Творческая лаборатория
Самостоянье человека — залог величия его

0 Участников и 1 гость просматривают эту тему.

 
Самостоянье  человека   –
залог  величия  его
   

   Строки, вынесенные в  заголовок,  взяты из пушкинского  «белового варианта, переходящего в черновой». Необычная инверсия. Как же она возникла?.  До предела выверенная афористичность чеканных строк поражает любого, кто впервые их услыхал, конечно, при условии, что слушатель проникся  неподдельным пафосом вдохновенных строк. Но напрасно искать их в многочисленных сборниках стихотворений А.С.Пушкина. Это обстоятельство заставляет обратиться за разъяснением  к черновикам поэта.  В полном академическом издании Пушкина четверостишие, из которого взяты строки, выглядит  так :

                     На  них  основано от  века                                 
                     По  воле  бога  самого                           
                     Самостоянье  человека,                                     
                     Залог  величия  его.

   Невольно возникает вопрос – на ком это "на них"?  Остается предположить, что А.С.Пушкин хотел поместить это четверостишье  в какое-то свое стихотворение. Из черновиков поэта выясняем, что таковое широко известно, написано в октябре 1830 года. Первая строфа  его:

                       Два  чувства  дивно  близки  нам  –                                                               
                       В  них  обретает  сердце  пищу  –                                                             
                       Любовь  к  родному  пепелищу,                                                             
                       Любовь  к  отеческим  гробам.

   Сначала поэт  готов был поместить  рассматриваемое нами чеканно отделанное четверостишье после этого безупречного  первого. Но он не делает этого, а беловой вариант парадоксально переходит в черновой и, после многочисленных, мучительно вызревавших вариантов, вместо него появилась другая строфа:

                        Животворящая  святыня!                                                                       
                        Земля  была  (б)  без  них  мертва.                                                                       
                        Как . . . . . . . . . . . .  пустыня                                                                       
                        И  как  алтарь  без  божества.

   Казалось бы, вместо многоточия напрашивается вставить слово «оазис» (Как без оазиса пустыня). Слово это не могло быть не знакомо Пушкину. Оно появилось в русском языке в конце 18 века. К тому же, поэту всегда  доступны  стихиалии, в том числе и стихиали пустынь. Известный всем с детства знаменитый «Анчар» весь пронизан стихиальным настроением.   И, тем не менее, Пушкин оставляет многоточие. Тут, вероятно, не загадка незнания, а интенция безошибочного литературного вкуса поэта.  Поговорка: «О вкусах не спорят» свидетельствует лишь о бессилии людей постичь феномен вкуса. А, между тем, «вкус» является одним из важнейших эстетических знаков, критериев восприятия вещи. Заметим также, что андреевские «стихиали» пронизаны не только мистическими аллюзиями. В личном опыте стихиали постигаются особой обострённостью нашего чувственного и духовного мировосприятия, в том числе развитостью  эстетического вкуса.
    Отрадно заметить, что не попавшее в основной корпус стихотворений поэта четверостишье  обладает поразительно глубоким смыслом. Поэт впервые вводит в русский язык ключевое смыслообразующее слово «самостояние». Обратившись к обширному четырехтомному изданию словаря языка Пушкина, с удивлением узнаем, что  такого слова там нет. Этот словарь появился в годы «оттепели», но страх перед умершим деспотом и его приспешниками ещё не исчез. Может это обстоятельство сдерживало составителей словаря и они «не заметили» столь «огненное» слово?  Слово это появилось только в дополнении к словарю языка Пушкина, изданном в 1982 году.
   Поэт единственный раз применил слово «самостояние» в своем творчестве. Удивительно, что и после Пушкина  никто из пишущей братии не расслышал это слово. Долгие годы умы писателей и публицистов занимали не столь возвышенные темы критического реализма, да и человека они высоко не ставили.  Только в 20-ом веке это слово воскресло  в работах  Н.Бердяева, о чем я узнал только в годы перестройки.  Такое слово  было дано поэту вспышкой озарения именно по «воле Бога». Подобное заключение нетрудно сделать, если внимательно приглядеться к черновикам поэта, где слово «самостоянье» явилось одним из первых, а все другие окружающие слова много раз заменялись и давались с огромным  творческим напряжением.
   Замечательно, что в наше время слово «самостояние» наконец востребовано и вошло в арсенал понятий философской антропологии, особенно через работы выдающегося философа конца 20-го века В.С.Библера, ибо оно выражает фундаментальную мировоззренческую установку человека. На мой взгляд, слово это исполнено оптимистических, духоподъемных  коннотаций в отношении человеческого предназначения, являясь «срединным» ответом на оппозицию: человек – «раб Божий»  и  человек – «мера всех вещей». Через это слово Божественная энергия и энергия человека  не противопоставляются одна другой, но находятся в синергийном взаимодействии, причем абсолютная первичность Бога имплицитно утверждается первичностью сотворенной Им Природы. Обрести самостояние как подлинную независимость и устойчивость к социальным и межличностным воздействиям без синергийной Встречи человека с Богом мне представляется невозможным.
  Слепое поклонение и жертвы не нужны Богу. Единственно верное отношение к Творцу побуждается ответной благодарностью к Нему за дар жизни. Это естественный отклик, сакральное движение человеческого сердца, ибо быть неблагодарным за дар творения есть худшее, что может содеять человек, «человек неблагодарный», то-есть пребывающий в безнадежной богооставленности.  Самостояние энергично подвигает к сотворчеству с Богом, к той Божественной игре, Лиле, о которой столь ярко живописует  восточная мудрость Веданты.
   Самостояние манифестирует мощное противостояние, противление глобальным угрозам гибели человечества из-за собственного невежества, ущербности, эгоизма. Оно способно ограничить  власть Эго, поможет найти действенные, конструктивные формы его обуздания. Если искать краеугольный камень, базис, на коем может выстраиваться воспитание  человека будущего -- homo spiritualis, то этим камнем должно стать самостояние. 
   Только через самостояние человек обретает свою уникальность и реализует смысл собственного бытия.  Только через самостояние человек сможет напрямую выйти на интуитивно-опытный путь личного Богообщения. Через самостояние происходит не только осияние человека светом Божественного величия, но и спасение. Ибо подлинное спасение состоит не столько в евангельской жертве Христа (спасение «задарма», из снисхождения к немощам и слабостям человеческой натуры), сколько  в выработке самостояния каждым россиянином, каждым землянином. К такому умонастроению можно приблизиться посредством расширения собственного понимания жизнеречения, т.е. усвоения потаенно укорененного, заблокированного в глубинах сознания знания жизни, которое требуется разблокировать, освободить, «расколдовать». Сегодня это «узкий путь»,  но он будет раздвигаться по мере роста числа понимающих.
   А теперь вернемся к вопросу – почему поэт изъял рассматриваемое четверостишие из ранее задуманного варианта стихотворения? Слово «самостояние» относится к понятиям духовного ряда и потому не  может быть основано на чувствах  – понятиях душевного, сердечного ряда, если исходить из автономии души и духа. Различие между земным, эмоционально теплым, душевным составом существа человека и надмирным, духовным весьма существенно по качественному признаку: душа привязана ко всему посюстороннему, земному крепкими сердечными нитями, связано с анахатой. Дух человека соединяет посюстороннее с запредельным, горним миром через энергии, точнее, через синергийное взаимодействие тварной энергии человека с нетварной энергией Бога, здесь уже уровень седьмой чакры  -  сахасрары. Поэтому в приоритете значимостей главенство принадлежит духу, принадлежит самостоянию как производной духа. Именно это чутко уловил  Пушкин.
   Но как хочется, чтобы замечательное четверостишие обрело  самостоятельную жизнь. Возьму на себя дерзание немного изменить первую строку четверостишия:

                            Всем  нам  завещано от века                                                                     
                            По  воле  Бога  самого                                                                               
                            Самостоянье  человека  –                                                                               
                            Залог  величия  его.
   
Сумеем  зарядиться колоссальной энергией пушкинского слова  – обретем силу Антея и сможем спасти Землю со всеми проблемами  и  заботами  живущих  на  ней  людей. Строки  такого четверостишия  можно вырезать в камне метровыми буквами и расположить на склоне какой-нибудь священной горы. Тогда Всевышний возликует, увидев и прочитав эти строки, обрадуется, что  не  зря  Он  даровал    человеку  свободу  воли. 



«Последнее редактирование: 08 Январь 2010, 16:11:50, Eugeny SIM»

Агния

Спасибо за интересный, глубокий текст.
Заставляет задуматься...
Оно во многом загадочно - это незаконченное стихотворение Пушкина.
Почему любовь не к родному дому, но к родному "пепелищу" (бывшему, потерянному дому)?
Не к памяти отцов, но к "отеческим гробам"?
"Пепелище" и "гробы" вносят ноту трагизма, печали. И все стихотворение в целом кажется ответом поэта в споре с кем-то невидимым. (Во всяком случае, мне слышится это так.)

"Самостоянье" - удивительно сильное и многозначное слово, и действительно странно, отчего поэт ни разу больше не использовал его.
 
С другой стороны, самостоянье человека (его внутренняя вертикаль) вовсе не обязательно может быть связано с любовью к родине и своим корням.
Наверное, внутренние опоры (они же - внутренние крылья) могут быть и иными...


В раннем стихотворении у Пушкина уже есть ответ, почему "пепелище" и "гроба"? почему "осень" (чахоточная дева: она жива сегодня, завтра нет), а не весна? почему "на свете счастья нет"?  -  потому что Пушкин - художник, поэт - и всё несовершенное не может его вдохновить до конца: отдаться всей душой он может только преображённому, прекрасному, а не подмене, суррогату, временному. И вот это прекрасное, это произведение искусства из сырого материала жизни творит Память: именно память переводит временное в вечность, творит из глины жизненных событий совершенное и вечное искусство.
Вот это юношеское стихотворение-ключ:

Если жизнь тебя обманет,
Не печалься, не сердись!
В день уныния смирись:
День веселья, верь, настанет.

Сердце в будущем живёт;
Настоящее уныло:
Всё мгновенно, всё пройдет;
Что пройдет, то будет мило.

Всё мгновенно, всё пройдёт; что пройдёт, то будет мило. Отсюда гроба и пепелище. Отсюда осень и разлука. Это жажда преображения, жажда бессмертия и ничем не удовлетворимая в этом мире тоска по идеалу, по совершенству:

Всё, всё, что гибелью грозит,
Для сердца смертного таит
Неизъяснимы наслажденья -
Бессмертья, может быть, залог!
И счастлив тот, кто средь волненья
Их обретать и ведать мог.

Это уже зрелый Пушкин. Здесь уже все точки над "i" расставлены. Красной нитью проходит через всё его творчество и недвусмысленно расставляет акценты: "пусть мёртвые хоронят своих мертвецов":

Это "Поэт и чернь":

...Тебе бы пользы всё — на вес
Кумир ты ценишь Бельведерский.
Ты пользы, пользы в нем не зришь.
Но мрамор сей ведь бог!.. так что же?
Печной горшок тебе дороже:
Ты пищу в нем себе варишь.

.....

Подите прочь — какое дело
Поэту мирному до вас!
В разврате каменейте смело,
Не оживит вас лиры глас!
Душе противны вы, как гробы.
Для вашей глупости и злобы
Имели вы до сей поры
Бичи, темницы, топоры; —
Довольно с вас, рабов безумных!
Во градах ваших с улиц шумных
Сметают сор, — полезный труд! —
Но, позабыв свое служенье,
Алтарь и жертвоприношенье,
Жрецы ль у вас метлу берут?
Не для житейского волненья,
Не для корысти, не для битв,
Мы рождены для вдохновенья,
Для звуков сладких и молитв.


Это - "Свободы сеятель пустынный":

...Паситесь, мирные народы!
Вас не разбудит чести клич.
К чему стадам дары свободы?
Их должно резать или стричь.
Наследство их из рода в роды
Ярмо с гремушками да бич.


И конечно, Медный Всадник. При всём своём сочувствии к Евгению и его маленькому человеческому счастью, симпатии поэта на стороне Кумира, Поэта, Истукана, вызывающего и эту грозную стихию, и этот город, и усмиряющего им же вызванную стихию.
Нет, не всё для него, Евгения, на этом свете и не обо всём ему можно судить: Пушкину бесконечно чужда эгоцентрическая позиция "венца творения": он, как Чехов, может простить всё, кроме пошлости; и как Чехов безжалостен к пошлости; даже жесток. (Эти два имени я неслучайно поставил рядом.)
Точно также Поэт безжалостен и к самому себе: Пушкину-человеку ("среди детей ничтожных мира, быть может всех ничтожней он"): и его маленькое счастье рушится, когда становится на пути Поэта.
И здесь кончается жизнь и начинается Судьба.

Вот почему "пепелище" и "гроба"...

О "самостоянье" надо говорить отдельно, ибо тема очень неоднозначная и от неё один шаг до самости и до непонимания Благодати. И даже один шаг до пошлого "самодостаточный человек".  Но тут уже нам нужен не Пушкин, а Достоевский. Человек - существо переходное, и никакой самодостаточности в нём нет. И "самостоять" ему не на чем - без Христа и Бога - он никто и звать никак. Его "самостоянье" - может быть прямой дорогой к дьяволу. Очень скользкое слово и очень скользкий путь. Может, не зря эту мысль Пушкин не стал развивать и оставил в черновиках? Творческий путь - это жертвенное служение Высшему, а не "самостоянье"; и эту идею Пушкин очень настойчиво и последовательно проводил и заплатил за неё дорогой ценой.

Но "пепелище" и "гроба", как пушкинская осень, чеховская грусть и свиридовская музыка... В них обретает сердце пищу...
Закончу своим маленьким стихотворением (я знаю, откуда оно выросло, поэтому набрался наглости и здесь помянул его):

Разлука больше знает о любви,
чем огненная страсть. Но горе
сжигает мякоть жизни. И твои
пронзительны прозрачные просторы,
пожар осенний… Сердце дома:
небес его бездонная истома –
воспоминания бессмертная поэма,
все двести лет читаемая мной:
из края в край наполненное время
прощения премудрой синевой.
И меркнет свет так тихо, как живой…

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 06 Январь 2010, 22:29:58, Ярослав»

Конечно, у Пушкина речь идёт о чаямом, возможном самостоянии тех людей, которые на пути к обожению. Это высокая мечта о будущем человеке  -  заявка Пушкина на грядущие столетия.

А соскальзование в самость всегда рядом, как и утрата благодати, если проснешься утром "не с той ноги".

Что человек существо переходное, не готов согласиться. Через пушкинское "самостояние" я самому себе помог утвердиться в человеческом достоинстве. Хотя не только Достоевский, но и Бердяев в "Смысле творчества" весьма и весьма нелестного мнения о человеке от ветхого Адама. Что-то упрямо протестует во мне против такого подхода к человеку. Чехов же меня вообще оскорбляет своей нелюбовью к людям и, в особенности, к женщинам. Думаю почему? Уж слишком резко все трое отделяют личное (неприкасаемое) от общественно порицаемого. "Изобличительство" действенно, когда оно начинается с себя, с собственного несовершенства, когда оно исповедально, как у Августина Аврелия.


Чехов же меня вообще оскорбляет своей нелюбовью к людям и, в особенности, к женщинам.
Чехов не оскорбляет. И не может оскорбить. Любовью к человеку светится все его творчество. Отсюда предельная деликатность, тонкость и глубина зрения. Д.Андреев писал, что именно любовь к людям - основной дар Чехова, именно ей подчинена его жизнь и творчество. В первую очередь развивался в нем этот дар.
Вот статья о любимом писателе человека, с которым мне посчастливилось встретиться, который весь воплощенная любовь.

___________________________________
Красота – это память о лице Бога.
Александра Таран

Я долгое время думал так, как пишет о Чехове И.Ю.Баженова в своем замечательном эссе. Оно пронизано подлинной любовью к писателю. Да, Чехов был обаятельным человеком, я мог бы добавить о его заботливом отношении к брату Михаилу, к семье. Всё так.
 Что же заставило меня изменить теперь взгляд на творчество Чехова? Эффект вторичного прочтения, вернее невозможности вторичного прочтения. Возникает глухая тоска от натурализма, от того натурализма, что удваивает убогую реальность пошлой жизни, загоняя саму жизнь в тупик безысходности. Дистанционирование Чехова от своих несчастных героев огромное, они как куклы в "театре" Чехова.
Вероятно, это моё субъективное мнение более чем спорно, но я был бы фарисеем, если бы присоединился к почитателям  писателя Чехова. Я вырос и воспитан на классической русской литературе и не должен кидать в её сторону камни. Поэтому, если кто-то сочтёт, что я кинул камень, прошу великодушно простить меня.


Агния


 О нелюбви Чехова к женщинам... Возможно, в реальной жизни он не всегда поступал достойно в своих отношениях с ними. Но в творчестве? Чего стоит образ Нины Заречной - будучи атеистом, Чехов сумел сказать о сакральной сущности творчества, о пути творца (даже маленького, никому не известного) - устами женщины. Скорей уж Толстой не любил женщин - отказывая им в праве на творчество и духовный поиск. (Из чудесной и живой Наташи Ростовой сделать "красивую самку" - это как?..)

Что человек существо переходное, не готов согласиться. Через пушкинское "самостояние" я самому себе помог утвердиться в человеческом достоинстве.
Мне нравятся слова одного из современных учителей: человек - это прыжок. От животного к духовному существу. В его переходности, неопределенности - и глубокий трагизм, и надежда, упование. :)



Есть два образа  -  прыжок над бездной и канат над бездной, по которому надлежит пройти  в своём самостоянии. Многие бездны слишком широки, чтобы прыгнуть, разве что перелететь. Вероятно, оба образа верны и они подспудно работают, если вмещены в собственный внутренний опыт. Спасибо Вам, Агния.



Рейтинг@Mail.ru Союз образовательных сайтов Яндекс.Метрика