Говоря об универсальной Мечте всех народов жить и быть, отнюдь не имею в виду "жить и быть как все". Не имею в виду и остаточный плюсквамперфект традиционных русских сказочных зачинов: "жили-были..." (который по смыслу означает - жили очень давно, что нынешним упрощённым русским языком утрачено). Жить - значит быть в мире дольнем, быть - значит жить и в мире горнем. А вместе это - житие, как единство обыденной жизни и духовного бытия. И такое житие в ядре своём у каждого народа уникально-своё, наш народ отнюдь не исключение.
Не исключение и народ еврейский, времён Священной Истории. Взять вавилонское пленение, а ещё более - исход из Египта. Ведь почему ушли? Да потому, что там вопрос встал буквально: быть или не быть в мире. Богоизбранность еврейского народа - не только библейский постулат, но и эмпирический факт. Хотя бы потому, что оный народ сохранился по сей день, несмотря на беспрецедентное рассеяние, непрекращавшиеся гонения и тотальное истребление, что продолжалось аж два тысячелетия. Ни один другой народ такого не выдержит. Многие не выдержали испытаний гораздо менее тяжких, сойдя с исторической арены. Евреи выдержали, с Божией помощью, сохранив изначальный монотеизм даже тогда, когда все прочие народы впали почти в беспросветное язычество.
Однако как у них формулируется мессианское понимание самобытия? Как hа-ам hа-нивhар, избранный народ в смысле ам-оцэр - народ-сокровище, которое нужно всемерно беречь и сохранять. Что они и делают. А при всём при этом богоизбранность не мешала еврейскому народу так порой чудить, что даже Моисей хватался за голову. Да и в пору евангельских событий (если брать не только сами Евангелия, но и Деяния святых апостолов, и события непосредственно за ними) не вполне адекватное понимание своей богоизбранности сыграло с иудеями злую шутку. И кончилось тем, что в 70-м году, во время смуты в Иерусалиме, зелоты сначала перерезали около тысячи легионеров римской когорты (коварно, а главное кощунственно - в субботу), и затем сами осквернили Храм - ещё до того, как его разрушили римляне.
Вот мы часто говорим: нести свой Крест - в том числе применительно к народам. А что это значит? Какова суть Креста? Когда Иисус Христос молился в Гефсиманском саду: Отче Мой! пронеси чашу сию мимо Меня... - Он воспринимал грядущий Крест как нечто дарованное? Или когда Он нёс свой Крест на Голгофу - почитал его даром Божиим? И что значит каждому из нас нести свой Крест?
Исконно шла, всё пагубней и шире,
Игра стихийных сил, за коном кон.
И зло добром рядилось, люди в мире
Забыли Богом данный им Закон.
И радости не больше, чем для вида,
И боль не меньше, сколько ни стони,
И вырвалась мольба царя Давида:
Или, Или! Лама савахфани?!
Всё реже звёзды праведных мерцают,
Всё гуще над Землёй ночная мгла...
И Он родился, чтобы боль мирская
Людских надежд и сил не превзошла.
Тогда звезда зажгла над Вифлеемом
Лучи свои, и вспыхнули они
Ответом всем, взыскующим из тлена:
Или, Или! Лама савахфани?!
А в страшный час, вступая на Голгофу,
И Он страдал под тяжестью креста,
И Он молил Отца смиренным словом,
И знал, что не минует чаша та.
Блестят вокруг мечи легионеров,
Внизу - Ерушалаима огни...
И смертная мольба бессмертной веры:
Или, Или! Лама савахфани?!
От зимней сени путь в рассвет весенний
Тернистые проходит рубежи:
У всех от рождества до воскресения
И жизнь, и мука смертная лежит.
Тем радостней улыбки вслед печали,
Тем после тьмы ночной светлее дни,
Когда и в наших душах отзвучали:
Или, Или, лама савахфани?!
Слова, что в наших душах отзвучали:
Или, Или! Лама савахфани?!
(2015 г.)
Но если Господь и возлагает Крест на кого-то (будь то отдельный человек или народ), то лишь такой, какой по силам нести. Ибо смирение - оно ведь не от слова "смирно", а от слова "мера": смирение - соразмерение. При этом если Крест дан Богом, то его не сбросить, даже при всём желании. Зато можно самочинно возложить на себя дополнительное бремя, провозгласив Крестом и его. Наша история знает такие примеры, да и желающих хватало формулировать бремена: "русская интеллигенция есть группа, движение и традиция, объединяемые идейностью своих задач и беспочвенностью своих идей", как точно заметил Георгий Федотов. А беспочвенность может иметь не только форму протаскивания к нам чужих установлений (как у западников), но и выдумывание установлений каких-то собственных, якобы исконных (как у почвенников). Крайности сходятся: и те, и другие оказываются далёкими от реальной жизни, в том числе духовной.
И не в 20 веке это началось - раньше, по крайней мере с века 19-го (особенно, когда на историческую сцену массово вышли разночинцы да народовольцы), где многие властители дум, как их принято считать и почитать в нашей культуре, не только многое сотворили, но и многое натворили. Да, вклад России в мировую культуру уже состоялся, и никакая западная "культура отмены" этого не отменит. Но этот мировой вклад существует, так сказать, в чистом виде, как наследие - в контексте не времени, а вечности. А каким был классический период творчества наших поэтов, писателей, художников, композиторов для русской (и вообще российской) народной культуры? Они были детьми своего времени и жили в своё время, и в полной мере несли в себе всё, о чём предупреждал Пушкин:
Пока не требует поэта
К священной жертве Аполлон,
В заботах суетного света
Он малодушно погружен;
Молчит его святая лира;
Душа вкушает хладный сон,
И меж детей ничтожных мира,
Быть может, всех ничтожней он.
Пушкин знал, о чём говорил. Вспомнилось, как в 8-м классе (то было в 1971-м), когда проходили его творчество, один друг притащил на урок литературы том академического издания. Ну, и начал кое-что оглашать из похабных пушкинских виршей. Это был шок, учительница в слезах выбежала вон... Но если у Пушкина сие было просто литературным хулиганством, да и на роль властителя дум он не претендовал, то потом каждый чих мастеров художественного слова отзывался эхом в так называемом образованном обществе, распространяясь затем в народе.
Взять, к примеру, Тургенева. Гениальный русский писатель, в этом отношении наследие его непреходяще - а вместе с тем едва ли не русофоб, заявлявший: "я сам считаю себя за немца, а не за русского, и горжусь этим!". Ещё с 1980-х кому ни показывал вот это стихотворение Тургенева, посвящённое Крымской войне, никто не верил, что он мог подобное написать:
Когда монарх наш незабвенный,
Великий воин и мудрец,
Весь край Европы просвещенной
На нас поднял с конца в конец, -
"Я не боюсь, - рекла Россия, -
Зане я жопою славна;
От Бонапарта, от Батыя
Меня спасала лишь она!
Напрасно сыпали удары
В нее и турки, и татары,
Французы, шведы, поляки, -
Она терпела мастерски!
И ныне вновь, прикрывшись жопой,
Как адамантовым щитом,
Вступлю я в бой со всей Европой -
И враг покроется стыдом!"
Рекла - и стала в позитуру,
Но та, чью крепкую натуру
Ещё никто не мог пробрать, -
Увы и ах! - пустилась срать!
Её прошибла пуля злая,
В неё проникнул камуфлет...
Заголосила Русь святая
И отступила за Серет.
Теперь мы в нём не ловим раков
А жопа не в чести у нас...
Один лишь Тоггенбург <Аксаков>
С её дыры не сводит глаз.
И у Тургенева это была не частность, а общая позиция, ибо считал, что сравнительно с западной цивилизацией "все попытки русизма и самостоятельности - свинство и глупость".
С того же 19 века у нас утвердилась иллюзия, что если некто - великий писатель, то он автоматически и великий мыслитель, прозревающий суть вещей. Однако на деле даже у Достоевского, насколько гениальны художественные произведения, вошедшие в золотой фонд русской и мировой культуры, настолько слаба его интеллектуальная публицистика ("Дневник писателя" и т.п.). У Толстого того больше: "Война и мир" - гениальный роман, грандиозный, а вместе с тем его рассуждения об этике, о религии, о церкви, о социальных проблемах зачастую примитивны до невозможности. Но именно они прежде всего оказывали непосредственное влияние (в целом, увы, зловредное) на жизнь русского общества. Сейчас идеология толстовства на нуле, о ней и не вспоминают даже, но в своё время свою негативную, разрушительную роль сыграла.
Духовные поиски, духовная неуспокоенность - неизбывная суть любого человеческого существа. Дух человеческий может быть приглушён душевными страстями, суетой мира сего, псевдодуховными устремлениями (не случайно Иисус Христос предупреждал столь настойчиво: "берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные", "ибо восстанут лжехристы и лжепророки, и дадут великие знамения и чудеса, чтобы прельстить, если возможно, и избранных"), но его нельзя выключить, словно компьютер. И слухи о загнивающей Европе сильно преувеличены, как некогда слухи о загнивающем капитализме. Просто у них там всё идёт по-своему, со своими проблемами, со своей коррупцией (и со своей глупостью - например, в миграционной политике), а у нас - по-нашему, с проблемами нашими (и глупости да коррупции своей тоже хватает). К тому же мы геополитические конкуренты. А что это значило всегда и что значит сейчас - об этом весьма откровенно прозвучало в недавнем интервью советника президента США по внутренней безопасности Стивена Миллера, где на комментарий ведущего "Но вы вторглись в страну, взяли руководство на себя, вошли в страну и захватили лидера Венесуэлы!" он ответил: "Чёрт возьми, да, мы это сделали. Я и говорю, что могу позволить себе это сказать. США будут действовать так и дальше. ...Мы не живем в мире лозунгов или международных условностей; мы живем в реальном мире. Реальный мир управляется силой, насилием и властью". И это, действительно, так, ибо мы живём не в первозданном, а в падшем мире, где каины неизбежно убивают авелей, хотя бывает и наоборот. Человек не способен построить рай земной, не способен своими силами, без Бога, возвыситься до Богочеловечества - зато способен на такие подлости да мерзости, что не снились и бесам, включая дьявола.
Конечно, многие вещи, о которых говорю, в высот духовной тематики могут выглядеть презренной прозой. В том числе демографическая ситуация. Даже с ордынским нашествием или с чумой её не сравнить, настолько теперь наши потери исторически беспрецедентны. Ведь только с 1992 года по 2013-й "цифра эта равнозначна всем людским потерям России (военного и гражданского населения) в годы Великой Отечественной войны" (Рыбаковский Л.Л., Кожевникова Н.И. Депопуляция в России, её этапы и их особенности. // Народонаселение, т. 21. № 2, 2018, с. 10). То есть в ту войну, в середине прошлого века, потеряли 27 миллионов, и теперь на рубеже веков столько же - в мирное время. Благо хоть, что спохватились насчёт традиционных ценностей. Только, возможно, поздновато спохватились: джин общества массового потребления, стремления к "успешности" любой ценой уже вырвался из бутылки и у нас.
