Перекличка вестников
Афанасий Фет (поэзия, вестничество)

0 Участников и 1 гость просматривают эту тему.

Афанасий Фет. Избранные стихотворения в Библиотеке вестничества

Творчество Фета немногими воспринимается в серьезном мировоззренческом или философском ключе. Виной этому не столько отсутствие серьезных мотивов в его поэзии, сколько другие (безусловно положительные) качества, зачастую полностью завладевающие вниманием читателя. В первую очередь это несравненная ритмическая красота, певучесть стиха, сквозь которую бывает непросто прорваться к буквальному смыслу написанного. Многие современники поэта и вовсе утверждали, что, поскольку Фет творит чисто по наитию, «поёт как птица», то бесполезно и искать какой-либо смысл в его стихах.

Представленные здесь избранные стихотворения, я полагаю, полностью опровергнут это утверждение. Вместе с тем очевидно, что для сознания, овладевшего читательскими массами в 60-70 годы XIX века, смысл многих из этих стихов действительно был неподъемен, и лучшее, что могло быть тогда сказано в адрес поэта, это признание за ним музыкальности, захватывающей поэтичности и чуткости к красоте природы.

Действительно, природа у Фета раскрывается в невиданных для русской поэзии красках, нежных и ослепительных. Но она бы не зазвучала так, если бы поэт не прозревал за красками и дуновениями природы некую скрытую реальность, одухотворяющую и гармонизующую всё нами видимое. Далеко не всегда природа у Фета «очеловечена», то есть приведена к привычной для человека сфере ощущений (или – что еще проще, и что чаще всего в поэзии происходит – становится выразителем чисто человеческих чувств). Напротив, чем дальше, тем более задумывается поэт о самостоятельной, труднопостижимой для человека жизни природы, пытается прочесть ее таинственные знаки.

Постепенно в стихах Фета возникает типично романтическая тема двоемирия, мысль другом, идеальном мире, постоянно присутствующем как бы за какой-то тонкой пленкой, неразрушимой, но иногда позволяющей мысленно за нее заглянуть. И о смерти, как возможности разрушить эту преграду, ощутить идеальный мир полностью, всеми данными человеку чувствами. Вполне определенно это выражено в таких стихах, как «На корабле», «На стоге сена ночью южной…», «Грезы», «Не тем, Господь, могуч, непостижим…», в стихотворном диптихе «Измучен жизнью, коварством надежды…» и «В тиши и мраке таинственной ночи…».

Много произведений посвящено размышлениям о сути творчества, о внеличностных, трансфизических его истоках, безусловно ощущаемых поэтом («Туманное утро», «Музе», «Что ты, голубчик, задумчив сидишь…», «Я потрясен, когда кругом…», «Как беден наш язык! – Хочу и не могу…» и другие. Программное, наиболее полно отражающее эти мысли стихотворение «Одним толчком согнать ладью живую…»).

Еще одна особенность, выделяющая Фета среди всех его современников, в том, что мотив любви, преклонение перед женщиной перерастает в некое восхищенное поэтическое парение, за которым угадывается уже иной источник вдохновения – не женщина в ее конкретности, а Женственность, как некая наполняющая мир стихия. В русской поэзии впервые этот мотив зазвучал у Жуковского, теперь он проявился с еще большей определенностью и космичностью – в стихотворениях «В благословенный день, когда стремлюсь душою…», «Как ясность безоблачной ночи…», «Ты вся в огнях. Твоих зарниц…», «Во сне».

Множество и других тем, как сквозных, волновавших поэта на протяжении всей жизни, так и мимолетно вплетавшихся в его творчество, складываются в многокрасочный, авторски-неповторимый поэтический узор. В целом из них выстраивается сложная, иногда мучительная, но и по-своему гармоничная сфера смыслов и чувств, в чем-то принадлежащая XIX веку и только ему, но и выносящая поиски века в пространство вневременных, вечных ценностей.

____________________________________
Пою, когда гортань сыра, душа – суха,
И в меру влажен взор, и не хитрит сознанье.
О. Мандельштам
«Последнее редактирование: 26 Август 2014, 09:39:03, ВОЗ»


 
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика