Философия синтеза
Истина истины (дискуссия)

0 Участников и 1 гость просматривают эту тему.

« #1 : 30 Декабрь 2011, 05:33:33 »
Отредактированный текст этой дискуссии опубликован в Библиотеке Замка (там же можно скачать текст одним файлом), а также - в печатном сборнике "Борчиков С.А. Философия в малых формах. Т.4. Екатеринбург: «СВ-96», 2012."



    Истина истины – это…
Нет истины, где нет любви.
Пушкин

Предисловие
о трудностях на пути к обещанному,
служащих оправданием не только задержки в пути, но и самого пути

При чтении книги Сергея Борчикова «Истина истины», созданной на основе материалов одноимённого форума (зная мою «идею-фикс» – преодолеть энтропию форума созданием из него нового литературного жанра, – можно понять, почему меня заинтересовал не только предмет книги, но и сам способ её появления на свет), у меня родился ряд идей, и мне показалось, что эти идеи могут дополнить смысловое содержание книги «Истина истины». Оставалось дело за «малым» – вербализировать их.

И тут я сразу столкнулся с такой трудностью, преодолеть которую не хватит жизни (я думаю, что не хватит и тысячи жизней), а именно:  любая попытка раскрытия понятия «истина истины» через слова приводит к необходимости раскрытия таких слов-понятий, как: «любовь», «дух», «вера», «знание», «мир», «Бог», «человек», «бытие», «сущность» и т.д. – каждое из которых в свою очередь извлекает из человеческой души и памяти бесконечные гирлянды смыслов. А с учётом неизбежного сопряжения в полемическом жанре значений этих «больших слов» с другими участниками коллективного текста, бесконечная смысловая гирлянда каждого умножается на такую же гирлянду другого – и проще пройти вселенную из края в край пешком, чем выполнить данную задачу. Казалось бы, на этом можно поставить точку. Но есть один вариант (на мой взгляд, он же единственный)… –   вот его и попробую описать в «первом параграфе», чтобы иметь шанс (смысл) двигаться дальше.

Вторая трудность, которая может лишить дара речи, – это поиск жанра для ТАКОЙ темы. Если не скользить по поверхности, то каждая идея, посетившая меня при чтении «Истины истины», для перевода на словесный план нуждается как минимум в большом философском трактате, да и тот поможет показать лишь одну из её проекций, собственно – философскую. В общем, писать статью (как я предполагал сначала) – для ТАКОЙ темы – занятие бессмысленное: ничего кроме профанации ПРЕДМЕТА не даст – ни уму, ни сердцу – ни себе, ни людям. Да и писать философские трактаты я не умею, к тому же они давно написаны (и некоторые из них даже прочитаны). Но я опять же – как и в случае с «первой трудностью» – методом исключения нащупал следующий жанр для данной темы (проще говоря, выкрутился): это будет как бы набор тезисов-формул, афоризмов, ключевых цитат, вопросов и заметок на полях. Чтобы создать хоть какую-то видимость систематизации, а главное – ради паузы (необходимого условия объёма), я по ходу дела сгруппировал эти формулы-тезисы  в отдельные «параграфы» (серии, сцены).
Каждый из тезисов можно будет попробовать развернуть совместными усилиями во что-то более членораздельное и философоподобное.

Заметка на полях
(несколько штрихов о самой сцене,
где мы играем какой-то спектакль в какой-то неведомой нам пьесе)

Автор раздела (он же главный соавтор Сценариста, сокрытого от нас под маской Случая) сделал упор только на полемику, что вызвало оживление в разделе, но, увы, недолгое. Такая методика хороша для маленького форума, живущего несколько месяцев и имеющего свой заранее приглашённый коллектив участников, знающих организатора форума по другим работам и уже имеющих о нём представление (как было на том же форуме «Истина истины»). Но для нашего портала  – все его форумы и подфорумы – лишь творческая лаборатория, которая вносит свой вклад в Содержание. Содержание портала в целом – главное. И любая качественная статья входит органической и неповторимой частью в содержание портала вне зависимости оттого, состоялась по ней дискуссия или нет и когда состоялась – сразу, через год или через десять лет. Дискуссия не самоцель, но средство. Она может дать дополнительное содержание порталу, а может и не дать. Разные скорости раскрытия и прорастания у одного и того же Предмета – на тематическом форуме и на таком портале, как наш. Говоря в терминологии автора книги: разный «ландшафт истин». Добавлю – из этого вытекают и разные сроки жизни для самого Предмета (что хорошо для цветка, то невозможно для леса). Ставить дискуссию впереди других жанров на многожанровом портале – значит обеднять (и существенно) сам Предмет дискуссии и сужать читательскую аудиторию, а следовательно оставлять за бортом большую часть и потенциально активных участников. Чтобы у людей появилось желание дискутировать на какую-то тему, мало просто заявить эту тему, надо дать предварительно к ней качественный материал. Только по прочтении Ваших книг, Сергей, у меня появилось желание продолжать нашу полемику (думаю, что я в данном случае – типичен). Такова специфика нашего сетевого организма и таков его человеческий отбор: те, кого интересует форумное «общение» – как таковое – без ясной цели и без качественного предмета, вокруг которого ведутся диспуты, к нам не приходят, а если приходят, то не задерживаются. Зато приходят и задерживаются те, кто способен вносить свой вклад в Содержание портала в целом, безотносительно жанра (полемический жанр – лишь один из возможных).

На этом заканчиваю предисловие и перехожу к формулам и тезисам, которыми, как зарубками в пути, постараюсь наметить контуры тех идей, что разбудило во мне чтение книги «Истина истины».


Содержание
(каждый параграф – отдельным постом будет; названия параграфов ориентировочные)

Параграф первый
Терминология и контексты.

Параграф второй
Истина – всё, что не ложь.
Истина истины – «быть в духе».


Параграф третий
Относительный мир как часть подлинного.
Истина есть подлинность.
Отражения истины, её символика.
Истина истины есть путь от необходимости к свободе: раскрытие любви. 
Истинное и разорванное время.

Параграф четвёртый
Дух – душа – материя: «Я» и «я».
Слово и Логос.

Параграф пятый
«Я» и «Ты». «Я» и «не-я».
Ты-истина.
Любовь – это я-истина ты-истины.
«Не-я» – ложь – не-истина.

Параграф шестой
София. Троица. Я есмь.

Параграф седьмой
«Богосотворчество – цель, любовь – путь, свобода – условие»
Цель – творящаяся истина. Путь – истина истины. Свобода – мир истины.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 30 Ноябрь 2014, 06:48:56, ВОЗ»

« #2 : 30 Декабрь 2011, 05:37:14 »
Параграф первый
Терминология и контексты

Сама идея «истины истины» может родиться только в том в мире, где возможен вопрос Пилата «Что есть истина?», – «истина истины» как поиск «того», что делает «истину истиной». Именно так возникает идея найти «путь», «критерий», «соль истины», «истину истины».

Цель моих заметок – показать, что Истина – это подлинная реальность.
А «истина истины» – путь в эту подлинную реальность, в подлинное существование.
И вопрос «Что есть истина?» возможен только в мире (в душе), где не всё есть истина, не всё есть подлинная Жизнь, где есть «ложь» и «ложное».

В мире, где нет лжи и нет ложного, где всё есть подлинное существование, такого вопроса просто не может возникнуть, ибо в таком мире истина есть всё и нет ничего, кроме истины. Сам вопрос об истине снимается в таком мире – за ненадобностью. Нет в таком мире и самого понятия «истина», ибо истина есть ВСЁ.

Так же не может возникнуть вопроса «что есть свобода?» в мире, где всё есть свобода и нет ничего от необходимости, никакого насилия извне, никакой «объективной реальности», насилующей «субъективную» реальность «Я». Вопрос о свободе возможен только в «царстве необходимости», где не всё есть свобода.

Так же не может возникнуть вопроса «что есть любовь?» – и не нужны никакие «критерии любви» – в мире, где всё есть любовь и нет ничего, кроме любви.
Так же не может возникнуть вопроса о Боге в мире, где всё есть Бог и нет ничего, кроме Бога.

Такой мир мы называем Царствием Божием – Духовной реальностью, которая внутри нас и в которой «всё во мне и я во всём».

Раскрытию этих тезисов, не живущих один без другого и не воспринимаемых по отдельности как «объекты» (пусть «объекты философские» – в качестве «понятий» или «категорий» проецируемые в реальность человеческого разума), и будут посвящены мои «заметки».

А начну – с терминологии: со слова как такового.
И начну от противного: истина есть не ложь.

Дать исчерпывающее определение ни одному «большому слову» (логосу, смыслу, понятию) или создать для него «систему систем» (претензия метафизики) невозможно в мире, в котором часть не может включать в себя целое как свою часть. Такая «математика» абсурдна в нашем мире и неприемлема для нашего разума, стремящегося к адекватному отражению «объективной реальности». Более того – в мире, где встаёт сам вопрос (а он встаёт перед каждым существом, живущим в таком мире и наделённым разумом) об «объективной или субъективной реальности», невозможно дать описание ни одному из понятий (лучше: слов – слово больше, чем его смысл), невозможно создать единый «контекст контекстов».

И главное препятствие – сама реальность такого мира, внутри которой невозможна единая система смыслов (невозможна в принципе). «Большие слова» – истина, любовь, Бог, человек, бытие и т.д. – символизируют Целое, которое не может быть ни вмещено в часть –  в одну из своих «проекций», ни в сумму всех частей – в сумму всех возможных своих «проекций» – в «проекцию проекций».

Целое нельзя вместить в мир, в котором существует само разделение на целое и составляющие его части. Только в мире, где каждая часть в то же время есть Целое, а Целое есть часть каждой из своих частей, слово (понятие) включает в себя все свои контексты и контексты всех других слов (понятий) – неслиянно и нераздельно. Увы, такая философия и такая филология для нашего разума являются логическим противоречием.

Первый ход (чисто филологическое хулиганство), который мне пришёл на ум и я хотел сделать навстречу автору книги «Истина истины» и с которого можно было бы начать нашу «метафизическую партию», – это задаться вопросом(и):
 А почему бы не пойти дальше и не написать «Истину истины истины»?
Или так – почему бы не издать серию книг: «Художественность художественности», «Красота красоты», «Гармония гармонии», «Добро добра», «Божественное Божественного», «Мудрость мудрости», «Поэзия поэзии», «Логос логоса»,  «Жизнь жизни», «Творчество творчества», «Любовь любви», «Свобода свободы» и т.д.
Это хулиганство, но в нём есть доля «истины истины».

Разум хочет системы и верит в систему. Не может не хотеть и не верить, иначе рехнётся. И эта вера разума в систему оправдана его свободой: всё-таки система лучше (свободнее) хаоса. И система – путь от хаоса к космосу. Но космос не есть система. И система не есть космос. Организм не есть система. Космос (организм) есть Целое. А Целое – не система. Система состоит из частей – целое состоит из целого. Каждая «часть целого» есть ВСЁ ЦЕЛОЕ: не только микрокосм, но и микротеос. Вселенная – Целое – входит в человека как часть…
Впрочем, я о «словах» (труднее всего писать словами о словах: о вещах легче намного).

Предположим, что нам удалось создать грандиозную метафизическую систему, где «большие слова» нашли каждое своё место и раскрываются при помощи других слов. Предположим, такая система создана. А дальше – что?
Дальше – смерть.

Только пока «метафизика» (пользуюсь авторским понятием «метафизики» из книги «Истина истины») не достигла своей цели – не создала единую метафизическую систему – она жива и она имеет смысл (свой неповторимый «живой контекст»).

В мире, в котором существует вопрос – «а что дальше?», – невозможна единая «система систем». Прежде чем строить систему понятий, нужно понять природу времени и природу «я». Эта «природа» (я-времени) и есть «истина истины». Это и есть любовь.

Я опять забежал вперёд (или назад?)…
В мире, где есть само понятие относительности, невозможно создать систему, адекватно отражающую (хотя бы отражающую, а не вмещающую) абсолютное. В таком мире абсолютное мыслится как что-то застывшее, так же мыслится и вечность внутри времени. Истина – это реальность абсолютного.
Относительное – проекция абсолютного (одна из).
Время – одна из проекций творящейся вечности (истинного времени).

Слово – проецируется в словах, создающих «живые контексты».
Каждое слово – в своей отдельности – непереводимо на язык других слов. Только в их окружении – в «живом контексте любви» – слово начинает понимать (узнавать) самого себя, узнавая другие слова в себе, а себя в них – каждое как неповторимость и единственность.
Это Слово может быть «человек» (имярек), Бог, Истина…

Слово включает в себя и понятие, и образ, и чувство и что-то ещё… – самое главное и невыразимое: свою глубину и тайну.

Существуют религиозные, мифологические, философские, мистические, символические, культурологические, научные, метафизические и т.д. и т.п. КОНТЕКСТЫ ИСТИНЫ.
Существуют национальные КОНТЕКСТЫ ИСТИНЫ.
Существуют личные КОНТЕКСТЫ ИСТИНЫ.

Истина (как слово и как целое) отражается (воплощается) в бесконечных контекстах, каждый из которых – целокупен и истинен. Вся совокупность этих контекстов (творящаяся бесконечность) является символизацией, отражением и воплощением творческого Духа Истины в нашем мире и во всех неисчислимых мирах космоса.

Бесконечность контекстов является символом Творящейся Истины. Если бы вечная истина была застывшей, объективной и раз и навсегда данной как «объект объектов», она б нашла способ отразиться в материальных мирах в виде пусть грандиозной, но системы. То есть – все контексты истины можно было бы объединить в один КОНТЕКСТ как его части (претензия науки вообще и «метафизики» – как науки – в частности).

Целое не является суммой частей. Никакого единого (общего) КОНТЕКСТА ИСТИНЫ нет и быть не может. Но есть множество цельных КОНТЕКСТОВ ИСТИНЫ, способных (потенциально) к общению друг с другом в любви, без смешения в каком-то одном «общем знаменателе». Такое общение контекстов и есть КОНТЕКСТ КОНТЕКСТОВ – максимальная полнота раскрытия абсолютной истины в мире относительном. Но этот «контекст контекстов» не есть сама Истина, лишь максимальная полнота её символизации и её творческого проявления себя вовне.

И задачей любого: философского, научного, религиозного, художественного, мифологического, метафизического – творчества (индивидуального или коллективного) является создание ещё одного неповторимого живого контекста истины, которого не было раньше, но который уже есть в духе (в потенциальной глубине его свободы) – как раскрытие Творческого Замысла Бога и как Богосотворчество.

Каждый контекст национальной культуры состоит из множества цельных истинных контекстов, не сводящихся к непротиворечивой логической системе в принципе, но дополняющих друг друга, как утро и вечер, осень и весна, религия и наука, мифология и философия, поэзия и математика…
И каждый из контекстов включает в себя все контексты.

И только в том или ином контексте мы можем прочувствовать и понять ещё одну грань любого «большого слова». Так же, как в индивидуальном лице мы можем понять (прочувствовать) реальность любви. Без лица любовь для нас является лишь умозрительной, абстрактной, предполагаемой, не становящейся ни нашей внутренней реальностью, ни реальностью мира.

Любая попытка свести все контексты к единому «общему знаменателю», в единую непротиворечивую «систему систем», приводит (в нашем мире!) к смерти «живого контекста», к утрате его неповторимого ЛИЦА.

ЛИЦО и есть контекст Истины.
И такие контексты творятся, а не складываются в систему как компиляции частей (других контекстов).

Научиться общению контекстов – главное и самое трудное искусство. Общение тоже творится…

Нельзя понять целое как сумму его бесконечных проекций (контекстов), но лишь символически – в этом бесконечном разнообразии «живых контекстов», творящихся «проекций истины», мы можем в глубине своего духа «прочувствовать» Истину – как подлинную реальность.

«Истина истины» есть глубинная память о подлинной духовной реальности, заложенная в каждом из нас. Человек принадлежит не только этому миру, но и миру Истины. Только поэтому мы способны воспринимать частные относительные истины, через которые просвечивает в нашем мире наша Живая Истина, не вмещаясь ни в одну из своих проекций, ни в один из своих контекстов. И только поэтому мы способны возмущаться лжи и отвергать ложное.

Истина жива внутри нашей Глубины  – и мы узнаём её по отблескам в мире необходимости как свою Свободу, как свою Духовную Родину, узнавая в Ней и самих себя…

Истина есть Тайна.
Истина истины есть любовь – путь в Тайну, путь в нашу подлинную реальность…
И шаги на этом пути – творимые нами живые контексты истины.

Конец первого акта.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 02 Январь 2012, 17:14:54, Ярослав»

« #3 : 30 Декабрь 2011, 05:37:32 »
Параграф второй
Истина – всё, что не ложь.
Истина истины – «быть в духе».

Никакого вопроса об истине не может возникнуть в существе, если в нём уже не заложена истина – как его глубина, его подлинное существование, его настоящая реальность. Никакого понятия о Боге и о Духе не могло бы зародиться в существе, не имеющем внутри себя – бессмертного духа. Если бы мы целиком были детьми этого мира, смертными природными существами, сами вопросы об истине и лжи в нас бы не возникали: вся бы эта природная реальность воспринималась нами как единственно возможная, то есть – истинная.

Само понимание того, что есть вокруг нас и в нас самих ложь и ложное, что есть зло и злое (недолжное быть, ненастоящее, неподлинное), сильнее любых аргументов говорит о том, что внутри нас заложено Подлинное, Вечное и Духовное, не вмещающееся в этот мир и не в этом мире зародившееся.

Я не вижу никаких оснований заменять слово Дух словами «разум», «идеи» (в платоновском смысле), «сущности», «сознание», «форма» (в аристотелевском смысле). Такая установка воли коренится в признании «материи» (объективной внешней реальности) – как всего, как целого, как первичного. Всё же остальное, включая сознание и разум, вплоть до Бога, является лишь эпифеноменами какой-то всеобщей «материи» («природы»), первичной и безосновной. Налицо прямая подмена «духа» «материей» (внутреннего, любимого и целого – внешним, объективным и отчуждённым). Из этой первичной подмены вытекают все остальные. И коренится эта подмена как раз в том, что символически называется «грехопадением» – выбросом мира вовне, в объективированную необходимость. Это не что иное, как неприятие «креста свободы», как желание избавиться от «бремени свободы», как ложно направленная свобода, отрицающая самоё себя. И эта ложная направленность свободы зарождается в глубинах воли и духа как отрицание Любви. Истина (реальность), лишённая любви, становится Ложью (Адом). И это происходит свободно внутри «Я».

Дух – это и есть Целое, Подлинное Существование. Всё остальное – путь духа, его творчество, его становление, раскрытие его свободы. «Материя», «разум», «сущности», «сознание» и  т.д. и т.п. – это лишь те или иные этапы, то или иное творчество духа, те или иные его инструменты, его символизация, его проявления.  Целое, Подлинное – только Дух. И подлинное в нас – это наше Духовное Высшее «Я», в котором весь мир внутри, которое Божественно и обладает всеми свойствами Божества: абсолютной свободой (определяемостью только изнутри), абсолютной любовью (всё и вся есть «ты» – внутри «я» зародившееся в любви), всё есть творчество бытия (а не его "отражение" как чего-то внешнего и чуждого). Ни «разум», ни «сознание» не обладают Целостностью, как Дух. Только Дух целостен, только Дух не есть объект или субъект (сама постановка такого вопроса для Духа есть ложь, выпадение из Истины – в объективацию, в отчуждение, в пределе – во тьму внешнюю, в Ад).

«Разум» уже предполагает отделённость от «чувств». «Сознание» – от «бессознательного». «Сущность» предполагает уже объективацию, какую-то степень «не-я». По сравнению с Духом – это уже частности. Разум всегда служит первичным установкам воли и веры, которые находятся в духе и определяются только изнутри духа. Отсюда известное выражение «ум – подлец»: разум может оправдать всё, что угодно, если на то есть санкция воли и веры (духовных качеств). Разум – компьютер, дух – программист. И дух вкладывает содержание в разум, оценивает, отбирает, заставляет разум работать по той или иной программе. Когда мы подменяем Дух словами «разум», «сознание», «материя» (идея или форма – как её оформление), мы подменяем художника его произведениями и за деревьями не видим леса, за картинами – целостного духа Художника.

Мир объективной реальности, наш природный мир не есть мир подлинный, как и не есть мир ложный: в нём перемешаны истина (подлинное существование) и ложь (зло – воля к небытию). Это мир символизации духа, его творчество, но не сам дух – не Само Подлинное и Целое. Картины реальны, но они лишь произведения Художника: ни одна картина не вмещает и не может вместить в себя Целостного Духа Художника: но каждая – входит в него как часть, как этап.

Истина – Духовное Целое – просвечивает сквозь наш мир как Подлинное, как Смысл, как Качество. Как просвечивает в произведениях искусства вдохновение («бытие в духе»). Также просвечивает сквозь миги жизненной полноты Вечное во времени. Вечное и есть Истинное Время, полнота времени. Наш мир – часть Вечности, этап раскрытия свободы Духа. Сама необходимость – это лишь недоразвитая свобода. Ложь – это изолгание истины. Ложь не противостоит Истине как самостоятельное бытие, ложь есть только дурная воля к небытию, к нелюбви и к несвободе, болезнь духа. Ложь – это энтропия, распыление самозамкнутого «Я» вовне. «Я» зарождается только в Любви – только в «Ты». Без «Ты» «Я» не существует, становится пустой оболочкой, фикцией. Истина превращается в «обезьяну Истины» – в Ложь.

Истина истины и есть возвращение – через любовь – в Подлинную Реальность, в Подлинное Существование – в Целое, в Истину, в своё «Я», открывающееся в «Ты».

Быть в истине и значит «быть в духе».
В духе – как подлинном существовании, в любви и свободе, в духе – как Божественном «Я» – любимом и любящем «Ты» внутри «Я» Бога. И Бог (Истина) открывается нам в глубине Духа (нашего «Я») – как «Ты». И одно не живёт без другого. И не является объектом для другого: в любви нет «объектов», в любви «я» живёт внутри «ты», а «ты» внутри «я». И не существуют они ни в отдельности, ни друг без друга. Впустить в себя «ты» и есть впустить в себя истину этого «я» и своё «я» (его истину) обрести в «ты». И это единственный путь к истине. И на этом пути нет лжи, нет зла.

Ложь появляется там, где исчезает любовь, где «ты» выбрасывается вовне как «объект» – как «не-я». Не важно, это «ты» другого человека, природного существа, великой сущности, нации, мира, космоса, Бога: важен сам вектор – превращение «ты» в «не-я». Это и есть путь лжи. Путь истины («истина истины») – это путь от «не-я» к «ты» – и этот путь есть любовь. И это то, что мы называем «быть в духе». В духе и есть БЫТЬ. Не в духе – значит «не-быть», стремиться к небытию из бытия. Только дух даёт всему истинность, качественность, смысл. Дух и есть любовь – Целое и Подлинное. Дух – это то, что живит живое, что делает истину истиной. И Дух никогда не бывает вовне, он внутри, как внутри – любовь. Объекта «любовь» (равно как и субъекта «любовь») нет: любовь – это качество духа, его путь к самому себе, раскрытие его свободы, его истины.

Любовь есть Тайна. И эта Тайна есть Истина. И она есть рождение  «Ты» из «не-я»…

Конец второго акта

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 26 Июнь 2012, 14:15:53, Ярослав»

« #4 : 30 Декабрь 2011, 05:37:47 »
Параграф третий
Относительный мир как часть подлинного.
Истина есть подлинность.
Отражения истины, её символика.
Истина истины есть путь от необходимости к свободе: раскрытие любви.
Истинное и разорванное время.

Только уже имея истину внутри себя, существо может сказать: «это – ложь, это – не истина»: есть с чем сравнивать.
Должна быть внутри память о подлинном, чтобы отличить и обличить фальшь.
Если есть понятие лжи, то есть то, что противоположно лжи, то есть – истина.
О лжи существует именно «понятие»: лжи – как самостоятельного бытия – нет.
Истина же и есть подлинное бытие, подлинная реальность, а не понятие. 

Существуют только Подлинник и фальшивка (искажённый подлинник или черновик): Бог и «обезьяна бога», Истина и «обезьяна истины», Добро и «обезьяна добра» и т.д.
Только имея в глубине своего духа образ подлинной красоты, мы можем видеть уродство.

Мир, в котором есть ложь (бесчисленные искажения подлинного существования), мы можем признать только миром относительным, не совсем подлинным – миром переходным от небытия к бытию, становящимся (в подлинном мире нет лжи, подлинный мир и есть истина – это синонимы).

Но мир относительный не может быть отделённым от мира подлинного, абсолютного (не путать с чем-то конечным и застывшим), не может быть где-то вне подлинного: мир относительный есть часть мира абсолютного, входящий в подлинное существование, как черновики и эскизы входят в готовое произведение искусства, которое в свою очередь входит как часть (этап) в целостное творчество Художника.
Время есть часть вечности.

Только имея внутри себя мир подлинный, духовный («образ и подобие Божье»), мы можем обличать ложь, отличать фальшивое от подлинного; только опираясь на память-предчувствие подлинного существования, мы не удовлетворяемся миром относительным, эмпирическим. Не было бы внутри нас Подлинника, не было бы у нас неудовлетворённости фальшивкой: самих понятий «зла» и «лжи» не могло бы возникнуть внутри нас.

Не было бы внутри нас памяти-предчувствия о мире духовном, где всё есть свобода, любовь и творчество, мы бы не могли испытывать дискомфорта от мира необходимости: он был бы единственным – и нам бы оставалось только хорошо к нему приспособиться. Тоска о Подлинном существовании, о всеобщей любви и полноте свободы – лучшее подтверждение того, что существует мир Подлинный и что он и есть Истина.
И этот подлинный мир может быть только миром духовным (целостным и свободным).

Истина истины есть процесс отделения фальшивого от подлинного, процесс перехода черновика в беловик.
Истина есть подлинность.

Только дух по-настоящему свободен – определяется изнутри: только в реальности духа нет внешней насилующей необходимости. И только в глубине своего бессмертного божественного духа мы знаем Истину и живём в истине: мы символически говорим об этом как «быть в духе», ощущать «полноту жизни».

Истина не может быть насилием извне, истина может быть только в свободе и только свободой, определяться только изнутри – как подлинное существование в подлинной реальности, и эта реальность может быть только духовной (внутренней, целостной, бессмертной и абсолютно свободной от любого внешнего давления, даже если это давление есть «дважды два четыре»).

В любом материальном мире существуют внешние объекты, есть разделённость внешнего (объективного) и внутреннего (субъективного), поэтому ни один из материальных миров нельзя признать миром Подлинным, миром Свободы.
Все материальные миры – это миры становящиеся, миры относительные. В них просвечивает и отражается (но не вмещается) подлинное, вечное (истинное время).
В них существуют моменты (миги) подлинности (полноты бытия) – прорывы вечности, абсолютного и целого в относительное и частное.

Истина отражается и символизирует себя в мире относительном (материальном), но не вмещается и не может вместиться в него, как не может вместиться художник ни в одно из своих произведений целиком. Но в каждом из произведений присутствует целостный творческий дух художника, и только он даёт качество и смысл всем деталям и частностям.

Истина – это то, что мы называем качество и смысл в событии, в объекте, в любом пространственно-временном срезе мира.
Истина и есть качество бытия, его подлинность. И поэтому истина есть дух.

Никто не может показать – вот дух. Но мы можем прозревать качество и смысл в тех или иных объектах и событиях, различать подлинное и фальшивое в них. И можем мы это делать только из глубины своего духа.
Дух познаётся только духом: целое целостным, истина истинным, любящий любимым, свобода свободным.

Истина истины и есть путь от необходимости к свободе – и этот путь есть любовь: раскрытие «я» в «ты» и «ты» в «я».

Всё внешнее (объективное) через любовь становится внутренним: нет никакого «не-я» (объекта), но есть только «ты» внутри «я» – и «я» живо только внутри «ты», – это и есть подлинная духовная реальность, подлинная жизнь, Царствие Божие.

Мы живём в разорванном времени относительного мира. Настоящее неуловимо, прошлого уже нет, будущего ещё нет. В прошлом никогда не было прошлого (было настоящее): прошлое есть только в памяти. В будущем нет будущего – есть настоящее. Будущее есть только в мечтах и предчувствиях. Время творится. И разорванное время – атрибут любого материального мира – есть творческая сила Истинного Времени.

Время творится целостно: не только будущее творится, но творится и прошлое.
Истинное время (вечность) есть полнота времён.
В полноте времён нет ни прошлого, ни будущего – есть цельное творчество бытия.

Всё, что было истинного (подлинного) во времени разорванном, входит в Истинное Время, Подлинное Существование. И это Истинное Время может быть только Духовным, Целостным, Внутренним: только в духовном не бывает разрывов, разделённости, ничего не исчезает безвозвратно, только в духовном нет ничего чуждого (как в пространственном, так и во временном смысле) – «всё во мне и я во всём».

Символически можно сказать, что истинное Время и есть Память ставшая Бытием.
В истинном времени (в вечности) нет разделения между памятью и бытием.

Истина истины есть творящаяся память об Истине.
Память ставшая бытием и есть Истина.


Конец третьего акта.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 14 Январь 2012, 17:07:32, Ярослав»

« #5 : 30 Декабрь 2011, 05:38:03 »
Параграф четвёртый
Дух – душа – материя: «Я» и «я».
Слово и Логос.

По грандиозности Вселенной – можно судить о её Творце.
Но весь материальный Космос лишь часть человека – не только микрокосма, но и микротеоса.
Дух человека вмещает в себя весь Космос, всё Творение, потому что в духе человека раскрывается духовное «Ты» Творца, а в Духе Божием коренится и раскрывается духовное «Я» человека.
Этот процесс рождения «я» в «ты» и «ты» в «я» и есть то, что мы называем любовью. В духе человека раскрывается Духовное Целое Мира.

Высшее «Я» человека – бессмертная духовная монада сотворена Богом и наделена всеми свойствами Божества. Душа – низшее «я» человека – это творимое живое слово монады, облекаемое плотью.


Чтобы не перефразировать собственные тексты, приведу здесь один отрывок из эссе «Человеческий фактор»:

«1. «Я» – высшее Я – монада, дух. Только по отношении к нему до конца справедлива богословская формула: «создал нас по Своему образу и подобию». Это «Я» – Божья идея – образ и подобие Творца – бесконечная потенция – наша Личность и Лицо в самом высшем смысле – возлюбленное и опекаемое Отцом Дитя.
 
2. «я» (с маленькой буквы) – душа, творимая духом (монадой); по Андрееву – шельт. Приблизиться к пониманию этого «я» можно по следующей аналогии: «я» (душа) для  высшего «Я» (духа) такой же образ и подобие, такое же возлюбленное детище, свободное и опекаемое, предназначенное к творчеству и сотворчеству – взыскуемому и свободному слиянию в любви,–  как само наше высшее «Я» для Бога.
 
Монада, наше высшее «Я», есть образ и подобие Творца: она творит – душу, так называемое низшее «я»; и так же отдаёт ему всю свою любовь и так же страдает и распинается от его «нет», как Тот, Чьим образом и подобием является. Любить – и так любить!– можно только своё дитя, его живое лицо, а не иллюзию!
 
3. Эйцехоре – эго – «семя дьявола» – вот где настоящая иллюзия «я»: карикатура, стремящаяся вытеснить собою подлинник. Эго – раковая клетка в нашей душе, в нашем «я»: именно тенденция к самоутверждению за счёт всего остального делает клетку раковой – «семенем дьявола». Неспособность эйцехоре-эго к жертве во имя целого, вообще неспособность к восприятию себя живой клеткой единого духовного организма и есть та «иллюзия», та болезнь замкнутости и закрытости «системы», которую человек должен свободно пережить, творчески пережигая в своей душе.
 
Это лишь схема, но она позволяет расставить акценты и определиться в терминах, чтобы не блуждать до бесконечности в трёх словах, наполняя их каждый раз произвольным смыслом. Но убеждает человеческое сердце не построение умозрительных схем, а совсем другое…»


В следующем «параграфе» я приведу один маленький частный пример, который не только иллюстрирует сказанное, но помог мне в своё время не теоретически, а опытно прочувствовать, что такое истина истины одного лишь стихотворения.

Монизм и множественность, единство и многообразие частей, включающих каждая в себя всё целое и составляющих вместе Соборное Целое, – вот главная антиномия для разума. Все духовные школы всех мировых религий, вся мировая философия приходит к этой антиномии и бессильна разрешить её в системе понятий и логических построений, только на языке метафор и символов, на языке мифологем можно что-то сказать об этой внутренней реальности Целого, познаваемой духом и только духом.

Эта антиномия не разрешается в мире относительном, в мире, где есть объекты и субъекты, но разрешается только в реальности духовной, в реальности мира абсолютного, не знающего разделения на внутреннее и внешнее, на «я» и «не-я». Это идеальное бытие – полнота бытия. И лучшую «формулу» такого идеального бытия, истинной реальности и реальности Истины, на мой взгляд, дал Владимир Соловьёв:
«Критерий достойного или идеального бытия вообще есть наибольшая самостоятельность частей при наибольшем единстве целого».
И эта «формула» есть Путь: от низших материй и низших форм существования к высшим – путь души к духу. Путь любви и свободы. И этот Путь есть раскрытие Истины в каждой из живых частей Духовного Целого Мира.

Истина Духа – это Живой Логос, а не система категорий и понятий. Истина может быть сосредоточена только в живом субъекте, в живом духовном «Я» – в Логосе, а не быть какой-то внешней объективированной и чуждой реальностью, сводом объективных законов.

Истина человека – это логос человека, его духовная монада.
Истина планеты – это Живой Логос планеты.
Истина Космоса – это Живой Логос Космоса, Логос Вселенной, Бог Сын.
Истина не является объектом и не может быть объектом, но истина есть КТО – Логос Живой.

Истина картины есть творческий дух художника, проявляющий себя вовне через творчество картин: творя картины, дух творит личность – общаясь с другими «ты».

Дух изначален и вечен, а Личность – его задание.
Личность – это душа, творимая Логосом. Это – судьба души, её путь к своему Логосу. И это творческий путь любви.

Дух (неизречённое и непостижимое для всего, кроме самого духа, целое) сосредотачивается в Логосе. Логос выражает Себя через Слово – Слово облекается плотью и творит материю. Материя облекается в форму и восходит в качестве, просветляясь и наполняясь духом (смыслом) к своему Логосу.
Материя – творческая школа духа.

Общение – в любви – главный предмет в этой школе. Через общение с «ты» («ты» из «не-я» рождается только в акте любви) дух («Я») возрастает и расширяется. (Если можно проводить пространственные аналогии по отношению к духу – целому.)

Актуальная бесконечность целого относительного развивается в актуальную бесконечность Целого Абсолютного: «Критерий достойного или идеального бытия вообще есть наибольшая самостоятельность частей при наибольшем единстве целого».

Слово – связь материи с духом и духа с материей.
Слово не материально и материально, не духовно и духовно.
Слово есть связь как таковая. Слово живое – есть душа вещей.

Соборная Душа – Женственное Начало – София – есть Душа Мира, соединившаяся в любви с Логосом Мира.

Логос – личностная истина. Душа – истина соборная.

Ставшая душа (просветлённая материя) объединяется с духовной монадой (духом) – это и есть то, что мистики называют «вторым рождением», рождением ставшей Личности. Личность есть цель и целое.

И тогда начинается Подлинная реальность для «Я»: личность переходит из реальности относительной в реальность абсолютную, в полноту бытия, в Истину. Начинается самостоятельная «взрослая жизнь» личности – подлинное Богосотворчество. До этого была лишь школа, ученичество, моделирование реальности, подражание Христу (Логосу).

Истина истины есть путь. Истина «Я», истина личности есть ставшая душа в единстве со своим духом (логосом, духовной монадой).
Истина «мы» есть Соборная Душа Мира (София) в единстве с Логосом Мира (Богом-Сыном).

Истина Логоса есть единство с Богом и в Боге – Отце и Творце духовных монад и Источнике всякого бытия.

«Ты» Отца раскрывается в «Я» Сына. «Я» Сына раскрывается в «Ты» Отца – символизируясь для Мира как соборное «Мы» – Душа Мира, София, Вечная Женственность.

Истина истины есть рождение «я»  в «ты» и «ты» в «я»: узнавание «я» в «ты» и «ты» в «я» – путь к «Мы» – путь Соборной Души к Своему Логосу.


Конец четвёртого акта.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 30 Ноябрь 2014, 06:53:09, ВОЗ»

« #6 : 30 Декабрь 2011, 05:38:17 »
Параграф пятый
«Я» и «Ты». «Я» и «не-я».
Ты-истина.
Любовь – это я-истина ты-истины.
«Не-я» – ложь – не-истина.


Есть два ощущения другого «я»: как «ты» (в любви) или как «не-я» (объекта). Я утверждаю, что если для «я» нет ни одного «ты», рождённого в этом «я» творческим актом любви, то нет и самого «я». Такое «я» превращается в пустую оболочку, в «обезьяну я», в то, что мы называем «эго» или «семенем дьявола» в нас (эйцехоре). Такое «я», лишённое любви к «ты», выпадает из бытия, перестаёт быть. Иллюзия (имитация) бытия достигается вампирической неутолимой страстью вобрать в себя все «не-я» – это не что иное, как «похоть жизни», «похоть бытия». Только любовь даёт нашему «я» бытие, которое начинается с рождением в этом «я» «ты», а в «ты» рождается твоё «я». «Я» живо лишь в «ты». Нет истины, где нет любви, потому что нет никакого «я» (субъекта и его бытия), кроме как в «ты». Восприятие другого не как «ты» внутри твоего «я», а как «не-я» есть ложь, «не-истина».

Бог есть любовь. Для Бога всё есть «ты», для дьявола всё есть «не-я». Бог отдаёт Себя каждому «ты», дьявол стремится вобрать в своё «я» все «не-я». Бог есть истина, дьявол есть ложь. Эти обе полярных духовных тенденции мы можем отследить в своём «я». Насколько жива в нас первая «тенденция», настолько живы и мы: истина и есть подлинное существование, ложь есть небытие, прикидывающееся бытием и похотливо вожделеющее бытия, не в силах им стать. Бытие рождается только в момент рождения «ты» в «я», то есть в акте любви. Любви противостоит не ненависть, но эгоизм (имитация бытия, похоть бытия). Ложь (зло) есть имитация истины, фальшивая истина, изолгание истины.

Объекта «истина» не существует, существует лишь я-истина ты-истины и ты-истина я-истины. Далее приведу отрывок из своего эссе «Человеческий фактор», где я описываю свой внутренний опыт познания истины одного лишь стихотворения: истина не только человека или мира (творений Божьих), но и любого человеческого творения не может быть познана извне. Чтобы познать стихотворение, должен произойти акт любви – и в твоём «я» загореться «ты» автора этого стихотворения, которое живо его духом. Этот дух и есть «я-истина» стихотворения, познаваемая как «ты-истина» внутри твоего «я». С рождением «ты-истины» любого стихотворения, картины, симфонии внутри «я» рождается само это «я». Ибо «я» – это путь. И каждое рождение в нём «ты-истины» есть шаг к «я-истине», к подлинному Существованию «Я» в Истине. И этот путь есть любовь – истина истины.

«…Постараюсь найти слова, чтобы описать один из самых глубоких и ключевых «личных опытов», который больше всех рассуждений и проповедей помог мне прочувствовать всю степень иллюзорности (читай: закрытости) «я» и пережить в то же время всю непреходящую божественную ценность лица (личности, лика), открытого и единого, но не растворяющегося в этом единстве. Для разума это антиномия отношений части и целого. «Никакая часть не может включать в себя целое как часть», такова логическая формула. Но сначала – опыт.
 
В конце 90-х я готовил серию чтений под общим названием: «Поэт как вестник высшей реальности». Слушателей было немного, но они были искренни. Провёл я таких чтений чуть больше 10. Потом изменились внешние обстоятельства – и чтения оборвались на поэтах Серебряного века. Каждое чтение длилось примерно 1,5 часа. Я решил придерживаться хронологического порядка. После первого, как бы вводного, чтения (Ломоносов, Державин, поэты пушкинской плеяды) шёл Пушкин. Хронология обязывала. Но сразу перейти к чтению Пушкина (самого труднодоступного из всех русских поэтов, по мнению Мандельштама) всё равно что прыгнуть без разбега через пропасть… От себя добавлю, что эта труднодоступность – ловушка для читателя или слушателя – кроется в кажущейся лёгкости пушкинского стиля; и в силу этой гладкости формы можно впасть в «быстрое чтение», проскользить по поверхности, не увидев и сотой доли уходящего в небо смысла и не услышав льющейся из глубин народной души величественной и прозрачной музыки. Неподъёмная трудность задачи при такой быстроте перехода мною осознавалась: по-хорошему Пушкина надо было читать в конце; но тогда бы я не успел, как выяснилось позднее. Так что моя поспешность и даже своеобразная наглость в данном случае помогли (в 99 случаях из 100 это приводит к обратному результату). Видимо, совокупность всех этих психологических обстоятельств вызвала какое-то размягчение моего «я» (как сказать по-другому, не знаю).
 
Смысл совершившегося я осознал не сразу. В полном объёме, может быть, до сих пор не могу перевести этот «внутренний факт» на уровень дневного сознания; но по прошествии события этот «факт» стал передо мной с огненной очевидностью случая, не требующей никаких доказательств. Находясь внутри «события», я не видел ничего необычного (задним числом я посчитал время: «это» произошло примерно минут через 30-40 после начала чтения и длилось ещё минут 20 по окончании); я произносил пушкинские строки – и очень старался поначалу войти в их дыхание, передать их неуловимую музыку, а потом… Что было потом, я смог увидеть, только выйдя из этого «временного отрезка» (нарочно не употребляю здесь слово «состояние»: это было не состояние, не артистическое перевоплощение, а свершившийся факт). Я читал…
 
… и люди слушали мои стихи. Кто-то реагировал неплохо. Но всё в общем-то шло в пределах моих обычных чтений. Мне необходимо иногда устраивать их: старые песни должны уступить дорогу новым, а чтение вслух очень способствует такому отмиранию старых пластов. В Царском получалось лучше, с большим искусством, но теперь я стараюсь читать так, чтобы «искусства» было как можно меньше. Ритм и смысл – вот два полюса, между которыми приходится балансировать. А выражение хорошо для незрелых стихов: оно искупает как раз их незрелость, наполняя недостающим огнём. Без огня нет поэзии. А без поэзии нет жизни…
 
Потом – как будто кто-то переключил свет. Как этот «переключатель» сработал в начале, я не заметил и не замечал никогда в последующем. Я очнулся – и понял; вернее – увидел, что произошло. В этот час я был Пушкиным. Я читал свои стихи. И думал о них, как о своих… То же у меня потом стало происходить и с другими поэтами (не со всеми; но «таких случаев» уже не один и не два). Примерно с середины чтения (когда-то чуть раньше, когда-то чуть позже) щёлкает как бы «переключатель». Я не только не замечаю этого момента, но даже не чувствую самого перехода. Понимаю, что произошло, только по окончании, когда «перещёлкнет» обратно. Это происходит настолько естественно и незаметно для меня, что ни разу во время «события» мне не показалось, что тут что-то не то... Хотя каждый раз, как «это» проходило – и я был опять я, Ярослав Таран и так далее, каждый раз я давал себе слово и настраивался на то, чтобы «ущипнуть» себя, находясь «во сне» (это очень похоже на своеобразный сон наяву). Но внутри самого «сна» мне ни разу! не пришло в голову, что я «сплю». Наверное, не удивительно, что такого никогда не случалось наедине (а я люблю читать вслух), только в присутствии хотя бы трёх слушателей; причём степень и глубина их восприятия, по-моему, не играют определяющей роли.
 
Всё это было бы просто интересным «фактом», может быть для психиатров в первую очередь, и только; если бы живой опыт (а не застывшая память о нём) не обогащал меня и как человека, и как поэта, по сей день продолжая струиться в душе незамерзающим и нескудеющим источником полноты и радости жизни. Это – процесс. Но переводить сам опыт в слова я могу лишь в художественных образах; а здесь попробую дать только беглый намёк о сути этого живого воздуха души при помощи нескольких нанизанных друг на друга неуклюжих «афоризмов-антиномий»:
 
Часть включает в себя целое, частью которого она является, как свою часть, не исчерпываясь этим целым до конца:
человек – часть природы, но природа только часть человека;   
человек часть метакультуры, но метакультура только часть человека;
человек часть церкви, но церковь только часть человека;
человек часть космоса, но космос только часть человека.
И только по отношению к Богу эта «формула» не работает.
 
«Всё во мне, и я во всём»: капля отражает мир, кроме себя самой.
Быть самим собой – значит не знать себя.
Вхождение в твоё «я» других «я» составляет содержание твоего «я».
Чем больше этих «я» – тем сильнее любовь к каждому.
Сила любви не распыляется, а усиливается пропорционально количеству любимых; и вся сила этой любви направлена на каждое конкретное лицо: чем больше других «я» входят в твоё «я», тем глубже содержание каждого.
Как же глубоко знает каждого из нас Бог!
 
Принятие внутрь себя другого «я» составляет рост твоего «я», которое входит в состав принимаемого тобой другого «я», ибо подлинная любовь может быть только взаимной.
Твоё «я» существует только в составе существа любимого.
Количество объемлемых тобою «я» пропорционально росту твоего «я» и любви в каждом из них, направленной всей своей «суммарной мощью» на каждого отдельно.
С какой же силой любит нас Бог, если количество созданных Им свободных «Я» превышает пределы нашего воображения, утопающего в бесконечной бездне!
 
Прямопротивоположно устремление демонического «я», отражающегося в нашем «я» как «эго» (эйцехоре): стремящееся вобрать в себя все «я» – при утрате ими своих лиц и исчезновении этих лиц вовне. Это стремление приводит к исчезновению самого вампирического «я» и утрате им своего бытия, ибо оно, как и любое «я», может иметь свою идентификацию и бытие только в составе другого «я». Без любви к другому – утрачивается собственное «я», превращаясь в неутолимую жажду поглощения извне и стирания внутри своей пустоты других «я», ставших чужими и чуждыми. Воистину, обезьяна Бога!
 
Эйцехоре – обезьяна «я». Только любовь есть вхождение в твоё «я» другого без потери им самоидентификации вовне; только любовь приводит к осознанию непреходящей ценности лица любимого, полноте его жизни в тебе, а тебя в нём.
 
Принятие в себя «я» другого как своего «ты» невозможно без существования этого «я» также вовне; как и тебя – вовне для него; но твоё «я» существует лишь в «ты» другого как его часть, а его «я» есть твоя часть и существует лишь в тебе. Исчезновение другого «я» вовне приводит к исчезновению твоего «я» в нём и порождает ненасытимую скуку небытия.
 
Все эти слова не более чем слабая тень того, что можно назвать «любовью-дружбой» в мирах духовных. А о всеединстве Божественной Полноты они не дают даже тусклой «тени от тени». И лишь Великое Молчание отдаленным эхом горнего Слова-Подлинника доносится с поэтических вершин мира до вдохновенной тишины нашего сердца … »


Конец пятого акта

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 30 Ноябрь 2014, 06:55:27, ВОЗ»

« #7 : 30 Декабрь 2011, 05:38:32 »
Параграф шестой
София. Троица. Я есмь.

О таких реальностях можно говорить только на языке символов: это трансцендентная для нас реальность. И в то же время это реальность духовного мира – реальность подлинного существования, реальность Истины – имманентная для нас реальность, реальность нашего духа, нашего глубинного подлинного «Я». В духе нет ничего внешнего, насилующего, объективного – всё внутри и всё в свободе. И путь к реальности духа, подлинной реальности, реальности Истины есть любовь. И это путь творчества.

В этом параграфе я лишь коснусь частности – вопросов, затронутых в книге «Истина истины» и касающихся Троицы, без какой-либо даже отдалённой претензии сказать что-то новое или значимое о Софии и Тайне Троичности Божества. Этот параграф будет и кратким, и даже «сухим».

Меня удивила такая мысль автора: у Бога-Отца своя истина, у Сына – своя, а мы хотим найти «истину истины», как бы «общий критерий». Если Отец – это истина, и Сын – это истина, то мы можем ставить вопрос об «истине истины». Также меня удивило противопоставление по аналогии с реальностями природного порядка Софии и Бога. Здесь мы касаемся главного отличия и главного непонимания в подходе к реальности духа, которое выявилось в ходе всей нашей дискуссии.

Дух – это целое, это подлинная реальность, реальность, в которой всё есть любовь и всё есть истина, где сам вопрос «что есть истина?» не может возникнуть, ибо истина есть всё и нет ничего кроме истины в подлинной реальности, реальности духовного мира. Также в реальности духа не может возникнуть вопрос «что есть свобода?» и «что есть любовь?» – свобода и любовь и есть эта реальность, и нет в ней ничего от необходимости и объективации («не-любви»). В реальности же природного порядка, в реальности, где есть разделение на субъект и объект, на «я» и «не-я», дух лишь символизирует себя вовне, даёт всему смысл и качество, но не вмещается в относительную реальность становящегося мира. Поэтому переносить вопросы, уместные для мира относительного и становящегося, на подлинную духовную реальность Целого некорректно.

Бог есть Истина. Тайна Троичности есть тайна Божественной любви и тайна подлинного духовного существования, а также тайна отношения Единого и множественного, Творца и творения. Только на языке символов, образов и мифологем мы можем прикоснуться к этой тайне, но не на языке понятий и философем. В этих последних вопросах философия становится мистикой, поэзией и мифологией и говорит на их языке. «Я и Отец одно», «Кто видел Меня, тот видел Отца» – и на вопрос «что есть истина?» ответил: «Я есмь» («Я есть Истина, Путь и Жизнь»  – синонимы?). Что мы можем добавить к этим словам Богочеловека, или как мы можем перевести их на язык нашего разума?
"Не я живу, живёт во мне Христос", – вот истина истины для человека.

В Божественной любви нет никакого внешнего «не-я»: всё «нераздельно и неслиянно», – антиномия, перед которой должен умолкнуть наш природный разум, не способный выйти из реальности мира относительного, мира необходимости. Только в мире, где есть объекты (точнее – волевой акт объективации), где есть «не-я» (символ отсутствия любви), где есть ложь («не-истина»), уместен сам вопрос «что есть истина?» (ибо не всё в этом мире есть истина) и возможен поиск «истины истины».

«Я есмь» – вот Истина.
«Я и Отец одно» – вот истина истины.
«Бог есть любовь» – и нет истины, где нет любви

София есть соборная Душа мира. Или на нашем символическом языке – «мы», сотканное из «я» в «ты» и «ты» в «я». София – по символике, исходящей из опыта православия, – есть Премудрость Божия. Из опыта мистиков последнего столетия, в частности опыта Владимира Соловьёва и Даниила Андреева, – София есть Вечная Женственность, Приснодева-Мать, вторая ипостась Божества.
По Даниилу Андрееву: Бог Отец есть Дух Святой (первая ипостась).
Сама Тайна Троичности остаётся величайшей Тайной христианства.
В любом случае, мыслить Софию как что-то отдельное от Бога, как другую Истину, значит оставаться в реалиях царства необходимости, падшего мира, и переносить эти реалии на подлинную и первичную реальность Духа.
София есть и Вечная Женственность (ипостась Божества), и Премудрость, и соборная Душа Мира.
Бог Сын – Логос мира.
Бог Отец – Дух Святой – Творец Замысла Мира и Творец каждого нашего духовного «Я», призванного к богосотворчеству и становлению в любви и свободе.
И только Божественная Троица есть символ подлинной Божественной Реальности, Первореальности Духа.

Далее смолкает язык философии… Только мистика на своих вершинах, прибегая к языку поэзии и мифа, может нам поведать о Тайне нашей подлинной реальности, о реальности Духа и о нашем Пути Домой. Наши представления о Божестве будут меняться до неузнаваемости по мере нашего восхождения в духе и истине. Но на все времена и на все миры распространяется одна неизменная «формула истины» (истина истины): Бог есть любовь. И нет в Нём никакой тьмы.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 19 Апрель 2012, 20:10:29, Ярослав»

« #8 : 30 Декабрь 2011, 05:38:46 »
Параграф седьмой
«Богосотворчество – цель, любовь – путь, свобода – условие»
Цель – творящаяся истина. Путь – истина истины. Свобода – мир истины.

Подведём предварительные итоги нашей дискуссии. Первый итог: форумный диалог как самостоятельный новый жанр состоялся. Мы затронули в этой ветке-дискуссии глубиннейшие, первичные вопросы человеческого бытия, попробовали посмотреть на них с разных сторон. В название этого «параграфа» я вынес фразу из «Розы Мира» Даниила Андреева, процитирую весь абзац:

«У Бога всеобъемлющая любовь и неиссякающее творчество слиты в одно. Всё живое, и человек в том числе, приближается к Богу через три божественных свойства, врождённых ему: свободу, любовь и Бого-сотворчество. Бого-сотворчество – цель, любовь – путь, свобода – условие.»
Д.Л.Андреев. «Роза Мира» Кн.2, Гл.3 «Исходная концепция»

Также в заголовок этого «итогового параграфа» я вынес тезис, не вызывающий разногласий  у обеих сторон диалога:
Цель – творящаяся истина (истина творится). Путь – истина истины (любовь и соборность). Свобода – мир истины (духовная первореальность, подлинная реальность, подлинное существование).

Наибольшие разногласия вызвали два сквозящих сквозь всю дискуссию момента:
1.  Формально-методологический, упирающийся в выбор «языка», на котором ведётся диалог.
2. Все вопросы, связанные с пониманием Духа и духовной реальности, по отношению к реальности природно-эмпирической или душевной.

Остановлюсь чуть подробнее на каждом из этих «пунктов непересечения» (дополняющих, а не вытесняющих друг друга из целостного контекста темы):

1. Выйти из области веры философия не сможет никогда, любой существенный вопрос – о смысле жизни, смысле любви, смысле свободы, о той же истине – будет уходить в духовную область. А вера тем и отличается от знаний, что она внутренне свободна – не требует внешних гарантий и подтверждений.
Вера принадлежит духовной реальности, постигаемой только духовным опытом, вера есть «обличение вещей невидимых», в отличие от эмпирического опыта. А истина, смысл, любовь – «вещи» невидимые. Материализм и атеизм – тоже вера, хоть и с обратным знаком.
Наука тоже ведь начинается с аксиом. А в новом религиозном сознании («эпоха синтеза») сами перегородки между мистикой, мифологией и философией становятся весьма и весьма проходимыми.

Как в мифологии и мистике без веры?
Да и в эстетике тоже. Как можно доказать, что что-то красиво, а что-то нет? А уж тем более – аксиому «красота спасёт мир»? Не только эмпирический опыт, но и красота может быть критерием истины.

Философия на своих вершинах (экзистенциальная религиозная философия 20-го века в особенности) признала уже приоритет мистики и мифологии в последних вопросах бытия: о трансцендентном может говорить адекватно только мистика или мифология. Развитый разум осознаёт свои границы и не тщится их переступать. Глубины духа неподвластны эмпирическому разуму и философским системам и категориям – это уже область чистой мистики, которая может говорить лишь на языке символов и метафор.

Перспектива философии «нового религиозного сознания», философии синтеза, не в создании единой метафизической системы, а в творческом и взаимно обогащающем диалоге с религией, мистикой, мифологией, символизмом искусства и новой наукой, сумевшей осознать свои границы и переставшей претендовать на единственность своей методологии. Для такого диалога нужен общий язык, и этот язык уже выработан тысячелетними традициями, создавать новояз (какое-то очередное эсперанто) не нужно (и даже вредно), но выходить в такой смысловой объём, где различные проекции истины не вытесняют, но дополняют друг друга – вот главная задача и для новой философии, и для нового искусства, и для новой науки, способных отвечать на вызов времени.

Не новую религию надо искать, но диалог-ансамбль религий, а никакая религия невозможна без великой духовной традиции: традиция и есть духовный опыт поколений, отразившийся и сохраняемый в символике. Бережное отношение к этой символике – первый шаг к пониманию друг друга. Выдумывать свою символику и свою аксиоматику – занятие, на мой взгляд, лишённое и перспективы, и санкции Свыше.

Религиозная экзистенциальная философия выходит за границы собственно философских категорий и понятий и немыслима в отрыве от мистического опыта, мифологии и религиозного символизма. На мой взгляд, именно религиозная экзистенциальная философия есть вершина западной и русской философии. А также – такие явления в истории мысли, как Максимилиан Волошин и Даниил Андреев, – их уже нельзя втиснуть ни в один устоявшийся жанр, нельзя причислить ни к одной устоявшейся форме культуры, – это уже явления новой эпохи («эпохи синтеза», эпохи «нового религиозного сознания»); и отделить в этих явлениях человеческого духа и человеческой культуры собственно философское от мистического, религиозного и мифологического невозможно. Даже в таком явлении в науке, как Н.А. Козырев и его «Теория Времени», уже нельзя чётко разделить научную методологию и духовный опыт, мистические прозрения, опыт личной судьбы, символизм мифологии и философскую составляющую.

Чёткое разграничение сфер – это наследие гуманистического этапа. В средневековье такого разграничения не было. Не будет его и в новой эпохе синтеза. Религия имеет дело не с верой, а с Откровением. Мистика – не с мистическими способностями, а с духовным опытом и духовными встречами. Мудрость многолика и не является преимуществом философов (они имеют дело с разумной стороной мудрости, которая не исчерпывает самой мудрости). София не только мудрость, но Вечная Женственность – Живая Соборная Сущность (ипостась Божества). И в таких вопросах без мистики и религиозной символики, только на языке философских понятий «делать нечего».

Также за рамками рацио и логических систем остаётся вся апофатика, вся антиномичность духовного опыта, вся философия судьбы и философия духа. Неоправданная это жертва, ради логической систематичности.

Мой оппонент, как я понял, стоит за чёткие границы философии (в рамках рацио), как ортодоксы от религии за чёткие границы религии, ортодоксы от науки за чёткие границы науки (разумеется, для любых ортодоксов эти чёткие границы являются всеохватывающими и единственно верными, приоритетными), но это уже уходит в прошлое. Прорывы познания – на границах дисциплин и за их границами, в творческом диалоге с другими путями и методами познания. Это и есть эпоха синтеза. Находясь только внутри философских систем, никакую философию синтеза, никакую интегральную философию построить невозможно. Такая философия возможна лишь в со-творчестве с религиозными, мифологическими и мистическими «системами», в поиске общего языка с ними. И примеры такой новой интегральной философии я уже приводил. Для меня это в русской культуре – Владимир Соловьёв, Николай Бердяев, Максимилиан Волошин, Даниил Андреев и Николай Козырев.
Называть их философами или как-то иначе – дело десятое, от ярлыка суть не меняется.

2. Мы начинали с этого ветку – с невозможности выстроить единую систему, адекватно отражающую Истину (реальность абсолютную) в относительном мире, только – в разнообразных контекстах (проекциях) может выражаться какая-то часть истины относительной. Я не верю в возможность в нашем относительном мире построения единой универсальной метафизической системы, которая включает в себя все религиозные и мистические контексты, не верю в примат философии и метафизики над религией и мистикой и в примат «мудрости» («Софии» – в философском, но не мистическом смысле) над духом.

Дух познаётся только духом, подобное подобным. Если бы у человека не было богоподобного духа (по образу и подобию Божества), человек бы никогда не пришёл ни к осознанию подлинности и первичности духовной реальности (все без исключения религиозные традиции об этом), ни к вере в Единого Бога, ни к признанию богочеловеческой природы Христа. Нечем просто было бы это понимать и признавать. Такие истины разумом не берутся, только духовным прозреванием – рождением в духе, любовью – которая едина и у Бога и у человека. И эта любовь – духовна, корни её в глубинах человеческого духа, уходящих в Дух Божественный: исток и смысл всего и вся.

Из данной дискуссии о человеческом  духе я пока смог увидеть как основную парадигму Вашу – утверждение о следующей стадиальности развития человека:  1. Тело. 2. Душа. 3. Дух. 4. Мудрость.
То есть, в традиционную религиозную триаду «тело-душа-дух» добавлена четвёртая стадия, причём как высшая и всеобъемлющая – «мудрость». Как и почему это стыкуется с тысячелетними традициями, я не понял (такого понимания человека я не встречал ни в философии, ни в религиозной символике, ни в мифологии, ни в откровениях мистиков).

Отталкиваясь от самого термина «философия» (фило-софия – это любовь к мудрости, софии) и от нового, введённого Вами, понимания стадиальности развития человека («тело-душа-дух-мудрость=софия»), Вы подводите читателя к выводу о превосходстве философии над другими сферами познания и культуры с одной стороны и о появлении чуть ли не нового вида человека – не «человека разумного» и даже не «человека духовного», а «человека-философа» («человека мудрого») – с другой.

Но я вижу тем не менее возможность согласования Вашей главной философской идеи (парадигмы) с христианской религиозной традицией, вот два приемлемых варианта такого согласования, на мой взгляд:

1) Если под духом понимать ум (логос, эйдос, волю), а под мудростью – собственно дух (образ и подобие Единого, Высшее «Я» человека, духовную монаду), то никаких возражений у меня против выстроенной Вами иерархии нет и эта иерархия укладывается и в религиозную, и в мистическую, и в философскую христианскую традицию (и не только христианскую) и выглядит следующим образом:

1. Дух (Высшее «Я», образ и подобие Единого). 2. Ум (логос, воля). 3. Душа (низшее «я», чувственность, стихийность, дионисическое начало). 4. Тело (материя+форма, аполлоническое начало).

2). Если под духом понимать «дано» – сотворённую Богом монаду, Божью Идею, Высшее духовное «Я», призванное к творчеству Личности – высшему единству духа с душой и телом – к идеалу Богочеловека; а под Мудростью понимать этот идеал (заданность) – ставшую Личность, совершенное единство тела, души и духа Богочеловека, единство в Боге и в любви, то Ваша иерархия опять же не вызывает никаких возражений и будет выглядеть следующим образом:
1.Тело. 2. Душа. 3. Дух.  4. Богочеловек = ставшая Личность = совершенное единство тела, души и духа в Боге.

Таким образом: если под триадой «тело-душа-дух» понимать дано, а под «мудростью» заданность, цель, Богочеловеческую Личность, то опять же никаких возражений.

_____________

В качестве ИТОГА состоявшейся дискуссии в ветке «Истина истины» я повторю три ключевые цитаты, составляющие как бы ту красную нить смысла, на которую нанизываются все остальные мои тезисы, созидающие живой контекст (той части ветки-диалога, что вёл я: на большее, кроме создания ещё одного из многих и многих контекстов в теме Истина (или Истина истины) рассчитывать с моей стороны было бы детской самоуверенностью, если не наглостью). Если мне удалось создать пусть маленький, но живой контекст, несущий свою частицу смысла и какою-то одною своей гранью дополняющий всё написанное на эту тему во времени, я буду считать свою задачу выполненной в данной конкретной ветке форума.

«Нет истины, где нет любви.» Александр Пушкин.

«Критерий достойного или идеального бытия вообще есть наибольшая самостоятельность частей при наибольшем единстве целого». Владимир Соловьёв.

«У Бога всеобъемлющая любовь и неиссякающее творчество слиты в одно. Всё живое, и человек в том числе, приближается к Богу через три божественных свойства, врождённых ему: свободу, любовь и Бого-сотворчество. Бого-сотворчество – цель, любовь – путь, свобода – условие.» Даниил Андреев.

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 30 Ноябрь 2014, 06:58:46, ВОЗ»

« #9 : 30 Декабрь 2011, 15:43:08 »
К предисловию

зная мою «идею-фикс» – преодолеть энтропию форума созданием из него нового литературного жанра
Таковой была одна и из моих идей при написании книги. Было очень интересно посмотреть, как поведет себя интернетовский материал на бумажном носителе. Ваш интерес к книге показывает, что, видимо, какие-то результаты в этом направлении были достигнуты. Спасибо, Ярослав.

И тут я сразу столкнулся с такой трудностью, преодолеть которую не хватит жизни… а именно:  любая попытка раскрытия понятия «истина истины» через слова приводит к необходимости раскрытия таких слов-понятий, как: «любовь», «дух», «вера», «знание», «мир», «Бог», «человек», «бытие», «сущность» и т.д. – каждое из которых в свою очередь извлекает из человеческой души и памяти бесконечные гирлянды смыслов.
Тут я, думаю, особая методологическая закавыка. То, что невозможно в литературе, вполне возможно в философии. Философы за счет введения специализированного языка давно научились сжимать и компрессировать смыслы. Например, такие термины как «Всё» или «Сущее» охватывают бесконечные множества элементов и не обязательно требуют словесного или образного пробега по всем составляющим (иначе, точно, никаких жизней не хватит). Большую помощь в этом оказывают математические символы, которые могут концентрировать целые периоды мыслительных операций. К сожалению, нелюбовь многих «лириков» к математике кроется не в ее сухости, а в их неумении дешифровать эти смысловые компрессии. Впрочем, аналогично математики чураются поэтов из-за неумения дешифровать те поэтические вИдения, которые скомпрессированы в художественных символах.

Вторая трудность, которая может лишить дара речи, – это поиск жанра для ТАКОЙ темы.
Тут я ничего сказать не могу. Тут простор для творчества. С удовольствием буду за этим процессом наблюдать, а если смогу, то и посоучаствую.


« #10 : 02 Январь 2012, 03:10:16 »
К сожалению, нелюбовь многих «лириков» к математике кроется не в ее сухости, а в их неумении дешифровать эти смысловые компрессии. Впрочем, аналогично математики чураются поэтов из-за неумения дешифровать те поэтические вИдения, которые скомпрессированы в художественных символах.
Думаю, что корни взаимной нелюбви здесь глубже - не в неумении дешифровать, а в полярном векторе восприятия мира: математика - крайняя точка объективации, лирика - крайняя точка субъективности. В их противостоянии - противостояние объекта и субъекта - как таковых, а это противостояние и есть то, что называется "грехопадением", отчуждением объекта и субъекта, выбросом мира вовне, в царство необходимости из Царствия Божьего (Царствия Свободы), которое внутрь нас есть (в Духе).

 В Истине же (подлинной реальности) снимается само различие между объектом и субъектом, поэтому любая крайняя точка не может быть исходной для пути к Истине: путь к истине и есть "истина истины". Не может быть путём и любая проекция истины: проекция всегда конечна (ограниченна) и не может быть Путём по определению. Так что не всё так просто, Сергей: если бы дело было только в неумении дешифровать те или иные системы символов (понятий), - давно бы нашлись дешифровшики; дело в том, что в нашем мире вообще невозможна "система истины" - в принципе невозможна, только её проекции...
Но по порядку: начинаю заполнять текстом Параграф первый...

__________________________________________
Преображение хаоса в космос – это и есть культура.
"Дикой Америке" интернета нужны свои пионеры, свои безумные мечтатели.
Ярослав Таран
«Последнее редактирование: 02 Январь 2012, 05:53:57, Ярослав»

« #11 : 03 Январь 2012, 12:15:11 »
К первому параграфу

В целом он у меня не только не вызвал отторжения, но я увидел совершенно адекватное проникновение Ярослава в понятие истины истины. Вот суть: «Сама идея «истины истины» может родиться только в том в мире, где возможен вопрос Пилата «Что есть истина?», – «истина истины» как поиск «того», что делает «истину истиной»». Остальное – развертывание этой сути.

Параграф называется «Терминология и контексты». Всё, что касается контекстов, приемлю полностью, о терминологии же скажу пару слов.
Конечно, чтобы вести разговор о реальности истины истины, надо эту реальность как-то терминологически обозначить (чтобы читателям было понятно). И естественно, каждый, о ней говорящий, будет использовать терминологию, близкую его мировоззрению.
Например, Ярослав употребляет термин «Дух Истины», в то время как В.С. Соловьев, говоря о том же, употребляет термин «Разум Истины» (я тоже этого придерживаюсь). Оба термина приемлемы и выражают одно и то же. Ярослав также употребляет термин «Царство Божие», я употребляю термин «Царство Сущности» (точнее, «Регион Сущности» – см. форум «Философский штурм»), в отношении реальности истины истины оба термина эквивалентны.
В терминологии важно понимать, что любой термин не абсолютен, а относителен, и читать текст и комментарии, держа в уме (контекстуально) коррекцию терминов.

И еще одно замечание по поводу высказывания Ярослава об абсурдности математики, которая не может включать в себя целое как свою часть. Есть разные математики, с разными наборами аксиом. В тривиальной арифметике такое, действительно, невозможно. Но вот в математике теории множеств Георга Кантора часть может быть равна целому и даже быть больше целого. Это математика, оперирующая актуально бесконечными множествами. Неспроста сам Кантор даже ставил задачу вывести формулу Бога, а уж для описания (конечно, приблизительного, как и любой язык) истины истины такая математика тем более пригодна. 

«Последнее редактирование: 03 Январь 2012, 12:18:58, Сергей Борчиков»

ОффлайнГеннадий

  • В Ясной Поляне
« #12 : 04 Январь 2012, 09:23:01 »
Теорема
Мне кажется, что вы оба говорите о ПУТИ познания истины в виде её абсолютной вершины, об истинности этого Пути. Но, однако, если вы действительно движетесь к истине как к абсолютной вершине, то и Путь не может быть неистинным, ложным, то есть таким, чтобы он вёл к неистине как к ложной вершине. Он всегда истинен.
Если же говорить о пути к ложной вершине, то путь к ней тоже истинен.
Неистинный путь к ложной вершине ведёт к истине.
Это простая бинарная логика простой статики рассуждений.
Следствие и продолжение
Когда же мы переходим от статики рассуждений к динамике мысли, то наблюдаем разворачивающийся процесс во времени как качание от одной логической посылки к другой с целью осуществления истинного (реального) процесса движения относительной истины к вершине абсолютной. И в этом движении лишь максимизация относительной истины указывает истинный Путь.

Геннадий Мир (Геннадий Мирошниченко)

« #13 : 04 Январь 2012, 11:04:49 »
Да, Геннадий, Ваши интуиции в чем-то верны. Только есть один нюанс. И позиция Ярослава, и Ваши комментарии предполагают, что есть где-то вершина, есть где-то путь, есть где-то оценка этого пути как ложного или истинного до самого пути, движения. А я предполагаю, что никакго пути, никакой вершины нет до того, как человек, их сам начнет инспирировать. Конечно, какие-то предпосылки есть, но новые вершины человек  творит сам, и до этого его творчества их нет, и тем более не известно, истинные они или ложные. Хотя, наверное, соглашусь, что истина истины всегда истинна, а вот просто истина может быть и ложной. О лжи истины у Ницше хорошо сказано.


ОффлайнГеннадий

  • В Ясной Поляне
« #14 : 05 Январь 2012, 06:14:37 »
И позиция Ярослава, и Ваши комментарии предполагают, что есть где-то вершина, есть где-то путь, есть где-то оценка этого пути как ложного или истинного до самого пути, движения. А я предполагаю, что никакго пути, никакой вершины нет до того, как человек, их сам начнет инспирировать. Конечно, какие-то предпосылки есть, но новые вершины человек  творит сам, и до этого его творчества их нет, и тем более не известно, истинные они или ложные.
Ваше предположение непонятно

Без априори заданной истинности и ложности невозможно предварительно мыслить, не то что «инспирировать» и творить. Работа над искусственными языками и искусственным интеллектом доказала, что начало – это разработка оценочного поля для любого действия, тем более для творческого. Без предварительной и последующей оценки нет творчества.. Это основа распознавания.

А, с другой стороны, как может человек творить сам вершину абсолютной истины? Сколько уже было подобных вершин создано человеком за его историю, и большинство из них оказалось вообще не истинами. Наверное, вершина абсолютной истины потому и абсолютна, что творится не человеком?

Как-то Вы сужаете пространство творчества до совершенно ничего не смыслящего человека, без оценочных инструментов, предлагая нам выход в отказе от существования вершин истинности, независящих от человека. Но это же отказ от Логоса! Поясните подробнее.

Геннадий Мир (Геннадий Мирошниченко)
«Последнее редактирование: 05 Январь 2012, 06:17:42, Геннадий»

« #15 : 05 Январь 2012, 08:25:00 »
Поясняю. Хотя, конечно, не претендую на окончательную истину.
Вот Вы говорите:
"Наверное, вершина абсолютной истины потому и абсолютна, что творится не человеком?"
Это чьи слова? Ваши или вершины абсолютной истины? Неужели вершина абсолютной истины говорит словами Геннадия или Сергея: "Я вершина, да еще истины, да еще абсолютной. Я умею говорить. И именно на русском языке. Но только не сама, а словами Геннадия и Сергея. Но Геннадий и Сергей здесь ни при чем. Я просто использую их языковый аппарат". Что-то нескладуха какая-то.
Я полагаю, что это мы с Вами говорим и, исходя из наших мировоззренческих, научных, философских идей и предпочтений, инспирируем именно такие слова и идеи и инспирируем их как истинные, чтобы не попасть в когорту людей, о которых Вы говорите, что они наинспирировали всяких заблуждений и лжи.
Конечно, есть много сущностей и истин, независимых от конкретного человека, но тем не менее открытых другими людьми. Сущностей же и истин, независимых ни от одного человека я не знаю. Хотя, может быть, я чего-то не вижу. Привидите пример.

«Последнее редактирование: 06 Январь 2012, 07:34:05, КАРР»


Рейтинг@Mail.ru Союз образовательных сайтов Яндекс.Метрика