Окончание комментариев по главе 3 Кантовские априорные формы познания и творение иллюзорных (сущих в воображении) темпоральных и ноуменальных объектных миров«Его нет в сознании обыденном. Он [опыт Бытия Единого] раскрывается лишь напряженной активностью духа. Нельзя говорить о существовании объективной действительности с точки зрения статического и пассивного сознания. Такого рода действительности самой по себе не существует»
[/i]
Зато существует Иллюзия самосущего бытия объектных миров. И эта Иллюзия творится в человеческих априорных формах чувственности (чувственного восприятия) и рациональности (форме априорности умозрения), открытых Кантом. Пространственно-временной (темпоральный) объектный мир отнюдь не самсущ, а творится Субъектом Божественным/субъектами человеческими как различаемые ими объектными действительностями.
Объектный всемир сотворенный мировым Субъектом-Богом имеет существование исключительно в рамочном пространстве априорной формы Божественного Воображения. Пока Бог держит в Воображении Образ объектного всемира, мир и имеет свое тварное бытие, а Бог именуется Вседержителем мира.
Равным образом человек в своем чувственном априорном воображении содержит априорно формы пространства и времени и в своем пространстве-сознании творит собственный темпоральный объектный мир объектной действительности человеческого субъекта-я.
Вот и получается, что сколько в тварном мире имеют сущее бытие людей, столько объектных миров имеют бытие в их (людей) априорном чувственном восприятии, которое наполняет-расширяет сознание человека своим персональным объективным миром, или объектной действительностью субъекта-я человека.
Но объектная действительность человеческого субъекта не сводится к вмещению в сознание человека феноменального чувственно воспринимаемого-воображаемого мира. В содержание/контент сознания человека также вмещается и умозрительное созерцание человеком объектного мира. А этот мир, вмещаемый-расширяющий сознание человека, есть ноуменальная картина (понятийно-смысловая модель) мира в сознании, именуемая «субъектной онтологией».
Человек сам творит свой персональный объектный мир и совершенствует его через свою же духовную эволюцию «Действительность есть бесконечная жизнь, всегда активная и динамичная, и открываться она может лишь жизни активной и динамической. Реальность бесконечного духовного мира не может прийти извне, она приходит лишь изнутри, как сама духовная жизнь в глубине. Я сам должен обнаружить реальность духовного мира, раскрыть ее в своей, жизни, в своем опыте, а не ждать, что извне она будет мне показана»
[/i]
Эта реальность духовного раскрывается субъекту-я по мере того как его (я) интуиция будет направляться не на внешний объектный мир (творимый-различимый этим субъектом-я в рамках априорности, присущей субъекту-я чувственного восприятия, придающего чувственной картинке «внешнего объектного мира» темпоральную форму феноменального пространства-времени, в которой имеют бытие предметы-объекты «внешнего мира»), а на «внутренний мир» реальности внетемпоральной, представленной предметами горнего мира платоновских идей, в тварном мире облеченных априорностью ноуменального пространства умозрительного созерцания понятийно-смысловых предметов, образующих смысловые внетемпоральные модели реального мира, именуемые «субъектными онтологиями».
Вера как начало-исток и итог откровения (Альфа и Омега). Сознание есть место-пространство встречи низшего и высшего миров в духовной эволюции человека«Откровение исходит из божественного, а не человеческого мира, но оно идет к миру человеческому и предполагает внутреннее в нем движение. Откровение предполагает созревание человеческой природы для его принятия, предполагает духовную жажду и алкание человека, искание человеком высшего мира, горькое недовольство миром низшим. Божественная жизнь открывается двойным движением, движением в двух природах, божественной и человеческой, через изменение сознания, происходящее от движения сверху и снизу, предполагающее действие божественной благодати и человеческой свободы. Феномен откровения имеет обратной своей стороной феномен веры. Откровение невозможно без события в духовном опыте человека, которое мы именуем верой, как и вера невозможна без события в духовном мире, которое мы именуем откровением. Реально-предметная вера предполагает откровение, движение из божественного мира, но откровение может войти в мир, потому что его встречает вера, как событие духовной жизни человека»
[/i]
А кто же распорядитель, направляющий жажду духовного в человеке навстречу Божественной природе, всегда готовой открыться человеку? Это человечский дух, или субъект-я. Вот для пробуждения жажды духовного в человеке, в человеческом духе ему (духу) требуется толчок-триггер. И таким триггером выступает «горькое недовольство миром низшим». Откуда же это недовольство порождается в жизни человеческой в низшем дольнем мире? Ответ содержится в учении Будды Шакьямуни «Четыре благородных истины» о природе страдания. Осознание этих истин пробуждает в человеке веру в существование высшего мира, свободного от страданий существования человека в тварном дольнем мире. Следование пошаговое так называемому Восьмеричному пути при обретенной вере в существование высшего Божественного мира составляет саму суть эволюции духа человеческого в дольнем мире с постепенным ослаблением привязанности человека к дольнему миру (миру преходящих приобретений и неизбежных потерь).
Окончательное расставание с Иллюзией привязанности человека к миру Иллюзии-Майя означает освобождение человека от иллюзорных «цепей», приковывавших человеческий дух к дольнему миру с чередой перерождений духа человеческого в Колесе сансары. Теперь дух человека восходит в духовной жизни-духовной эволюции на новую ступень – в мир нирванический. Колесо сансары осталось позади. Впереди жизнь духа в мире большей степени свободы, без воплощения в физический мир страстей и страданий с грубым материальным плотским телом.
Сознание при этой духовной эволюции субъекта-я, меняясь, остается прежним – принадлежащим всё тому же субъекту-я. Ведь подлежит изменению не собственно сознание-пространство вмещения объектного содержания, а это содержание-контент, наполняющий-расширяющий границы осознания субъектом мира. В аналогии по мере расширения воздушного шарика за счет увеличения объема воздуха (контента, наполняющего шарик) меняется не сам шарик, а его наполнение-контент. Так и память человеческая не перестает быть памятью человека по мере расширения памяти всё большим объемом содержания-контента. Так и сознание человека не престает быть сознанием человека при расширении своих границ. Сознание – это не содержание-Знание человеческое, а пространство вмещения объектной действительности субъекта-я.
Иллюзия мира дольного, так называемого «внешнего объективного мира»«Восприятие и познание открытой, видимой, со всех сторон нас обступающей действительности не требует свободного напряжения духа для установки самого предмета, самой реальности. Мы должны в свободной активности духа оторваться от одного мира, чтобы обратиться к другому миру. Мы должны освободиться от давящего гипноза мира видимых вещей, закрывающих для нас мир вещей невидимых. Когда мы замкнуты в застывшем средне-нормальном сознании, для нас открыт уплотненный видимый «эмпирический» мир и закрыт мир духовный, иной мир. Никакое принуждение и насилие не исходит от невидимого, таинственного мира»
[/i]
Дольний мир Иллюзии-Майя есть продукт условного расчленения мира Единого на оппозицию горнего нетварного мира (в котором обитают платоновские «чистые идеи») и мира дольнего тварного, в котором идеи горнего мира облекаются в материальную плоть тварно-сущих вещей-объектов явленных в двух материальных формах бытия.
Эти материально-объектные формы бытия в тварном мире «чистых идей» есть феноменальная темпоральная форма сущего бытия чувственно данных человеческому субъекту вещей объектного мира, представленного в сознаниии человека феноменальной картинкой мира вещей и событий, имеющих место во «внешнем мире». Этот чувственно-феноменальный мир есть продукт-следствие обладания человеком априорной формы чувственного восприятия, в котором человеку и дан «внешний феноменально-объектный мир».
Вторая форма сущих объектов тварного мира есть облечение человеческим субъектом «чистых идей» горнего мира в тонко-материальную плоть ноуменальных внетемпоральных понятий-смыслов, с помощью которых разум человека познает-постигает (понимает) суть «чистых идей». Но эта форма познания-постижения у человека несовершенная (не достигающая всеполноты знания истины «чистых идей»). Это ноуменальное умозрительное постижение мироздания в своей природе проекционно-участненно: в ноуменальной форме представления-явления «чистых идей» в сознание человека происходит редукция-упрощение Истины до лишь частичек-крупиц Истины в ограниченном умозрении и ограниченном сознании человека.
Вот такие проекционные плоды умозрительного постижения «чистых идей» горнего мира именуются «субъектными онтологиями» в познании Истины человеком.
Ну а преодоление в перспективе ограниченности проекционного познания Мира человеком связано со свободой воли человеческого субъекта-я, когда человек по свободному выбору своей воли приобщится интенции на постижение полноты Божественной Истины, что дана в откровении-интуиции человека, да редуцируется ограниченным умом до проекционного познания лишь частичек Истины во всевозможных «субъектных онтологиях».
Так что даже интенция на достижение духом человека Истины-Бога предполагает не «катастрофу» сознания, описываемую Бердяевым, а неустанное волевое усилие-устремление, которое из жизни в жизнь в Колесе сансары влечет человека собирать крупицы Истины в свою духовную «чашу накоплений».
Вера и знание«Вера есть акт свободы духа, вне свободы нет веры. Этим вера отличается от знания. Но знание также предполагает веру, т. е. первичную интуицию действительности, к которой направлен дух и которую дух себе избирает. …Вера идет из глубины подсознательного или высоты сверхсознательного и опрокидывает установившиеся формы сознания. После этого события духовного опыта открывается новая возможность знания, знание мира духовного, мира Божественного. Новый, высший гнозис не отрицается верой. Вера расчищает опытный путь для гнозиса. Но гнозис этот совсем не есть рационально-логическое доказательство бытия Божьего. Такое доказательство бытия Божьего уподобляет Бога принуждающим предметам видимого природного мира. Бог есть Дух, и открывается Он в интуитивном созерцании духа. Гнозис и есть духовное знание, основанное на жизненном созерцании духовного мира, совсем несходного с миром природным»
[/i]
Здесь вера трактуется как основание не просто добывания в познании знания о мироздании, а основание постижения духовного знания – знания о нетварном мире платоновских идей, которые в рациональном проекционном познании облекаются в форму двух родов объектов (двух родов объектных миров). Это в рациональном знании есть объектная картинка (так называемая «объективная реальность») феноменального темпорально-событийного мира – одна форма объектного мира. И ноуменальная (понятийно-смысловая) картина, или логическая система, описывающая мироздание в форме объектов-ноуменов (системы понятий), именуемых «субъектной онтологией».
Гностическое же знание в отличие от объектного знания, пребывающего в сознании человека как сознания объектный контент-содержание, представлено в сознании человека внеобъектно в форме интуитивного откровения, приоткрывающего человеку необъектную реальность мироздания в форме платовновских «чистых идей» горнего мира – мира Божественного не-проекционного, а всеполной Божественной Истины.
Но интуиция человека по причине ограниченности падшей природы (принципиального неведения) именно что лишь приоткрывает человеку в откровении всеполноту Истины горнего мира. Человек зрит в своем умозрении (зрении оком ума) Мир Истины лишь сквозь «тусклое стекло». Чтобы зрить Истину в её всеполноте человек должен духовно взойти из падшего состояния неведения в духовное состояние Просветления. Вот тогда в долгом процессе духовной эволюции в падшем мире Иллюзии человек настолько духовно совершенствуется, что сможет зрить Истину напрямую уже не через «тусклое стекло» и при этом не сгореть в Свете, исходящем от Божественной Истины.
Духовный опыт и учение об авторитете. Для неофитов нужен авторитет духовного учителя«Истины религии, истины откровения предполагают максимум духовной общности, самую высшую его ступень, предполагают соборность сознания. Эти истины открываются общению в любви. Они существуют лишь для духовно близких и родных. Они неубедительны, недоказательны, необязательны для чужих и далеких, для стоящих вне круга духовной общности. Вне единого, общего духовного опыта эти истины мертвы. Нельзя доказать чужому и далекому реальности того, что открылось в духовной жизни. Логизация и юридизация религиозных истин имеет социально-экзотерическое значение. Так, мир духовный принижается до мира природного и приспособляется к формам общения этого разорванного мира. Природному человеку нужна еще логическая и юридическая общеобязательность, он уподобляет религиозную жизнь жизни этого мира и Царство Божие представляет себе по образу царства кесаря. Но в духовном мире все иное. Учение об авторитете, как о высшем критерии истины, рождается из уподобления порядка мира иного порядку мира сего, из потребности удержать твердую почву в этом мире. Учение об авторитете может быть нужно на известных стадиях для душевно-природного человека и душевно-природного мира, но оно отражает слабость в вере, недостаток духовного опыта, неспособность созерцать истину и видеть реальность»
[/i]
Подразумевается, что человек ещё духовно неокрепший, но уже алчущий духовной жизни, чтобы не сбиться с избранного Пути духовной эволюции нуждается в духовной поддержке авторитета учителя-духовника. В противном случае велика опасность вместо продвижения по Пути духовного восхождения впасть в прелесть, исходящую от лукавого.
Ступени откровения являют себя в ступенях расширения содержательного контента (знания) человеческого сознания«Откровение связано с структурой сознания и ступенями сознания. Уже этим определяется существование ступеней откровения. Ступени откровения, излияние божественного света соответствует изменениям в структуре человеческого сознания, разным направлениям духа и разным ступеням раскрытия духа. В раскрытии ступеней откровения меняется не только человек, но меняется и мир, наступают новые эпохи в самой первожизни, во вселенской жизни духа. Откровение ветхозаветное, ограниченное сферой жизни еврейского народа, соответствует ступени ветхозаветного древнееврейского сознания. Свет откровения изливается лишь в соответствии с вместимостью сознания, с раскрытостью природного человека для духовного мира»
[/i]
Содержание-контент сознания возрастает по мере того, как становятся подвижнее, растяжимее границы человеческого сознания. Это в свою очередь становится результатом-плодом духовной эволюции человека – накопления в тварной земной дольней жизни бесценного опыта человеческого духа. Того опыта, что измеряется согласно поговорке «за одного битого двух небитых дают», или как гениально сказал Пушкин «Опыт – сын ошибок трудных».
Благодяря постепннному накоплению духовного бесценного опыта сознание становится всё более вместительным-расширенным. В нём умещается объем Знания превышающий широту и глубину сознания с прежним духовным опытом.
Вот с учетом этого, принципа расширения сознания человека в его земном бытии, и даются Человеку учения Божьих пророков поэтапно по мере того, как расширяется сознание Человека. Так Господь Иисус Христос учит, что если раньше (в ветхозаветную эпоху) Учение Божие в устах пророка Моисея вмещалось в сознание человеческое в догматах церкви таких как «не убий», «око за око» и других, то в эпоху новозаветную Иисус Христос утверждает ветхозаветный Закон в новой редакции. В заповеди не убий теперь порицаются такие грехи как гнев, презрение, унижение человеком человека. В заповеди «возлюби врага своего как самого себя» утверждается принцип «делай добро вопреки злу», что обращает ветхозаветный принцип «око за око» в новозаветный принцип «кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую» (Мф. 5: 39)
Антогонизм церковной доктринальности (законничества) и сущей в религии благодати и свободы «Библейское откровение и символически изображенный в нем космогонический и антропогонический процесс понимаются все еще ветхозаветно, а не новозаветно. Христианство в огромной своей части все еще остается законническим христианством, оно преломлено в природном человеке, как религия закона, а не религия благодати и свободы, оно приняло подобие природной жизни этого мира с ее неотвратимыми законами. Самая тайна изливаемой благодати натурализируется, объективируется, рационализируется, понимается по аналогии с действующей в природном мире силой. Это мы видим в очень яркой и организованной форме в католическом богословии. Христианство проходит как бы через законнический, ветхозаветно-языческий фазис своего развития и раскрытия. Пророческий дух в христианстве отрицается. Христианство превращается в статическую, застывшую систему в богословских доктринах, в канонах, во внешнем церковном строе. Церковь представляется достроенным зданием, с возведенным на вершине куполом. Бесконечность духовного мира закрывается. Господствовать начинает христианское законничество и фарисейство»
[/i]
Проблема здесь заключена в том, что Истина невыразима средствами объективации необъектного в своей сути Божественного горнего мира. Вот потому доктринальность богословия неизбежно влечет облечение Божественной Истины в Её суррогат – объективированные в словесную форму церковные доктрины, в которых «улетучивается» Тайна необъектного (иррационально непостижимого способом рационально-объектным) так называемого эзотерического «Тайного Знания». Вот тут и «попал в точку» Федор Тютчев с его знаменитым «
Мысль изреченная есть ложь».
Бесконечная же необъективируемая Истина «живет» в иррациональном внелогическом интуитивном откровении. И она для тварного человека в этом смысле есть непознаваемая Сущность Бога.
Антагонизм религиозной доктринальности и Тайны Бытия Божия«В нашем человеческом мире отображается таинственная, сокровенная жизнь Божества. Что наверху, то и внизу. Принципиально существенные, основоположные моменты в развитии человеческого сознания, т. е. эпохи процесса антропогонического, означают и внутренние моменты в жизни божественной. В откровении рождается человек, раскрывается не только божественная, но и человеческая природа. Ступени откровения означают и ступени развития человека. Откровение есть всегда откровение Бога и откровение человека, т. е. откровение богочеловеческое. В христианстве этот богочеловеческий характер откровения находит себе окончательное выражение. В Христе-Богочеловеке дано откровение не только Бога, но и Божьего другого, т. е. Человека. Вторая Ипостась Св. Троицы есть Абсолютный Человек, и откровение Второй Ипостаси есть откровение Абсолютного Человека, т. е. раскрытие нового духовного человека, вечного человека»
[/i]
Это попытка рациональными средствами умозрения описать эзотерическую суть – Тайну Бытия Божия. Тайна творения Богом человека по Своему образу и подобию не может быть всеполно раскрыта-постижима человеческим умом, а представляет собой лишь умозрительный проекционный суррогат, претендующий на описание Бытия Божия. В таинстве Троицы Абсолютный Человек есть человек духовно возвысившийся до уровня Божественного Бытия (то есть Человек-Бог), или одна из троичной ипостаси Бога-Единого.
Это умозрительное человеческое доктринальное полагание не может идти далее утверждения такового положения в самой абстрактной (лишенной какой-либо содержательной конкретики) логической форме. Вся конкретика сути Бога-Отца и Бога-Сына невозможна для вмещения в ограниченное человеческое сознание – остается Великой непостижимой для человека Тайной.
Попытка же описать содержательную конкретику Бытия Божия заведомо является доктринальным суррогатом, подменяющим Тайну Бытия Божия на человеческое самомнение, питаемое человеческой гордыней.
«Но новый духовный человек не раскрылся еще окончательно. И в христианстве принципиально возможно новое откровение. Против возможности нового откровения никаких существенных возражений не может быть приведено. Возражать можно лишь против того, что новое откровение отметает старое откровение»
[/i]
Да, в том и суть новых редакций-учений пророков Божиих, что они не отменяют само Божие Учение, но являют в дольний мир новые редакции Единого Божьего Учения, в которых старые редакции не отметаются, но снимаются с сохранением единой сути Божьего Учения:
«
Не думайте, что Я пришёл нарушить закон или пророков: не нарушить пришёл Я, но исполнить» (Матф. 5-17).
Но важно понимать, что суть новых редакций Божьего Учения становится доступной человеку по мере раскрытия в падшей природе человека всё новых его тонко-материальных тел. Так раскрытие тела разума (ментального тела) позволяет вмещать в сознание (понимать-осознавать) религиозные доктрины, описывающие жизнь духовную. Раскрытие тела мудрости (буддхического тела) позволяет освещать понимание рациональное умственное духовной жизни религиозной интуицией-откровением, ставящем границу между человеческим рациональным умом и Божественной непостижимой человеческим умом Тайной Бытия Божия, о чем Николай Кузанский рассуждал как об «
ученом незнании».
«Сознание человека поистине может размыкаться в божественную и космическую бесконечность. Человек становится на ноги и защищается от власти космической бесконечности, от власти природных стихий, через замыкание и ограничение своего сознания»
[/i]
Падение Абсолютного Человека в зарождение в дольнем мире было связано, в моем понимании, с забвением-утратой Памяти знания всеполного горнего мира. Впав в неведение своей исходно Божественной природы, человек начинает духовное странствие по объектным мирам дольнего мира, по ходу которого он постепенно (шаг за шагом) возвращает свою Память о жизни в мире горнем – Божественном.
Так и человека ограниченное ставшее замкнутым-приватным сознание шаг за шагом в духовной эволюции расширяется в сторону такой степени вмещения содержания всемира, что в финале духовной эволюции падшего человека станет разомкнутым - расширится-сольется с Абсолютным Сознанием-Пространством, вмещающем всё мироздание.
