Кавказ: история, мифы, предания, эпос
Корабль власти

0 Участников и 1 гость просматривают эту тему.

« #1 : 27 Август 2011, 20:03:18 »

"И последние станут первыми"
, - гласит истина.

Но станут ли первые последними? Займут ли своё "почётное" место на обочине истории те, кто держал и держит нужды народа последними в перечне своих дел, выстраивая бюрократические и коррупционные преграды на их пути?

Наверно, это судить тем, кому однажды суждено стать первыми, то есть - самим народам.
Есть времена, когда не стоит желать власти.

Власти не стоит желать никогда, потому что она есть жестокое бремя. Но она есть и великая ответственность за судьбы людей и той территории, на которой они проживают. И если народ облекает ею своего избранника, то он вынужден взять бразды правления в свои руки.

В современном Дагестане, находящемся на стадии обретения собственного "я" в политике и в общественной жизни, представляющем из себя модель полуколониальной территории, которую сотрясают всевозможные бури, начиная от коррупции и терактов, заканчивая политическим неустройством полугосударственной системы федеративной республики, - сегодня нет жизнеутверждающей силы, связывающей народ и власть воедино.

Во-первых, народ не имеет прав выбирать своего лидера, его назначает общефедеральный глава, что снимает часть ответственности с плеч "назначенца" перед людьми.

Во-вторых, в многонациональном Дагестане не учитывается вопрос о равновесии в отношении пребывания у власти представителей основных дагестанских национальностей. В этом вопросе Кремль руководствуется своим видением обстановки, делая ставку на собственный политический интерес, при этом, не учитывая реального положения дел в этнополитическом пространстве республики и, выплавлявшихся веками, исторических реалий.

Но горе гордиться тем, что правители одной с тобой нации, если они не несут блага народам. Поэтому сегодняшнее положение дел на вершинах дагестанского олимпа не даёт преимущества ни одной из национальностей.

Капитаном "дагестанского корабля", как и всех прочих "единиц" бескрайнего океана федеративного государства, является президент России. Поочерёдно, сменяющиеся и "несменяющиеся" на последних исторических этапах - главы Дагестана, лишь штурманы и старпомы в этом увлекательном для них круизе. Пассажирами, как не трудно догадаться, являются народы Дагестана, волей судьбы, вынужденные вместе преодолевать все трудности этого плавания, под названием жизнь. О команде корабля лучше всего скажет то, в каком состоянии находится само это "ветхое", но непотопляемое судно с гордым именем Республика Дагестан. Ветхое же оно, конечно, лишь для тех, кто живёт на нижних палубах, являя собой необходимый для проформы электорат, или для тех, кто обитает в трюме, обеспечивая жизнедеятельность механизмов, наподобие того, как простой труженик, рабочий или хозяйственник делает незаметную, но в то же время незаменимую для общества работу.

Как и всегда, на судне есть и «бунтовщики», открыто выражающие недовольство курсом, взятым руководством. С такими, кто силой пытается изменить этот незыблемый (несмотря, на зашкаливающие все приборы измерения, штормы) курс, -  капитан решает быстро: "За борт!" (По аналогии: «мы их уничтожим!» - Д.Медведев.).

Так и идёт корабль, качаясь на волнах социально-экономических кризисов, натыкаясь на рифы политической нестабильности, попадая в круговорот геополитических "бермудских" треугольников.
При этом пассажиры стремятся особо не раскачивать эту «многоэтажную над уровнем моря» лодку, в которой плывут-таки неизвестно в какое светлое будущее, к каким прекрасным берегам. И твёрдо знают, что судьбы «Титаника» и даже «Броненосца Потёмкина» их небольшому кораблю небольшого плавания точно не уготованы; максимум, верят они, сядет он на мель, где-нибудь вблизи очередного внутриглобального политико-экономического кризиса. Сядут на мель и они, так как для них дело это привычное, стабильное, как медленно тягучие волны Каспия, в который, следуя известной аксиоме, впадает Волга.

Корабль власти, уже в общероссийском и общемировом масштабе, идёт туда, куда, судя по реакции людей, сами люди идти не желают. Суша, превратилась в один сплошной материк, где правят законы денежного тоталитаризма, где слово демократия, выглядит обрывком слова «демоно-кратия». Иначе, как понять, что демократия, правящая почти во всех уголках земного шара, сегодня атакует Афганистан, Ливию, организует государственную перевороты, проводит политику монетарного диктата во всех областях жизни?!

Корабль власти, создающегося на пространстве всей планеты, (анти-) мирового правительства, пока что не собирается идти ко дну, потому как ещё не встретил на своём пути айсберга, надвигающихся глобальных перемен в сфере человеческого сознания и разума. Всемирный «Титаник власти» устремлён всеми своими двигателями в далёкое будущее. Его капитаны в тумане своей славы, не видят, что впереди уже образуется гигантский ледник из чувств отторжения политической системы, сложившейся на данном историческом этапе, в бесперебойном режиме, проецирующейся на большую часть государств и территорий современного мира. В том числе и на субъекты нашей Федерации.

Но все опасения по поводу возможного непредсказуемого развития ситуации отходят на второй план, потому что - есть топливо в трюмах. Много топлива. И оно придаёт уверенности, а в некоторых случаях и самоуверенности. Потому пушки стреляют, снаряды рвутся, погребая под собой целые населённые пункты.

Всё хорошо. Все отсеки работают слажено. «Полный ход!» - Кричит капитан, и корабль устремляется дальше навстречу своей неминуемой судьбе…вечному року кораблей, не замечающих рифов и айсбергов на своём пути, таща за собой всех остальных…

Marat Shahman

---------------------------------
За движением и полётом – вечная свобода!…
«Последнее редактирование: 11 Июнь 2013, 10:08:26, Marat»

« #2 : 29 Август 2011, 13:52:36 »
Осип Мандельштам.


ПЕТЕРБУРГСКИЕ СТРОФЫ
                                                        Н. Гумилеву

Над желтизной правительственных зданий
Кружилась долго мутная метель,
И правовед опять садится в сани,
Широким жестом запахнув шинель.

Зимуют пароходы. На припеке
Зажглось каюты толстое стекло.
Чудовищна, как броненосец в доке, —
Россия отдыхает тяжело.

А над Невой — посольства полумира,
Адмиралтейство, солнце, тишина!
И государства жесткая порфира,
Как власяница грубая, бедна.

Тяжка обуза северного сноба —
Онегина старинная тоска;
На площади Сената — вал сугроба,
Дымок костра и холодок штыка...

Черпали воду ялики, и чайки
Морские посещали склад пеньки,
Где, продавая сбитень или сайки,
Лишь оперные бродят мужики.

Летит в туман моторов вереница;
Самолюбивый, скромный пешеход —
Чудак Евгений — бедности стыдится,
Бензин вдыхает и судьбу клянет!

Январь 1913



СУМЕРКИ СВОБОДЫ

Прославим, братья, сумерки свободы,
Великий сумеречный год!
В кипящие ночные воды
Опущен грузный лес тенет.
Восходишь ты в глухие годы —
О солнце, судия, народ.

Прославим роковое бремя,
Которое в слезах народный вождь берет.
Прославим власти сумрачное бремя,
Ее невыносимый гнет.
B ком сердце есть — тот должен слышать, время,
Как твой корабль ко дну идет.

Мы в легионы боевые
Связали ласточек — и вот
Не видно солнца, вся стихия
Щебечет, движется, живет;
Сквозь сети — сумерки густые —
Не видно солнца и земля плывет.

Ну что ж, попробуем: огромный, неуклюжий,
Скрипучий поворот руля.
Земля плывет. Мужайтесь, мужи,
Как плугом, океан деля.
Мы будем помнить и в летейской стуже,
Что десяти небес нам стоила земля.

1918

_______________________________________________
Роза Мира не является новой религией и новой культурой,
но ансамблем и диалогом религий и культур.

« #3 : 17 Февраль 2012, 14:59:43 »
На разных высотах

Автомобиль поднимался в гору. Я чувствовал, как приливает кровь к вискам, дыхание учащается. Мы с тренером и партнёрами по клубу обсуждали предстоящее соревнование. Проезжая мимо маленьких деревенских домиков, чем-то похожих друг на друга, аккуратных и ухоженных, я неосознанно вглядывался в глубину их внутреннего мира. До Субена оставалось всего несколько километров. Ещё пара поворотов по вьющейся серпантином дороге и мы будем на месте. Дыхание, тем временем, нормализовалось, организм привыкал к особенностям горного климата.

…Приближался четвёртый раунд. Перед глазами промелькнула, виляющая бёдрами девушка с табличкою в руках. Она улыбнулась мне и скрылась в пространстве между канатами. Я начал раунд с тех же рваных атак, что и в ранних раундах. На этот раз противник, русский боксёр из Германии, старался держаться на дистанции, изредка пытаясь поймать меня навстречу. В одной из таких его вылазок, я резко выбросил левый крюк, и он упал, как подкошенный. Зал взревел от восторга. Мой бой был последним, и все ожидали его, а больше всего ожидали нокаута, так как многие из них поставили свои кровные на тотализаторе именно на нокаут.

Соперник лежал не в силах подняться. Судья жестом указал мне на угол и стал отсчитывать до десяти. Меня поздравляли. Рад был и мой тренер, несмотря на некоторые недовольства по ходу поединка. Рефери поднял мне руку, и диктор объявил победителя, вручая мне кубок и корзину с призами. В ней были местные продукты: сыр, пирог, пиво и всякая всячина. Денежные призы мы получили уже отдельно.Кстати, после окончания соревнования, мы дружески пообщались с моим противником, пожали руки и пожелали друг другу дальнейших успехов.

Итак, я стал чемпионом региона земли Верхняя Австрия. Титул, понятное дело, не большой. Но ценность его состояла для меня в другом; я вспомнил долгие месяцы, время, которое я прожил в Альпийских горах этого самого региона, откуда уехал после. Я вспоминал дни, проведённые в самостоятельных тренировках (спортзалов для единоборств в деревнях, где я жил, не было). Ежедневные пробежки в горах, атлетическая работа с камнями, обучение боксу местных детей, самостоятельное изучение языка, всё то, чем я занимался на тот момент, одновременно тяготясь тем, что не могу посвятить себя полноценным тренировкам и спаррингам в боксёрских клубах какого-нибудь большого города. Только сейчас я полностью осознал ценность тех дней и занятий, которыми я наполнял их.

Но размышления мои, так или иначе, связанные со спортом, не о нём самом. Больше всего, что удивило меня там в горах, в настоящих горах, таких, какие и у нас в Дагестане, но со свойственными им особенностями, - это быт людей, чьи деревни расположились, как в предгорьях, так и в высокогорных районах австрийских Альп. Деревни эти оснащены всем необходимым для нормальной жизни, начиная от современных школ и стадионов, заканчивая стоматологическими клиниками и гостиницами. Связывая многочисленные дорфы (Dorf – село. нем.) между собой, в горах на разных по отношению друг к другу высотах, расположились небольшие, но уютные города, к которым ведут дорожные коммуникации и трассы. В них, как и положено городам, есть госпитали, нотариальные конторы, управления по трудоустройству(!) и другие важные социальные учреждения, обслуживающие близлежащие населённые пункты. Шэрдинг, Рид, Субен и прочие центры аккуратно разбросаны по всему горному массиву верхнеавстрийских Альп . И это то, что больше всего удивило меня, и дало почувствовать разницу между жизнью в австрийских Альпах и дагестанских горах, где и поныне нет ни одного, хотя бы небольшого города (за исключением, разве что, свалившегося на голову горцам военного городка в Ботлихе), а сами сёла, во всех отношениях, разительно отличаются от образа благоустроенных европейских деревень.

Нет смысла, говорить о различии менталитета австрийцев и дагестанцев, об исторических реалиях двух регионов, о благоденствии одних и прозябании других. Дело даже не в этом, а в стремлении власти одной страны, развивать жизнь во всех уголках своей родины, строить, создавать условия для удобства жизни своих граждан, а не наоборот: перекрывать тоннели, откладывать строительство дорог, а средства, которые приносят реки, природные ресурсы, дарованные Богом людям, живущим там, использовать в своих целях.

Вот, в чём, как мне кажется, главное отличие между ними и нами. В головах или в главах их и наших. В головах их глав никогда не родится мысль оставить без внимания нужды своих граждан, а тем более не внять их разумным требованиям. В главах наших голов, или наоборот (уже не столь важно), равнодушное отношение к людям, к их быту и условиям их жизни – привычное состояние. Главное, чтобы возвышались их рукотворные крепости; дороги и тоннели, где они перемещаются, были всегда открытыми для них. А люди, пусть копаются в своих абрикосах, сушат их и пасут овец, ведь коммуникации созданы не для того, чтобы они ими пользовались. И вообще, тоннели созданы для перемещения военной техники, призванной укрощать недовольных своим положением граждан, для российско-советской армии, которую, почему-то, до сих пор поминают недобрым словом те же "благодарные" австрийцы.

Выход один: головы наши должны думать, думать хорошо, чтобы мы были способны трезво смотреть на вещи и выбирать во главу тех, кто не будет считать нас за стадо, недостойное благоустраивать свои сёла и воздвигать новые города, кто не станет обрекать свой народ на голодовку или очередную акцию протеста.

А заграница нам не поможет, если только своим примером в отношении благоустройства собственной жизни и умения отстаивать свои законные права.

P.S. Так, что с гонгом ничего ещё не заканчивается, а успех кажется всё более призрачным и далёким, и лишь это чувство подвигает к новым стремлениям на пути к обретению себя…

…Впереди долгая дорога назад, к родным очагам, где всё по-другому, где и сама жизнь не принимает даров из рук, отдающих их с закрытым сердцем. Возвращение всегда непросто, но оно необходимо человеку, потому что жизненный путь, как горный серпантин, вращаясь, возвышается ввысь, в горы, где километры исчисляются высотой, а деяния оцениваются временем…


 

Не слыша гонга, рвёшься в бой.

Такая у стихий природа…

Какой отмечена судьбой

Жизнь твоего народа?

Мне не ответить на вопрос,

Ведь я лишь человек,

Спроси в саду у диких роз,

Спроси у горных рек.

Быть может скал холодных твердь

Таит в себе ответ,

Ей незнакомо слово смерть

И истощенье лет.

Краеугольный камень есть

У мастера всегда

Ведёт Творец седьмых Небес

Народ свой к Дню Суда.

И камень этот держит кров

На каменных плечах

Чтоб пламя горских очагов

И свет в родных очах

Не затушил безумный вихрь

И хаос беглых дней

Не расшатал основ святых,

Не вверг во тьму людей…


2011

Marat Shahman

---------------------------------
За движением и полётом – вечная свобода!…
«Последнее редактирование: 30 Май 2013, 17:17:48, Marat»

« #4 : 25 Май 2013, 19:22:41 »
Говорят, - когда пушки стреляют, культура медленно умирает. В Дагестане она умирает в то время, когда шелестят купюры в денежных мешках и звенят золотые слитки в подвалах нуворишей. А стреляют здесь практически регулярно; в таком случае культура вообще не должна была родиться. Но она есть, хоть и влачит жалкое существование на попечении министерства "без культуры".

Как-то находясь на берегу моря на веранде летнего кафе в Махачкале, я обратил внимание на здание филармонии, что напротив. Впечатление жалкое. В соседстве с частными особняками и шикарными ресторанами Дом Культуры выглядит действительно жалко, Дагестанская государственная филармония медленно, но верно разрушается, иссыхает в своём физическом теле. Недавно СМИ обратили внимание на бедственное положение филармонии.



Зал ДГФ признан специалистами уникальным по своим акустическим данным, и что важно, у филармонии есть своя неповторимая творческая история и судьба. На её сцене, когда игрался знаменитый "Хочбар", родилась идея создания Дагестанского Государственного театра оперы и балета. Но видимо кому-то выгодно, чтобы объекты (как странно звучит...) храмы (!) культуры умирали, а на месте их возводились гостиницы, всевозможные шопы, начинённые всекитайским и турецким барахлом, злачно-жрачные заведения, приносящие каждодневные шальные деньги.

"Сегодня наша республика больше похожа на гигантский мастодонт, эклектическое чудище с множеством ядовитых щупальцев, тысячей глаз и таким же количеством ртов. Но безголовое", - написал "Черновик".
И не нужны этому чудищу голоса филармоний, достаточно далалайно-балалайной этно-попсы, заполонившей театры и концертные площадки. Достаточно? Но такую ли историю оставили предки, которую можно выразить в двух-трёх аккордах синтезатора и незамысловатых словах "о том о сём"?!

25 мая

Marat Shahman

---------------------------------
За движением и полётом – вечная свобода!…
«Последнее редактирование: 11 Июнь 2013, 10:23:05, Marat»

« #5 : 11 Июнь 2013, 10:16:24 »
Свободный? Сильный?

Хаджимурад Камалов.
16.07.2010 г.

Глава… Правитель… Властелин… Так ли ты свободен, как слишком лестно думаешь о себе? Оглянись... И что ты видишь? Свою свирепость, которой никто не боится, кроме окружающих тебя твоих служек? Так оно так и есть – кроме этих окружающих тебя лизоблюдов, тебя никто не боится.

И даже когда рядовые люди, обыватели, приходят к тебе просить о чём-то, они не боятся тебя до самых твоих дверей. А за дверьми они просто принимают твои правила игры: они знают, что тебе важно слепое подчинение, что ты любишь видеть на их лицах страх, что тебе нравится их челопреклонность, и они это имитируют, чтобы решить с твоею помощью свои проблемы. Ну и где же твоя свобода? Где СИЛА?

Вот эту свою смешную силу, основанную на страхе служек, ты называешь СВОБОДОЮ? Не льсти себе... Нет у тебя той силы и той свободы, которые ты себе пририсовал в воображении. Хочешь, я с лёгкостью сумею разубедить тебя в твоей уверенности? Ну, слушай…

1. Ты боишься стареть. Следовательно, панически боишься смерти. И ещё боишься после ЕЁ наступления оставить своим детям земной ад. Кто, как не ты, знает, что твою «СИЛУ», твою «ВЛАСТЬ» и твою «СВОБОДУ» не простят твоим детям. А ты не привил им иммунитета. Ты оставил им в наследство всего лишь много имущества. Просто очень большое имущество в самом обычном смысле, с несметными деньгами и... много-много врагов. А обыватели не столь великодушны, сколь ты сегодня можешь себе позволить быть.

Великодушие ведь привилегия сильных, и ты, усвоив этот нехитрый урок от наших предков, подарил себе право быть великодушным. Но обычные люди не обязаны это в тебе ценить как-то по-особенному. Они не обращают на твоё великодушие никакого внимания: это же ТВОЙ подарок самому СЕБЕ. Об этом мудрые предки вслух не говорили. Они полагали, что их умные потомки будут считать это само собой разумеющимся: сильный – значит великодушный. Поэтому за твои успехи и свои поражения люди будут мстить твоим детям. Смилуйся, ТагIалаh, и не дай тебе стать свидетелем этого.

Сможешь ли ты сказать: «Он – мой наследник! Я воспитывал его ДЛЯ СЕБЯ»? Нет. Не обольщайся. Ты не ВОСПИТЫВАЛ его, а ВЫРАЩИВАЛ. Единственное, в чём ты прав, – действительно для себя. Поэтому наследник и гражданин из него едва ли получится.

2. Ты очень боишься тех, кто находится выше тебя на лестнице власти. «Федералы» – это ведь не только слово, которое придумали «журналисты и ваххабиты»; ты тоже федеральные органы называешь федералами, когда критически оцениваешь степень своей свободы от их посягательства. Боишься. Поэтому торопишься дружить с ними. То есть ты боишься власти и ты стремишься во власть. Она, власть, должна, по твоему разумению, сделать тебя недосягаемым и сильным. Стоп! А разве ты слаб? Ты же считаешь, что ты силён!

3. Каждую секунду ты отдаёшь себе отчёт, что боишься боевиков. Тут можно было бы не продолжать. Разъяснений не требуется, ты лучше всякого знаешь это. Что тебе объяснять... Любые мои доводы, любое искрящееся слово меркнет перед твоей собственной осведомлённостью в этом вопросе. Даже своих кровников ты боишься меньше.

А почему? Разве у тебя меньше вооружённой охраны, чем у этих? Нет. Так в чём же дело? А дело в том, что, в отличие от окружающих тебя служек, боевики не боятся ни их, ни тебя самого. Говоря по совести, просто не бояться тебя, конечно, мало. Надо не бояться и иметь в кармане маузер. У многих не боящихся тебя нет в кармане маузера. А у ЭТИХ есть...

Так где же твоя сила? Ты боишься смерти. Ты боишься федералов. Ты боишься боевиков. А кого же ты тогда не боишься? Не боишься тех, кто слабее тебя? Велико мужество.

Образумься, пока не поздно… Оглянись... Разуй глаза... Раскрой сердце...

Х.К.
-----------

15 декабря 2011 года Хаджимурад Камалов погиб при покушении на него.

Marat Shahman

---------------------------------
За движением и полётом – вечная свобода!…


 
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика