, ни тем более проговаривания мыслимого во время игры на поле не имеет места. Решения как нужно обращаться с мячом заложены в памяти футболиста и все футбольные приемы обработки мяча, все тактические схемы поведения футболиста на поле во время матча футболист выбирает автоматически-инстинктивно как отработанные до автоматизма стереотипы поведения (в аналогии как мы не мыслим и не проговариваем в уме совершение каждого шага при ходьбе). Весь этот автоматизм (некогда ни думать, ни тем более проговаривать) футболиста на поле во время игры выработан во время бесконечных тренировок во время обучения футболиста и обретения личного опыта во время бесконечной практики участия в футбольных матчах.
Мышление у футболиста во время игры стратегическое, а тактическое владение техническими приемами ведения игры спущено до инстинктивного автоматизма, запечатленного в памяти игрока.
Вот и в целом по жизни человека огромная область его стереотипных действий пребывает в области автоматических поступков: мы не промысливаем и не проговариваем массу наших рутинных действий. Зато при потере памяти жизнь превращается в кошмар. Автоматика условных инстинктов перестает работать и человек (в зависимости от масштабов потери памяти) превращается в беспомощное существо (вспомним фрагмент из последнего фильма Гайдая: «- А можно полковнику Петренко вместо ордена - именной пистолет? - Зачем именной? - Сдаёт старик. Стал забывать, как его зовут. А так глянет -вспомнит»).
С.С. - Смею утверждать, что язык здесь служит не только для фиксации. Фиксация - дело последнее, но тоже важное. Сперва язык нужен для того, чтобы осмыслить и интерпретировать в контексте накопленных опыта и знаний происходящее, а уж потом происходит фиксация
Всё же не стоит смешивать разнородное и рядоположеное. Осмысление никак не есть прямое выражение в языке того, что мыслится/осмысляется. Не слово выражается в мысли, а мысли служат предметом, из которого ум вычленяет понятия-смыслы и далее комбинирует их в понятийные системы по правилам логического рационального выражения словесных (и символьно-формульных) текстов/речений.
Сперва в восприятии-постижении мира мы имеем дело с роем мыслей (ментальной реальностью мира). И этого роя мыслей человеческий ум вычленяет отдельные приватные понятия-смыслы. Затем идет работа ума по конструированию из понятий понятийных конструктов (гипотез, концепций, теорий) и эта конструктивная работа ума уже сопряжена с языком, словом, связанным с Логосом (правилами логики, по которым слова связываются в семантически обусловленный текстовый/речевой контекст). Вот так мы и имеем смысл, воплощенный в Слово, через текстовый/речевой контекст.
Вот в этой логической рациональной обработке приватных умозримых понятий-смыслов (семантики словесного языка) и сокрыто таинство мудрого Слова. Так Логос ума и творит из приватности понятийной реальности «внутреннего мира» продукт уже не приватный, а интерсубъектный – Слово, «захватившее» семантику приватного понимания в текстовые контексты.
Контекстность словесных речний/текстов позволяет субъектные понимания (слагаемые из понятийных конструктов) обращать-кодировать в знаковые слова (речение/тексты) с сохранением изоморфизма понятийного приватного конструкта контекстному знаковому языку. 