Роза Мира — диалог культур и культура диалога

Тема отделена отсюда:
https://rmvoz.ru/forums/index.php?topic=5617.0
Причина: сокращение количества постов и повторов в исходной теме ради её удобочитаемости.

---

Юрий Бухаров
#4 : 21 Января 2026, 09:03:25

Дело ещё в том, что наука о духе и духовная наука - не эквивалентные понятия. На мой взгляд, это хорошо понимал Фёдор Николаевич (например, доклад: Козырев Ф.Н. Пунктиры будущего физики времени  https://instituteoftime.ru/media/kunena/attachments/42/kozirev_punktiri.pdf, с которым он выступил ещё в 2011 году на Российском междисциплинарном семинаре по темпорологии). Второе скорее относится к метанаучной области (к науке о самой науке), и в этом отношении смысл духовности в научном познании заключается в дополнительном методологическом требовании, как минимум - не объявлять с порога ненаучным, а то и антинаучным, всё то, что традиционно относится к духовной сфере (и связанной с ней, типа экстрасенсорики и т.п.). А наука о духе предполагает, что сам дух тоже может быть предметом научного познания. Не только философского, не только религиозного (в теологии есть своя пневматология) постижения, а именно познания.

Тут мы втыкаемся в проблему Чем научное познание отличается от метафизического (включая религиозное)? Каково отличие научного познания от метафизического? Критерии научного познания явно обозначил Поппер. Это верифицируемость и фальсифицируемость добываемых в научном познании знаний (результатов познания).
Как можно верифицировать и фальсифицировать знания о духе? Ведь принципиальный научный постулат – это объективность научного знания. А разве субъективный субъектный дух – это нечто объективно (знание о духе объективно?) данное? Вот катафатика представляет собой объективную характеристику знаний о Боге. Но разве Бог есть нечто объективное? Разумеется нет.
Ровно также и знания о духе как любое знание, претендующее на статус научности, непременно должно быть объективным. Но разве дух объектен, разве он объективный?
Теперь обратимся к ПМО Моисеева. Этот метод показывает, что знание человеческое непременно проективное (участненное), но принципиально неполное по отношению к всеполноте мирового Модуса (Всемира). Можно ли дух изучать подобно научным знаниям проекционно (по частям-проекциям от всеполноты Духа)? По мне, очевидно, что невозможно. Ведь принципиальная характеристика духа – его нераздельность на части (проекции).
Другое дело познание не научное, а метафизическое, религиозное. Тут критерием истинности выступает вера в аксиоматические исходные принципы. Это вера в то, что дух «не от мира сего» (необъектен, нематериален). Что Бог есть исходное причинное основание материального объектного мира (Субстанция тварного мира). Что познание не сводится к позитивистскому редуцированию мироздания до объектно-материального мира – предмет научного позитивного познания, а религиозные и метафизические постулаты – не более чем антинаучные домыслы.
Метафизико-религиозный подход к постижению мироздания сформулировал Николай Кузанский в принципе «ученого незнания».

Действительная попытка сделать философию научной на практике была предпринята (если не считать Лейбница) в 19 веке позитивизмом, а ещё более - в 20 веке логическим позитивизмом и аналитической философией. Но весьма странным образом: просто-напросто за борт выкидывалось всё, что не поддавалось строгой экспликации наличными логическими средствами того времени. Естественно, эти проекты со временем тоже загнулись, хотя свою историческую роль всё же сыграли. Ныне, на мой взгляд, наиболее перспективной разработкой научной философии, как интегральной науки, является интегральная философия неовсеединства, представленная прежде всего в работах В.И. Моисеева и включающая в себя проективно-модальную онтологию, полярный анализ, R-анализ, мирологию и ещё целый ряд проектов.

Буквально сделать метафизику (включая религию) научной (совместимой с математическим научным аппаратом) принципиально невозможно. Дело в том, что матаппарат теории неовсеединства В.И. Моисеева прилагается не к самому Модусу (Всеединому Всеполному миру), а к принципиально неполному (проекционному) объектному знанию (совокупной системе проекций-мод), извлеченному из Всеполноты Модуса в инобытийное существование не самого необъектного Бога, не самого необъектного духа, - к объектной научной системе, описывающей ПРОЕКЦИОННО то, что уже представляет собой полярность Бога, полярность духа (их инобытие) – именуемое «субъектной онтологией».

Ярослав
 #5 : 03 Февраля 2026, 16:11:36

Символ веры,
или ещё одно введение в тему

И это неразрешимая проблема для сохранения единой и общеобязательной научной методологии и её языка. Выход один – отнести такие попытки внесения духовности в научность, как козыревская, к лженауке, к ереси. А у самих новых путей познания – перестать натягивать на себя одёжку «научности» и признаться: да, это не наука, это другой путь, другое отношение к миру, человеку, познанию. То есть, сделать то же, что сама наука в конце средних веков – эмансипироваться от научности, как научность эмансипировалась от религии.

На мой взгляд, продемонстрирован глубоко верный подход к разграничению научного познания (именуемое в терминологии Кузанского «ученое незнание») и метафизического (включая религиозное) постижения мироздания. Духовная истина  принципиально не-объектна и неделима на части. А научные  истины принципиально объектны проекционные (участненные) и подпадают под действие двух критериев научности (верифицируемость и фальсифицируемость).

Проблема ученика (продолжателя) и учителя (основателя какого-то направления) также становится непреодолимой, если пытаться её решить линейно – как продолжение того же пути. Эта проблема тем серьёзнее, чем духовнее предмет. Платон был учеником Сократа, но не продолжателем.

Проблема личности в постижении мира неразрывно связана с проблемой индивидуальности познавательного метафизического постижения мира. Учитель не может ничему буквально научить ученика – исключительно своим примером и своими выраженными объектно (языково-словесно и символьно) текстами собственных авторских работ. Каждый духовный в своей исконной природе философ (теолог или мирской метафизик) проходит свой путь познания мироздания исключительно индивидуально по собственному земному опыту бытия, имея связь с другими индивидуальными личностями главным образом через объектные языковые тексты своих предшественников и коллег. Вот этот духовный опыт земной жизни индивидуален и предопределяет глубоко личностный путь познания мироздания как метафизического, так и научного (оскопленного от духовной составляющей) постижения мироздания.

Аналогия тела-души-духа человеческого с государственным организмом, прозвучавшая здесь, не просто хромает, как все аналогии, но подменяет саму суть на чуждую. Как и аналогия государства с культурой, например. В государственной структуре первична должность, место в иерархии, а личность принципиально заменима. В культуре всё с точностью до наоборот: все «должности», «места в иерархии» – фикции, а личность и её Дар первичны. Именно личность и создаёт новое место в иерархии, в культурном космосе – своё и никем не заменимое, неповторимое. Это место и есть Дар Божий. Только его реализация и является единственной мерой и смыслом в культурной иерархии.

Здесь термин культура в сути аналог термина духовность. Дар Божий в том, по мне, состоит, чтобы в земной жизни реализовать собственное духовное предназначение – за время земной жизни получить духовный опыт, включающий помыслы, намерения, поступки отвечающие Закону Нравственности, в чем выражается Божественная Воля. Примером этой нравственной планки выступает Нагорная проповедь. А кто по собственному своеволию идет против Воли-Закона Божьего также получает духовный опыт – отрицательную энергию кармы.

Этот мой пост – очень кратное, очень схематичное введение в тот круг вопросов, которые возникают при первых же попытках совмещения научного и духовного в одной методологии, в одном языке, в одной системе. Эти вопросы разбиваются на две большие группы:

  1)   Возможно ли создание такого интегрального знания и его языка в принципе. (Об этом и введение в тему.)

То, что предлагает Моисеев в собственном проекте Неовсеединство в принципе возможно, если этот принцип понимать как со-положенность научного объективного познания («ученого незнания») и метафизического (в своей основе не научного, не объектного, а иррационально-эзотерического – доступного лишь интуиции субъекта) постижения как такое по-Знание поименовал Николай Кузанский «мудрым незнанием» (по крайней мере приписывается Кузанскому).
Для этого нужно принять постулат о проекционности-участненности всякого Знания добываемого в познании человеком как принципиально не достигающем уровня Истины в последней инстанции (научное признание Бытия Бога и принципа непостижимости в познании Сущности Бога).

  2)   Какие последствия и плоды может нести для человеческой культуры и свободы духа такая система, если она окажется возможной и будет создана по аналогии с научной, универсальной  и общеобязательной методологией.

Для свободы духа такая система научного и ненаучного-метафизического познания принесла бы такой плод как шаг к большей свободе выбора (гномической воле осознанного следования либо Воле Божественной, либо греховному своеволию) человека в земном падшем бытии.

Ну, в таком случае и человечество едино, и философия едина, и религия едина, и культура едина. В духовной реальности так и есть. Но в реальности относительного (падшего) мира такое единство достижимо (не в мечтах, а на практике) только как духовная тирания.

Впрочем, можно подойти к вопросу формально: человеческое тело состоит из одних и тех же органов, а все отличия только формальные - цвет кожи, разрез глаз, рост и т.п. Значит, человечество едино. По-моему, это всё "слова, слова, слова". Жаль, что нет идиоматического выражения (не исключено, что появится): "формулы, формулы, формулы".

Существование в нашем мире нескольких мировых религий и внутри них нескольких конфессий, на мой взгляд, это необходимое условие проецирования в мир относительный мира абсолютного, Божественного Откровения, Истины. Так необходимым условием проецирования на плоскость трёхмерного тела являются три его проекции. В данном случае проекций больше, потому что речь идёт не о проецировании в трёхмерное пространство пространств с большим количеством измерений, а о проецировании абсолютной реальности Целого в мир относительный (в часть).

Схлопывание этих проекций внутри относительного мира в единую систему ведёт к разрыву связи с Целым, с его катастрофическим искажением в мире объектов. Часть выдаёт себя за Целое. Побеждает воля системы "всё не-я должно стать мною". А это и есть люциферианская воля: "зачем Тебе нужны ещё дети, когда есть я".

Юрий Бухаров
 #79 : Сегодня в 12:04:10

Ярослав от Сегодня в 10:22:43
- к каким последствиям может привести появление некой надсистемы (например, интегральной науки, интернауки)...
Ю.Б. - Речь не о создании некой интегральной надсистемы над системой современной науки, а прежде всего о создании интегральной научной методологии.

Такой методологией, на мой взгляд, должна стать методология не буквального синтеза («смесь бульдога с носорогом»), а подход к Познанию (гносеологии) и Знанию (эпистемологии) как принципу дополнительности  научности и метанаучности в постижении мироздания. И этот принцип в философии известен как плерональность – тотальность всех методов в их со-положенности как способ постижения мира.
В метафизике попытка такого подхода известна в теософии уже в заглавии основополагающего труда В.П. Блаватской «Тайная доктрина, синтез науки, религии и философии».

Вот и выражение на санскрите "тат твам аси" выражает Единое То, обнаруживающее себя в тварном мире через мириады условных своих участнений в духах, субъектах-я. То есть малое я не самосущее, но есть условно самостная частичка Единого То (Брахмана).

Так то в индуизме, там тепло... В буддизме ещё радикальнее, хотя суть та же. Это истина, но истина Откровения циклической природы времени, в которой невозможно поставить вопросы о смысле истории, смысле творчества, смысле свободы и смысле личности. Не просто нет на них ответов, на сами такие вопросы лишены смысла.

В Откровении поступательной (творческой, исторической) природы времени - в религиях авраамических - человеческое "я" и его дух не частичка Единого, но творение Его по Своему образу и подобию. И только в этом Откровении можно ставить вопросы о смысле личности, смысле свободы, истории и творчества. Только в поступательном, а не циклическом времени существует эсхатология не как завершение мегацикла, а как смысл истории и преображения космоса. Как становление Божьего Замысла о мире и человеке,  где история - путь, а не цикл.

Как две природы физического света, существуют две природы времени. И каждая нуждается в своём духовном свете, своём Откровении. Соединить Откровения религий индуистского корня и авраамических в одной метафизической системе невозможно в принципе. Их вообще нельзя соединить в относительном мире. Они о разном.

В христианстве человеческая личность не растворяется в Едином, но соединяется с Ним в любви. Это христианский идеал. Идеал квантовой природы времени. Идеал индуистский и буддийский другой: человеческая личность - это волна в Едином Океане духовности. Это идеал волновой природы времени. И оба идеала истинны.

Но спасение мира и человека только через Иисуса Христа. Это абсолютная истина, вне зависимости понимается и принимается ли она другими, нехристианскими религиями. Их истины не входят в конфликт с истиной христианства. Как не входят в конфликт друг с другом две природы физического света, так и две природы света духовного.

Перечисление через запятую Христа с другими великими учителями человечества и основателями мировых религий, ставшее модным в русской интеллигенции второй половины 20-го века, является уже умалением христианской истины (всё ради пресловутого "синтеза"!) и совершенно недопустимо в христианской философии.

В метафизике попытка такого подхода известна в теософии уже в заглавии основополагающего труда В.П. Блаватской «Тайная доктрина, синтез науки, религии и философии».

Оставим гнилое море Сиваш любителям таких доктрин. Не топить же их в Чёрном мементо-море. Хотя рука так и тянется к топке, когда я слышу о "тайной доктрине" Блаватской...

Но опасность лишь в потенции. Если мудрость восторжествует над универсальной научностью, то вместо «научной тирании» на новом витке Познания будет воздвигнут Принцип Единства науки и метафизики, что в истории философии, на мой взгляд, имело место в древнегреческой философии под термином плерома.

В этом "если" и кроется главная ловушка. Мудрость не восторжествует, пока человек не переменится физически. То есть - до Второго Пришествия. Не было в истории ни одной системы человеческой, ни одной эпохи и ни в какой цивилизации, где бы мудрость восторжествовала. И не будет, пока падший мир не войдёт в следующий эон. То есть - не пройдёт через свою Голгофу к Воскресению Нового неба и Новой земли. А пока "между землёй и небом война"...

Уповать на такие "если" - значит выносить за скобки саму человеческую природу или уповать на то, что она сама собой преобразится человеческими же усилиями и при помощи человеком созданных систем. Это та же вера в коммунизм и рай на Земле, только вид сбоку. Такая утопия неизбежно мутирует в химеру, как только получает исторический шанс и власть.

Никакой единой древнегреческой философии нет и никогда не было. А были разные философы и разные направления, в единую метафизическую систему не сводимые в принципе (только по методу Прокруста). Нет и единой русской философии.

"Государство" Платона - это абсолютно трезвое понимание того, во что превратится реализация на практике и в историческом феномене такой "плеромы". Желал ли этого Платон - не до конца понятно, но что иного способа нет, кроме духовной тирании, понимал точно. Глубже всех в проблему реализации в истории такого рода благих намерений заглянул Достоевский в поэме о Великом инквизиторе глазами Ивана Карамазова (сошедшего с ума, не выдержавшего созерцания этой бездны).

Проблема теодицеи и существования в Божьем мире зла так же не может быть ни поставлена, ни разрешена в Откровении циклического времени. Это уже проблематика времени исторического. Впервые вопрос теодицеи со всей остротой поставлен в Книге Иова. В циклическом времени вообще нет никакого иррационального зла как противобожеской воли духовной природы. Там зло либо недостаточность духовной глубины жизни, либо справедливое кармическое наказание за преступления против нравственного закона, либо болезнь бытия (как в буддизме).

Юрий Бухаров
 #8 : 04 Февраля 2026, 23:57:29

… в эллинской парадигме научности считалось зазорным, когда учёный делает теоретические выводы на основании эмпирических данных. Там положено было, на евклидов манер, умозрительно сформулировать аксиомы и из них чисто логически дедуцировать все возможные следствия. Таков смысл самого древнегреческого слова "теория" (она же "феория", ибо пишется через тету-фиту), которое тогда означало умозрительное усмотрение, умосозерцание.

По мне, чрезвычайно важным добавлением к  умозрительному усмотрению природы исследуемого предмета является подчеркивание роли в работе рационального ума иррациональной интуиции (той, что именуется прозрением, инсайтом, чуйкой и другими именами). Без учета включенности в высший разум (мудрость, или на санскрите буддхи) иррациональной интуиции разум окажется низведен до простой рассудочности (простой способности связывать слова в здавомысленную речь/текст по правилам элементарной логики.

…возникает не очень сложный, в сущности, вопрос: с какой стати проблематику духа и духовности отдавать на откуп тем, кто в действительности ни духа, ни духовность не признают? Ведь даже в рамках существующей научной парадигмы вполне возможна наука о духе - пневматономия. О человеческом духе прежде всего. Вот в чём сейчас суть.

Суть в одном. Как можно в принципе научно изучать такой  объект «дух», которого нет среди всех объектов тварно-материального мира?  Или «интегральная наука» дух, который «не от мира сего», записала таки в объекты мира сего рядоположенно прочим объектам? Разве дух присутствует в мире сем не иноприродно (необъектно, нематериально), а вполне себе объектно и только в этом случае может стать предметом исследования со стороны науки.
Другое дело метафизка и религия, которые открыто именуют дух не сущим подобно предметам-объектам тварного мира, а именуют (в терминологии святоотеческого богословия) нетварною Божественной энергийностью, иноприродной объектным вещам тварного мира.

Как можно в принципе научно изучать такой  объект «дух», которого нет среди всех объектов тварно-материального мира?.. Другое дело метафизка и религия, которые открыто именуют дух не сущим подобно предметам-объектам тварного мира, а именуют (в терминологии святоотеческого богословия) нетварною Божественной энергийностью, иноприродной объектным вещам тварного мира.

Однако научно можно изучать не только материально-сущее. Пример с психологией я уже приводил, а ведь психика человеческая не материальна. И не только человеческая - зоопсихология тоже существует, а в последнее время весьма активно проводятся исследования не-материальных проявлений растительной жизни. Да и дух человеческий столь же тварен, как всё в тварном мире. В терминах святоотеческого богословия он отнюдь не инобытиен, как нетварные Божественные энергии, не является проявлением нетварной Божественной энергийности. Если бы так, то никакой свободы воли у человека бы не существовало.

Юрий Бухаров
 #86 : Вчера в 22:38:37

Этот постулат в теме звучит уже, как рефрен. Но так и не пойму, почему же, если рассуждать конкретно, математический язык неприменим к духовным реалиям?

Духовное как самое само полярно (инобытийно) материальному и в словесно-логическом выражении противопоставляется материальному как субъектное (нетварное) объектному (тварному). Математический язык при всей своей универсальности всё же прикладывается не к духовному (не-объектному, нематериальному), а к универсуму материально-объектных предметов тварного мира.
В аналогии применить математический аппарат к самоё духовному – это как математически пытаться описать природу Бога. Дальше апофатики и катафатики дело не пойдет. И что принципиально важно сам принцип описания апофатического и катафатического представляет нам не самое само духовного или Божественного, а опять-таки проекционный объективированный суррогат Бога или духа.
Необъектное невыразимо в своей сущности в объектном описании словесно-логическими (и символьно математическими) средствами. Иначе следовало бы признать, что Дух и вместе с ним Бог познаваемы в своей сущности математическми средствами. А как же теоремы Гёделя о неполноте теоретического (здесь математического) описания предмета исследования?