Религия, философия, наука
Сакральность и ритуал (часть 1)

0 Участников и 1 гость просматривают эту тему.

« #1 : 19 Январь 2010, 19:13:44 »
Николай Миронов – Сакральность и ритуал

Мы живем в сложный, переходный период истории. И хотя по сути любой период истории – переходный, нам довелось жить в эпоху, когда в человеческой жизни происходит коренная трансформация всех аспектов бытия, когда в нашей жизни появляются совершенно новые сферы, и в то же время практически полностью исчезают другие, чрезвычайно важные измерения. И в первую очередь это касается сферы сакрального.

Мирче Элиаде писал, что сакральное, это совершенно иное измерение по отношению к обыденному, и встречаясь с сакральным, человек соприкасается с совершенно иным миром, иными переживаниями, которые, в отличие от обычной жизни, оказываются наполненными ценностью и смыслом. Более того, они способны придать смысл всей человеческой жизни.

Увы, в основе своей наша культура профанна и в современном обществе по сути нет ничего сакрального, ничего святого. «Святость» принято относить к феноменам исключительным, фактически сверхъестественным; святость считается уделом монахов, подвижников, мучеников. Мы не готовы допустить мысль, что в нашей собственной суетной и несовершенной жизни может присутствовать такое качество как святость.

Однако, сакральное, святое может найти свое выражение не только в уходе от мира, ему есть место и в нашей повседневной жизни, хотя место и совершенно особое. Это место наши соотечественники, русские религиозные философы пытались найти в искусстве.

Владимир Соловьев и Николай Бердяев писали о том, что искусство в том виде, в котором оно существует в современную эпоху, есть лишь творение «символических» (а не реальных) форм, искусство же будущего должно перейти от творения образов идеальной жизни к фактическому преображению жизни и окружающего мира. Настоящее искусство должно стать действенным, реальным и объективным. (Слово «символических» взято мною в кавычки, поскольку творцы русской религиозной философии прекрасно осознавали неразрывную связь и полную тождественность символа и реальности. Наиболее последовательно эта тождественность явлена в работах П. Флоренского, а позднее А. Шмемана, к которым я еще не раз буду обращаться в своих статьях.)

Мое глубокое убеждение состоит в том, что эту роль способен и призван выполнить ритуал. Ритуал возможен только при наличии сферы сакрального (высших ценностей) и одновременно есть утверждение и подкрепление этих ценностей. Более того, он позволяет выразить эти высшие ценности во внешних формах, что и роднит его с художественным творчеством. Можно сказать, что ритуал  - это мост между искусством и жизнью или точнее – синтез жизни и искусства.

В обыденном сознании сферу искусства и тем более ритуала принято противопоставлять «реальной жизни». На самом же деле мы живем реальной жизнью лишь там и тогда, где и когда можем быть и являемся самими собой. Поэтому социальная жизнь во многом фальшива, иллюзорна, а реальной наша жизнь может стать только в познании, в творчестве и превыше всего в любви. Жизнь в социуме есть царство необходимости; жизнь в искусстве, в сфере сакрального – царство свободы, высших ценностей и смысла. Привнесение в нашу жизнь этого иного измерения знаменует выход из обыденности и прорыв к реальности. Именно сакральное реально, тогда как обыденное фантомно, и зачастую от него не остается ничего, даже воспоминаний.

Однако ритуал нередко понимается, не только в обыденном сознании, но и в науке, к примеру - в психологии, как утратившее свой изначальный смысл формальное повторение определенных действий. Напротив ритуал являет собой действие в высшей степени ценностное и осмысленное. Истинный ритуал – это не «имитация» некого действа. Для человека или общества, для которого действительно существует сфера сакрального, для которого это не отвлеченное понятие, а непосредственный опыт, ритуал – есть совершенно реальное служение высшему началу, Богу.

В другой своей работе, развивая платоновское понятие символа и его уточнение в работах русских философов (в частности, Флоренского и Лосева), я говорил о символе, как преодолении двойственности, как воплощенном синтезе образа и идеи, которому в сфере человеческого бытия соответствует синтез жизни и творчества. В этом смысле можно сказать, что ритуал – это непосредственно проживаемый символ - выход за пределы двойственности путем тотального непосредственного переживания. Ритуал трансформирует духовные ценности во внешне воспринимаемые формы и делает человека не только причастным к ним – не только созерцателем, но участником разворачивания и творцом этих форм.


О роли ритуала

Говоря о роли и функциях ритуала, мне хотелось бы привести две общеизвестные цитаты:

«Есть только один вид добра – знание, есть только один вид зла – невежество» Сократ. Отсюда первая цель и ценность – Познание.

И второе высказывание Достоевского: «Красота спасет мир». Отсюда вторая цель и ценность – Сотворение красоты.

Роль ритуала – прежде всего объединяющая, синтетическая и это объединение происходит на всех уровнях. На уровне социальном ритуал объединяет отдельных членов коллектива в единую общность. На уровне отдельного человека ритуал как целостное переживание объединяет все стороны личности, поскольку подлинная сакральность требует тотальной и гармоничной вовлеченности всех сторон человеческого естества - тела, души и духа. И наконец, ритуал соединяет мир человека с миром природы, макрокосм и микрокосм.

Этот синтез обращает нас к первичной троице-триаде человеческих ценностей, о триединстве которых так красноречиво и убедительно пишет Павел Флоренский:

«То, что для субъекта знания есть истина, то для объекта его есть любовь к нему, а для созерцающего познание (познание субъектом объекта) - красота. "Истина, Добро и Красота" - эта метафизическая триада есть не три разных начала, а одно. Это - одна и та же духовная жизнь, но под разными углами зрения рассматриваемая. Духовная жизнь, как из Я исходящая, в Я свое средоточие имеющая - есть Истина. Воспринимаемая как непосредственное действие другого - она есть Добро. Предметно же созерцаемая третьим, как вовне лучащаяся - Красота. Явленная истина есть любовь. Осуществленная любовь есть красота.»

Это триединство: Истина, Добро и Красота или иными словами, возвращающими нас к изречениям Сократа, Достоевского и Флоренского - Познание, Любовь и Творчество, находит свое отражение в ритуале в виде трех функций-ролей, в которых одновременно выступает каждый его участник. А именно, он одновременно выступает в качестве «объекта», над которым производится ритуальное действо, в качестве участника-наблюдателя, и наконец в качестве субъекта-деятеля.

В то же время, ритуал – это новый синтез искусств, синтез на новом уровне. Само по себе искусство – это дар, а творчество - подношение Богу. И в этом смысле акт творчества мы можем в полном смысле рассматривать как ритуал, и именно таковым является отношение к нему во многих культурах, поскольку сакральное искусство соединяет художника и Творца.

Говорят, что «искусство требует жертв». Искусство это действительно жертвоприношение, подношение Богу, но  жертвоприношение не как лишение жизни, а напротив как созидание-порождение, достижение полноты бытия. Искусство творит красоту, а настоящая красота всегда служит восстановлению целостности, преодолевает какую-то границу внутри нас.

Другая важнейшая функция ритуала - упорядочивание действительности, ее сакрализация и символизация. Эта функция, наряду с другими, подробно рассматривается в работах, посвященных роли ритуала в традиционной культуре (в частности, А.Байбурина «Ритуал в традиционной культуре», «У истоков этикета», В. Ереминой «Ритуал и фольклор», а также в книге Г. Ткаченко «Космос, музыка, ритуал»). Но наиболее близки мне в этом смысле слова Гуань-цзы из трактата «Искусство сердца» (сокращено  НМ):

«Ритуал есть то, благодаря чему приводятся в порядок чувства… В ритуале скрыто понимание принципов вещей, а понимание принципов вещей ведет к познанию долга…, принципы вещей следуют должному…, (а должное), закон есть то, благодаря чему все это возникает совместно, и иначе не может быть.»


Гармонизирующая функция ритуала неотделима от его творчески-созидательной или восстановительной функции, в которой посредством ритуала мир приближается или возвращается к своему идеальному изначальному состоянию, к раю на земле, который царил во вселенной «до падения».

Таким образом, ритуал существует в единстве своих смыслов и функций.


Эволюция ритуала: Обряд – ритуал – мистерия – таинство

Поскольку эта тема заслуживает отдельной статьи, сейчас я остановлюсь только на тех моментах, которые представляются мне принципиальными по отношению к ритуалу как к объединяющему понятию. Пожалуй, главное, что стоит за различением членов указанного понятийного ряда - это дихотомия коллективного и индивидуального.

Как уже упоминалась, существует обширная литература, посвященная бытованию ритуала в традиционной культуре и его роли как воплощению традиционной картины мира и традиционного типа сакральности. При этом я считаю, что в противовес традиционному пониманию сакральности его современное понимание отличается наличием принципиально важной идеи, а именно идеи самосовершенствования. Дело в том, что в традиционной культуре, основанной на ценностях родового общества и ориентированной не на развитие, а на сохранение, эта идея сформироваться и обрести свой теперешний статус просто не могла.

Однако формирование этой идеи происходило и происходит параллельно и взаимосвязанно с прямо противоположной тенденцией, о которой уже говорилось выше – с десакрализацией культуры в целом. Таким образом, из достояния общины, социума сакральность неизбежно становится путем отдельного индивида. Именно возвращение сакральности общечеловеческого статуса – реализацию всеединства - я считаю делом будущего – новой парадигмы, которая должна прийти на смену теперешней эпохе крушения и размывания всех и всяческих ценностей. Сам же процесс тотального размывания ценностей я рассматриваю прежде всего как «расчистку», подготовку почвы для перехода к этому новому этапу.

Итак, можно сказать, что с одной стороны на смену родовому, коллективному и фольклорному обряду приходит значительно более индивидуализированный ритуал, центральным воплощением которого служит процесс инициации или ритуалы перехода, хотя в строгом смысле любой ритуал есть ритуал перехода.

Аналогично соотношение между мистерией и таинством: 
Мистерия коллективна, таинство индивидуально. Субъект мистерии – социум (по крайней мере, определенная прослойка социума), субъект таинства – личность, ее глубинный внутренний мир.

В этом смысле таинство – есть глубочайший сакральный акт, затрагивающий внутреннюю сокровенную природу человека и знаменующий радикальное изменение характера его взаимоотношений с другими людьми и всем окружающим миром. Именно поэтому вершиной таинств является брак как соединение с другим человеческим существом на самом глубинном уровне. (В традиционной культуре ему соответствует свадьба как кульминация обрядов жизненного цикла. Причинам и смыслу постепенной смены обряда инициации свадьбой и наконец таинством брака я посвящаю отдельную работу.)

В связи с различием в понимании сакральности в традиционной и современной культуре мне хотелось бы вернуться к различиям между этими типами культуры в отношении к искусству.


О сакральном и светском искусстве. Идея, символ и ритуал

Можно сказать, что в древности «светского» искусства практически не было. Оно было либо сакрально-жреческим (ритуальным), либо сакрально-народным (обрядовым). Сюда входило как все то, что мы сегодня причисляем к искусству (например, музыка и танец) так и ремесла-рукоделия, под которыми имеется в виду весь спектр предметного творчества. Несмотря на наличие в этих предметах утилитарной функции, их значимые элементы (орнамент, детали костюма, и т.д.) всегда имели прежде всего не практическое и даже не социальное, а культово-сакральное значение. Напротив, именно сакральная символика стала использоваться для выражения социального статуса как воплощающая некие высшие ценности.

В этом смысле всякая «декоративность» в архаическом и традиционном искусстве полностью отсутствует. Поэтому мне очень близки исследования многочисленных авторов, которые пытаются «расшифровать» казалось бы, чисто декоративные элементы традиционного искусства и быта и выделить в них не просто некий символический смысл, но восстановить лежащую в основе этого символизма высшую идею.

А в основе любого символизма, отдельного символа и ритуала как системы активно-динамических символов всегда лежит центральная высшая идея. Можно сказать, что все в этом мире движется к центру, к изначальной идее - и этой идеей является идея творения (в современной картине мира - большого взрыва) эманации божественного. Отсюда идея сакрального центра – оси мира, составляющего в прямом и переносном смысле стержень любой сакральной традиции. Эту ось называют также лучом творения, что напрямую связывает данную символику с идеей света.

С этой точки зрения рассмотренная выше триада: Истина-Любовь-Красота есть лишь разворачивание идеи света-творения. В частности, прямая связь понятия красоты и света превосходно продемонстрирована в работах Вл. Соловьева и П. Флоренского.

Эта идея прослеживается и в искусстве и в природе: Движение растений к солнцу, источнику жизненной силы – есть также возвращение к центру, к единству. Аналогичным образом, любое явление тяготеет к своим истокам, слово – к своим этимологическим корням, итд.

Всякая идея восходит к первоидее, любой явленный образ – к первообразу, архетипу, которые на уровне сознания запечатлены глубоко в недрах индивидуального и коллективного бессознательного, а потому не поддаются вычленению и присутствуют лишь в форме интуиций.

Всякий символ, существующий в своем единстве, вызывают у нас, многочисленные хотя и практически не поддающиеся конкретизации мысли и сильные эмоции. Именно поэтому символ бесконечен, неисчерпаем, не умещается в нашем сознании. И в связи с этим приобретают особую значимость слова Владимира Шмакова:

«Человеческий разум по самому существу своему способен воспринимать лишь разности явлений, но не их действительную сущность…»

И далее о процессе познания:

«В деле приобретения знания принимают участие три способности: 1) способность различения, 2) способность находить тождества, 3) способность сохранения (синтеза).»

Это триединство способностей-функций нашего разума
соответствует триединству природы самой идеи. В символе как воплощении идеи это триединство представлено в свернутом, а потому недоступном расчленению нашим сознанием виде. Для своего осознания и осмысления символ нуждается в разворачивании, актуализации, и такой актуализацией становится ритуал как проживаемый в опыте символ.

Поэтому задача всякого искусства – стать сакральным искусством, а задача всякой науки - стать сакральной наукой, возвышающей нас до постижения высших идей.
Задача же повседневной жизни с этой точки зрения – превратиться в ритуал, как непосредственную реализацию высших ценностей.

НМ
«Последнее редактирование: 19 Февраль 2010, 08:07:50, Ярослав»

« #2 : 23 Январь 2010, 13:56:52 »
Спасибо.
Эта работа воспринимается как программная. Было бы очень хорошо внутри текста сделать ссылки на следующие работы, в частности ссылку на "Весну средневековья" можно поставить уже сейчас.

В другой своей работе, развивая платоновское понятие символа и его уточнение в работах русских философов (в частности, Флоренского и Лосева), я говорил о символе, как преодолении двойственности, как воплощенном синтезе образа и идеи, которому в сфере человеческого бытия соответствует синтез жизни и творчества.
Хотелось бы увидеть в нашем Замке эту работу. Очень любопытно :)

Да, нам посчастливилось жить в эпоху, когда старое почти умерло (мы находимся в последней стадии разложения автономных гуманистических сфер: искусства, науки и т.д. - границы размываются, и это, пожалуй, единственный плюс всеобщей нивелировки), а новое ещё не родилось. Увидим ли мы первые ростки? или мы их уже творим? Время покажет.

Этот портал задуман как синтез коллективного и индивидуального творчества, как попытка создания такого нового синтетического жанра, объединяющего не только разных индивидуумов без потери самостоятельности лиц в общем хоре; но и создающего поле диалога: обыденности и творчества, писателя и читателя (интерактивная книга), религии и науки, науки и искусства и т.д. И сам портал "ВОЗ" является лишь одним из строителей Культурного Поиска (Сети).

Как действенный символ на Главной странице задумана вкладка "ВОЗ": каждый из "строителей" пишет там своё вступительное слово, символ-цель. Из этих самостоятельных лепестков-символов складывается живая целевая направленность всего проекта. Я упомянул в этой ветке о вкладке "ВОЗ", потому что данная статья как нельзя лучше отвечает идее: символ творит будущую реальность.

Николай, ещё раз огромное тебе спасибо за твоё творчество. Жду с нетерпением следующих статей и не только статей. В качестве первых "пробных камней", из которых мы или наши потомки будут создавать ритуалы новой эпохи, можно начать устраивать тематические встречи уже сейчас. Человек, готовый взять на себя проведение такой встречи, открывает ветку в разделе "Дела и встречи", заявляет тему и приблизительный план. По мере готовности остальных - встреча осуществляется.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 26 Ноябрь 2014, 04:15:00, ВОЗ»

Н. А. Бердяев.

Мечта о великой культуре, о всенародной органической культуре, есть неизбежно мечта о культуре сакраментальной, символической, по истокам своим мистической.

_______________________________________________
Роза Мира не является новой религией и новой культурой,
но ансамблем и диалогом религий и культур.


Рейтинг@Mail.ru Союз образовательных сайтов Яндекс.Метрика